Видения - Галихин Сергей - Страница 56

– Ну а я здесь при чем? – спросил Артемьев. – Есть единичные факты взлома частных видений. Есть информация о левых чипах. Под них маскируют чипы для якобы управления сознанием. Так не надо покупать всякий хлам на Митинском рынке!

– От ваших Видений одно зло.

– Вы либо подлец, либо слепой, – сказал Артемьев. – Не хотите замечать очевидного. Видения используют для изоляции заключенных, при тренировке врачей, спасателей, военных. Одного этого достаточно, чтобы Видения существовали.

– Этот гаденыш, – продолжал Зяблик, – пустил пулю в лоб одному из партнеров по игре. А чтобы уйти незамеченным, запустил программу (кстати, как говорят ваши спецы, такой программы не существует), активировавшую все чипы, которые были в зоне его прямой видимости, и пользователи получили ту же самую картинку мира. Только без него. Повторяю для особо одаренных. Ваши Видения помогают убийцам уходить от правосудия.

– Этого не может быть, – соврал Артемьев.

– Простите, господин Артемьев, но, похоже, вы не компетентны, – вздохнул Зяблик. – Я могу поговорить с кем-то еще?

Артемьева задели последние слова сыщика, но он понимал, что на взрыв эмоций тот и рассчитывал, поэтому постарался по крайней мере выглядеть спокойным.

– Предупреждаю. Если не исправите ситуацию, я пойду к телевизионщикам. Они давно интересуются этими убийствами.

– Разберемся, – спокойно ответил Артемьев.

– Постарайтесь, – сказал Зяблик и вышел из кабинета Артемьева.

Все это, конечно, ерунда. И от начальства ему достанется. Главное, чтобы к проблеме стали относиться серьезнее.

«Это уже похоже не на единичный случай сбоя системы, а на масштабный взлом», – подумал Артемьев, глядя в спину уходящему следователю и вызвал главного инженера.

– Звал? – спросил Сергей Иванович.

– Присаживайся, кино смотреть будем, – сказал Артемьев и показал главному инженеру запись разговора со следователем. – Что скажешь? – спросил Егор после просмотра.

– Я уже успел сделать проверку по запросу из следственного, сразу после того, как они просили доступ на сервер. И так хитро запрос составили, думали, никто не поймет, что им нужно на самом деле. Судя по всему, дело обстоит так: один из игроков применил настоящее оружие и ушел с места преступления, удалив себя из общих видений. Если пользователь отключал Видения, программа-вирус автоматически активировала новый сеанс. То же самое касается видений случайных прохожих, в данном случае статистов по сценарию. Иллюзорным был только сектор реального мира, в котором существовал убийца. То есть компьютер удалил его и проецировал пустую улицу. Уже без убийцы.

– Так что это? Преступный сговор, сбой или мы чего-то не учли?

– Материнский модуль программы находится на серверах ФСБ. Никакого сбоя не было. Кто-то использовал нашу штатную программу со штатными возможностями. Вы же сами делали презентацию.

– Но мы еще не передали управление программой ФСБ. У них нет паролей.

– У них нет. А у кого-то есть.

«Значит, проблема все-таки существует, – подумал Артемьев. – Нужно провести свое расследование. Нужно обязательно разобраться. Иначе скандала не избежать. Грандиозного скандала».

Глава XVIII

Разговор с очередным политиком был непростым. Всепрошло как всегда. Боль за судьбу страны, предложение дать денег на поддержку партии. Отказ. Попытка пристыдить. Снова отказ. Попытка угрожать. Артемьев еще ни разу не ошибся, но отказать во встрече не мог. Нельзя пренебрегать представителями народа. Хотя кого кроме себя эти люди представляют? Но… не важно. Если ты отказался встретиться – это унижение. Если отказался сделать, о чем просили, – значит, просящий еще не дорос как политическая фигура.

Поступил новый вызов коммуникативных Видений. Артемьев дал добро на контакт, и перед его столом возник ведущий инженер.

– Егор, с Юрой проблемы, – сказал Сергей Иванович.

– Что случилось? – насторожился Артемьев.

– Он арестован. В составе организованной группы пытался взорвать одну из наших областных вышек.

– Этого только не хватало! Сегодня явно не мой день…

– Мы уже подогнали мобильный комплекс, работа восстановлена.

– Где он?

– Сейчас их привезли в районное отделение областного УВД, с ними работает следователь.

– Позвони, скажи, я подъеду.

От черных тонированных джипов с проблесковыми маячками на крыше немногочисленные автомобили на ночной дороге буквально шарахались в разные стороны. Они шли клином, словно ледокол. И ни у кого, кто попадался им на дороге, не возникло сомнения, что эти ребята не отвернут. Артемьев знал, что ничего плохого с внуком не случится, но приказал ехать максимально быстро. Он просто хотел оказаться рядом как можно скорее. Он любил внука. И боялся за него.

Взгляд дежурного по УВД капитана полиции говорил сам за себя. Правильный мужик. Такого не купить. Не запугать. Но всегда можно попробовать договориться.

– Добрый вечер, капитан. Ты меня узнаешь?

– Да, господин Артемьев, здравствуйте, – устало ответил дежурный, вставая из-за стола.

– Уже хорошо. Здесь мой внук.

– Террористический акт, – уточнил капитан. – В составе организованной группы он взорвал вышку и передающий центр Видений в Дмитровском районе Московской области.

– Я хочу с ним поговорить.

– Я не могу вам это разрешить, господин Артемьев.

– Я не предлагаю тебе денег, капитан. Я уверен, ты их всё равно не возьмешь. Но ты прекрасно знаешь, что я сейчас позвоню директору ФСБ, они ведут дела по терроризму, и за пять минут договорюсь о свидании. Никто же не погиб? Возможно, на это уйдет чуть больше времени, но все равно будет так, как я сказал. Поэтому почему бы тебе просто не разрешить мне с ним поговорить?

– Господин Артемьев, когда мне…

– Я все понимаю. И ты абсолютно прав, без приказа ни шагу. Но все равно будет по-моему. Зачем ерепениться? Ты же знаешь, что для чертовых випов свои законы и свои правила. Так какого… тебе лезть на рожон? А я не забуду об этой услуге. Рано или поздно тебе может понадобиться помощь. Не знаю какая. Может быть, работа, когда тебя вышибут из полиции. А тебя обязательно вышибут, правильных мужиков здесь долго не держат… Я вообще удивлен, что ты дослужился до капитана… Ну? Принимай решение, капитан.

Капитан думал. Было заметно, что он согласен с Артемьевым, но, черт возьми, он на службе. Он не может преступить закон. Он много лет жил по этому принципу. Он… Да какого черта? Сейчас этот пижон позвонит своему приятелю, с которым наверняка на Новый год вместе катается на лыжах в Альпах или ездит по выходным на охоту, и тот прикажет капитану сделать все, что скажет Артемьев. Сословное правосудие… В конце концов, это просто свидание. Надоело. Пока не выперли, нужно уходить самому.

– Как вы мне все надоели со своими знакомствами, – с усталой презрительностью пробормотал капитан. – Лейтенант! Проводи гражданина к арестованному и оставь их наедине.

Одиночные камеры находились в цокольном этаже. Узкий коридор с белым кафелем на стенах, крашенные в серый цвет железные двери и решетки. Спустившись вниз по бетонным ступеням, лейтенант провел посетителя к нужной камере. Замок клацнул сувальдами, дверь лязгнула петлями и чуть приоткрылась, удерживаемая короткой цепью. Артемьев прошел в узкий проем.

Юра оторвал голову от подушки, сел на железных нарах и без эмоций посмотрел на деда.

Дверь за спиной Артемьева закрылась. Егор прошел к нарам и сел рядом с Юрой.

– Зачем ты это сделал, внук?

– Карфаген должен быть разрушен, дед.

– Что ты хотел этим доказать? Какую цель преследовал? Мы же уже подогнали мобильную станцию, а меньше чем за два часа полностью восстановим работу системы.

– Люди увидят, что есть такие же, как они. Что кому-то, как и им, Видения поперек горла. ВИДЕНИЯ – смерть нации. Нужно только не бояться говорить об этом.

– Я слышал, у вас была группа. Я так понимаю, она не единственная.