Видения - Галихин Сергей - Страница 72

– Они взяли его, – доложил оператор.

– Прекрасно, – сказал Женя. – А кто придумал фокус с тайниками?

– Сам хозяин. Он где-то такое видел.

– Повторяться плохо, мог пролететь.

– Я же говорю, что фигня, – вставил второй оператор. – Непонятно, почему вор вообще повелся на эту шнягу. Для таких, как он, деньги не должны быть главным. Главное – свобода.

– А с чего ты взял, что для него деньги – главное? – спросил Женя. – Главное, чтобы они не заканчивались.

Женя развернулся и неспешно прошел к кулеру, налил себе несколько глотков холодной воды. Система работает. Он все рассчитал правильно.

Прошел месяц с того времени, как Ковалев принял предложение быть богатым и живым. Уже вторую неделю он ездил на новенькой служебной BMW-X5, а в следующем месяце ему обещали предоставить и квартиру. Побольше и в более престижном районе, чем тот, где он жил сейчас. К кулеру подошел главный инженер.

– Николай Гаврилович, а из какой церкви будет батюшка на запуске новых серверов? – спросил Парфирьев, техник-технолог по монтажу коммуникаций.

Главный инженер группы безопасности и Женя переглянулись.

– Не понял, – искренне удивился инженер. – А зачем нам батюшка?

– Ну как же, – в свою очередь удивился техник. – Мы начинаем серьезное дело, вводим в строй важный сегмент.

– Я в курсе наших планов, но при чем тут поп?

– Разве мы не будем освящать оборудование?

– Брызгать водой на электронику, которая через минуту будет под напряжением? – не веря в услышанное предложение, выдавил из себя главный инженер.

– Не говорите чепухи, – снисходительно возмутился Парфирьев. – Мы с вами говорим о серьезных вещах. И вообще подобные заявления оскорбляют чувства верующих. А вы при такой должности и так неосмотрительно на весь зал…

– Момент, – перебил техника инженер. – А ничего, что кто-то своими глупыми привычками может оскорбить чувства атеистов?

– О чем вы? – не понимал Парфирьев.

– О том, что заявления о существовании Бога могут оскорбить чувства неверующих. Вы, наверное, будете сильно удивлены, но по Конституции у верующих и атеистов права одинаковые. Если кто-то может оскорбить чувства верующих, например, художественной выставкой, то те, кто разнес эту выставку по кирпичику, могут оскорбить чувства неверующих. Потому как им навязывают свою точку зрения. И в их представлении совершенно невежественную, основанную на средневековых взглядах на мир.

– Вы не верите в Бога?

– А какое это имеет значение в данной ситуации? – спросил главный инженер. – Я говорю даже не о законе. Говорю, что есть люди не такие, как вы. И у вас нет эксклюзивного права на истинное мировоззрение.

– Ну, знаете…

– Знаю. Знаю, что в этой стране у нас у всех равные права. И на то, кому во что верить или не верить вообще, тоже.

На счастье, в зале появилась проекция секретарши и вызвала Парфирьева в канцелярию. Техник-технолог шустро подхватился и ушел от неприятного разговора. Он не сомневался, что в искренность его слов никто не поверил, поэтому продолжение разговора могло только навредить его репутации и положению в коллективе. А с главным инженером он еще посчитается. Чтобы у того больше не возникало желания ставить его в неловкое положение.

– Ты чего так завелся? – спросил инженера Женя, когда за Парфирьевым закрылась дверь.

– Ты знаешь, кем он был раньше? – спросил главный инженер. – Комсоргом на радиомеханическом заводе.

– Ну и что? Ты не веришь, что человек может «прозреть истину»?

– Я верю, что человек может просчитать ситуацию.

– Пошли в столовую, пора обедать, – предложил Женя и коротко махнул рукой.

Столовая в административном здании, где на одиннадцатом этаже находился новый офис Ковалева, была просто шикарной. Огромный светлый зал, высокие потолки, выбор из не менее тридцати блюд и молоденькие девочки в мини, которые уберут со стола грязную посуду или принесут чего-нибудь, чего не хватает к обеду. Поэтому предложение сходить в столовую у всех неизменно вызывало приятные эмоции.

– Да, ему по фигу, во что верить, – сказал Женя, когда они подходили к лифту. – Главное, чтоб при должности. И сытно. Раньше верил в Маркса. Сейчас верит в Бога. Но это не повод…

– Да в том-то и дело, что не верит, – перебил главный инженер. – И раньше не верил. Но всегда показывает рвение в движении курсом, который указали те, у кого власть.

– Да и хрен с ним. Главное, чтоб тебя говеть не заставили.

– Да меня-то пусть заставят. Я, если надо, и шлангом прикинуться могу. Как в молодости одобрял линию партии в едином порыве со всем советским народом. Но они моей дочке в школе мозги промывают. Она-то еще не может отличить лицемерие от искренности. И вообще искренне считает, что по телевизору говорят только правду.

– И не говори, – согласился Женя. – Грядет мракобесие.

За обедом говорили о пустяках. О новых машинах, книгах, фильмах. В общем, обычный мужской треп. Когда мимо проходили девочки в белых передничках, провожали их попки заинтересованными взглядами. В какой-то момент инженер не выдержал и заговорил с ними:

– Девушка, а сколько вам лет?

– Спрашивать у женщины, сколько ей лет, неприлично, – не останавливаясь, ответила девушка.

– Ну да, – пробурчал инженер. – А сесть за совращение малолетних прилично.

После обеда Женя в своем кабинете сочинял служебную записку о перспективных направлениях, на которые руководству неплохо было бы обратить внимание в следующем полугодии. Перспективы были. Чего-чего, а ви́дения перспектив у Жени было не отнять. Именно это и помогло ему разглядеть нишу, которую занял «Чертик на веревочке» на рынке охранных систем. Именно это ви́дение помогло в свое время правильно отнестись к предложению Сергея. Но теперь он ни от кого не зависел. Если идея чего-то стоила, финансирование будет таким, что ни один конкурент не устоит. Фирма, в которой работал Сергей, была первой потенциальной жертвой в списке у Жени.

Коммуникатор пискнул, по электронной почте пришло сообщение об отказе крупной строительной компании в Новосибирске ставить охранные системы, которые поставлял Женя. Он тут же связался с их представителем, успел задать только один вопрос, и ответ, мягко говоря, его ошарашил. Компания «Прометей-2000» перешла ему дорогу. Они предложили цену пониже и более серьезные гарантии по обслуживанию. Несомненно, у «Прометея» были более мощные ресурсы, достаточно было сказать о полноценном сервисном центре в Новосибирске, но, черт возьми, застройщик знал возможности «Чертика на веревочке», когда они подписывали предварительное соглашение и техническое задание на разработку проекта. В бизнесе всякое бывает, и все можно было бы понять, если бы в «Прометее-2000» не работал Сергей. Получалось, что он просто слил их совместный проект.

Женя вышел в Видения и вызвал Сергея. Тот ответил сразу:

– Привет.

– Привет. Уже знаешь новости? – спросил Женя.

– Про Новосибирск?

– Да.

– Да, час назад меня поставили в известность.

Они сидели как старинные друзья, друг напротив друга в массивных кожаных креслах, посреди бескрайней белоснежной комнаты. Но Женя с первой же секунды почувствовал, что хочет зубами вцепиться в горло собеседника.

– И ты мне ничего не сказал?

– Я думал, ты уже в курсе.

– Продал? – напрямую спросил Женя.

Сергей поморщился.

– Не говори глупости! Какие у нас с тобой мощности? И какие у моей фирмы! Они сами на нас вышли. Босс проверил, что представляют из себя конкуренты, и узнал, что один из компаньонов «Чертика на веревочке» я. Он вызвал меня к себе и абсолютно откровенно все рассказал о готовящемся соглашении с застройщиком. А потом сказал, что если я готов работать над проектом дальше, то ради бога, он не против. Но уже не за процент от прибыли, а за зарплату. Если скажу «нет» – значит, нет. Он найдет другого, кто будет вести проект от фирмы. Мне даже не станут предлагать уволиться, если я не стану вставлять палки в колеса. Как говорится, «только бизнес, ничего личного».