Проблемы выбора.(СИ) - Гигель Ирина Геннадиевна - Страница 18

- Всё в порядке. Это я постель раскидала.

- Выы?! - Лиди смотрела с таким недоверием, что я разозлилась.

- Я! Колечко я искала.

- К-какое колечко?! - вытаращила на меня глаза Лиди.

- Такое! Нашла уже! - рявкнула я и решила встать с пола.

- Но почему меня не позвали? - недоумевала девушка. - Зачем сами-то надрывались?

Она заметила мои трепыхания и поспешила помочь мне подняться. Левый висок прострелило болью и плечо заныло, а так, вроде, больше ничего.

Я освободилась от поддерживающей руки девушки и уставилась на кровать. Лиди, оценив, что я способна стоять и не падать, решительно повернулась к разбросанным мною постельным принадлежностям. Девушка явно вознамерилась наводить порядок, а мне это было некстати. Нужно выставить её из комнаты, хоть на время, чтобы я могла перепрятать останки, бррр!... артефакта. Может послать её всё же за Лакрес? Нет! Эта пронырливая особа здесь не нужна! Что же? Воды? Компресс? Мазь?

Девушка шагнула к кровати поправить тюфяк и я прямо взвизгнула:

- Лиди! - девушка вздрогнула и испуганно обернулась ко мне. - Принеси мне лёд!

- Лёд? - служанка почему-то испугалась ещё больше. - Но где же его взять, госпожа? Пойду спрошу у кухарки, может в погребе...

- Да, Лиди, принеси мне что-нибудь холодное, лучше льда. Видишь? - я указала на свою левую скулу. - Если не приложить лёд будет синяк. А у меня свадьба на днях. Ты же не хочешь, чтобы у невесты был синяк?

Лиди не хотела и торопливо убежала добывать мне лёд. А я подскочила к кровати и стала дёргать угол тюфяка. Плечо заныло, возражая против нагрузки, но мне было не до того. Там, на переплетённых натянутых полосках жёсткой кожи лежал мой, недействительный больше, билет домой.

Я успела перепрятать артефакт, его останки, когда вернулась Лиди, с холодным компрессом и камеристкой графини за компанию. Лакрес подозрительно меня осмотрела, но ничего не сказала, Лиди сноровисто навела порядок, пока я сидела и держала компресс у своих ушибов. Когда у меня онемела половина лица, я решила что хватит. Служанка устранила беспорядок в комнате и Лакрес отправила её за едой для меня.

- Может вы хотите пообедать с сестрой и матерью? - учтиво осведомилась женщина.

Я помотала головой, вот не до этого мне сейчас, с ними ведь придётся о чём - то разговаривать, а я сейчас в себе не уверена. Хотя, может моё поведение как раз будет "в тему", за что-то же отлучили Магали от общего стола?

Это был самый тягостный приём пищи за всю мою жизнь, но я не могла и дальше вести себя странно, то есть ещё более подозрительно.

Я запихнула в себя бульон и гренки, кусочек запечённой птицы с гарниром из тушёных овощей, ломоть пирога с мясом и грибами... Единственное, чей вкус я почувствовала - это вина в бокале. Лакресс опять караулила пока я не закончу кушать. У меня не было сил размышлять: отчего такой надзор за моим питанием? Я при всём желании не успею помереть голодной смертью до свадьбы.

После обеда я имела удовольствие наблюдать, как камеристка командовала служанками, потрошащими мой гардероб. Я была как замороженная и вяло реагировала на слова и движения. Было пусто и тошно. Съеденный обед нехорошо подкатывал к горлу, и я развлекалась тем, что пыталась удержать его внутри, не хотелось привлекать ещё большее внимание. Ничего не хотелось делать, ни о чём не хотелось думать. До суицидных мыслей я не дошла но повторить подвиг спящей красавицы была не против. Вот бы лечь в постель и, раз уж нельзя проснуться в своём мире, на Земле, согласна проснуться лет через сто. Может тогда я смогу обдумать и осознать то, что со мною случилось... И подумаю кого в этом можно обвинить...

На следующее утро я очень не хотела вставать с постели. Не хотела завтракать, не хотела встречаться со священнослужителем, не хотела разговаривать с матерью... Ничего я не хотела. Мелькнула мысль - рассмотреть поближе повреждения на артефакте, но... какого чёрта? Одного взгляда на него достаточно, чтобы понять - я ещё долго буду Магали ди Беренис. Я прогнала эту мысль. Если бы это зависело от меня, я так бы и лежала в постели весь день, но кто мне позволит?

Подъём, утренние процедуры, завтрак. Одевание и причёсывание. На мне скромное платье, у меня встреча со священнослужителем. Кажется, именно он будет проводить бракосочетание. В таком старинном замке, конечно-же, была своя часовня и свой служитель церкви. Но некоторое время назад решили её подремонтировать и обновить роспись. Из-за постоянных проблем граф не контролировал этот вопрос достаточно и обновление часовни шло медленно. А местный святой отец, раз такое дело - художник никак не доедет до замка, решил сам съездить за прославленным деятелем искусства и напомнить ему, что роспись часовни - угодное Богу дело.

Дожидающийся меня в салоне графини священнослужитель был приглашён, специально, графом. Я немного заинтересовалась: кто это решился сочетать браком чадо Божье и порождение Бездны? Да и по королевскому мнению сие есть мерзость - как же воля короля? Я подумала что могу узнать что нибудь интересное, а может и полезное.

Священником оказался мужчина лет пятидесяти, но выглядевший подтянуто и моложаво: королевская осанка, гладковыбритое лицо, холодный взгляд голубых глаз, ухоженные руки и скромное одеяние, похожее на сутану и шинель одновременно. Длиной оно было чуть ниже колен, оставляя на обозрение добротные сапоги. Чистые. В экипаже приехал? Дополнял наряд широкий пояс и, на шёлковой ленте на груди, знак Бога-Творца.

Мужчина сидел на диване и когда я вошла поднялся и двинулся мне на встречу и я поняла, что поторопилась назвать его одеяние скромным. Неброская на первый взгляд ткань так и играла при движении, явно не последний субъект в церковной иерархии.

Я немного знала о местных верованиях. По всему северо-востоку континента верили в Бога-Творца и его Сулимов. Его помощники, но с немного большими полномочиями, чем у наших ангелов. Вообще довольно похоже на христианство, учит разным мудрым вещам и весьма привлекательно для людей. Многие выбирали эту веру, находя здесь некоторые ответы на вопросы и утешение. Вот только и здесь Церковь, не столько служила Богу, сколько властвовала над его чадами.

Я молчала и мужчина сам начал разговор. Представился, предложил присесть и принялся рассказывать о предстоящих мне испытаниях и как важно быть стойкой духовно. После этих слов мой, едва проклюнувшийся, интерес завял и я просто ждала когда это закончиться. Служитель церкви долго со мною беседовал, задавал вопросы... Я что-то отвечала. Он вроде пытался на что-то намекнуть или к чему-то подтолкнуть, только мне было пофиг, чего ему там надо. Беседовали мы долго, я устала от пустых разговоров, я ничего не ожидала от этой встречи и ничего не получила. Когда всё закончилось я быстренько свалила к себе в спальню, намереваясь впасть в спячку.

Не вышло. В моей комнате ждала Лакрес, камеристка оценила моё состояние духа после беседы со святым отцом и повела меня в покои графини. По дороге к покоям матери я вдруг подумала: а не собирается ли графиня просветить меня по поводу первой брачной ночи? Исполнить, так сказать, свой материнский долг? С чего вдруг желание свидеться? Меня пробило на хихиканье, пришлось до крови прикусить щёку изнутри, чтобы успокоиться.

Покои леди Серайз подошли бы и королеве, а не простой графине, пусть и из богатого рода. Они состояли из пяти комнат, были отделаны в любимых цветах графини и поражали роскошью: мебель из драгоценных пород дерева, оббитые шёлком стены, паэль на окнах и на балдахине, прикрывающим царственное ложе. Много предметов искусства, цветов в вазах и разных драгоценных безделушек, много блеска золота и сияния камней. Графине нездоровилось или же она предпочла встретить меня лёжа в кровати. Вести со мною задушевные разговоры, как я опасалась, она не собиралась. Даже не поинтересовалась как себя чувствую, как идёт подготовка к церемонии. Уверена, она и так всё знала.

Графиня велела мне взять со столика оббитый шёлком плоский футляр и открыть его. Я сделала как она велела. Внутри оказалось роскошное колье: пять диковинных цветков, собранных в венок. Лепестки из драгоценных камней, розоватых, с золотистым отливом, к цветкам прижимаются крошечные золотые листочки, на лепестках цветов и листьях - бриллиантовая роса. Очень искусная работа, колье оставляло впечатление чистоты и нежности. Очень подходит молодой девушке.