Для тебя (ЛП) - Эшли Кристен - Страница 69

— Крейг сказал, что Денни открыл дверь, и к тому времени всё кончилось. Эми была пьяна, но не так, как я, по словам Крейга. Ей хватило соображения накрыть нас покрывалом. Крейг говорит, что она свернулась клубочком и рыдала, как ребёнок, а я отключился.

— Колт, — прошептала Феб и сжала его шею, но Колт покачал головой.

— Я в порядке, малыш.

— Нет, не в порядке.

Она права: он не в порядке.

Всё это казалось ему чужой историей. Он ничего не помнил, поэтому у него было такое ощущение, будто его там не было. Но правда состояла в том, что он там был, в беспомощном состоянии, скорее всего, действовал, подчиняясь низменному инстинкту, Бог его знает, но он совершил насилие над другим человеком. Хуже всего было, что Эми, в отличие от Колта, всё понимала. Она знала, что с ней происходит. Осознание этого ранило его в самое сердце, а собственная неспособность остановить это злила ещё больше.

Колт медленно вдохнул.

— Ты права, не в порядке.

Феб облизала губы, потом зажала их зубами.

— Хочешь продолжать?

— Если не захочу, не стану, — ответил Колт. Феб кивнула, снова стала разминать его плечи, и он продолжил: — Крейг сказал, Эми была в истерике. Частично пьяная, частично под кайфом, говорила невнятно. Денни смеялся, считал, что это прикольно. Крейг рассердился и вытолкал Денни из комнаты в коридор. Они спорили, и тогда до Крейга дошло, что чувство Денни к тебе нездоровое. Однако у него были более важные заботы — Эми. Денни обиделся и ушёл, Крейг вернулся к Эми. Она натягивала на меня одеяло. Сама она была одета, продолжала плакать и всё время повторяла: «Это всё моя вина, это всё моя вина». Крейг вывел её оттуда, посадил в свою машину и возил её по улицам, пока она не вырубилась, после чего отвез домой. Не хотел, чтобы её родители видели её под кайфом. Говорит, её отец был в шоке, это так не похоже на Эми, но он попросил Крейга отнести её в её комнату, потому что её отец не крупный мужчина и не мог бы этого сделать, ему не хватило бы сил. Крейг сказал, что чувствовал себя дерьмом, потому что её отец поблагодарил его, даже пожал руку, от радости, что Крейг присмотрел за его дочерью. Сказал, что он хороший друг.

— О Господи, — прошептала Феб, — они, наверное, подумали... когда выяснилось, что Эми забеременела...

— Крейг тоже задавался этим вопросом, — перебил её Колт. — Сказал, тогда-то над ним и навис груз. Мы с тобой расстались, Эми забеременела и некоторое время не разговаривала с ним, Денни безнаказанно уехал в Северо-Западный университет, оставив Крейга здесь. Он держал рот на замке, ненавидел это, но молчал, потому что думал, что Денни объявит его соучастником, поскольку он участвовал в краже препарата. Говорит, после Эми ни разу не сказала ему ни слова о случившемся, а её родители по-прежнему хорошо к нему относились, хотя Эми и отдалилась от него.

Феб перевела взгляд на стену у него за спиной и сказала:

— Знаешь, не думаю, что после этого хоть раз видела Крейга и Денни вместе.

— Ты бы и не увидела. Крейг сказал, что разговаривал с Денни ещё раз, говорил ему, что если он так тебя любит, то должен хотя бы рассказать тебе о том, что произошло, чтобы ты могла помириться со мной, но Денни послал его. После этого их дружбе пришёл конец, но Крейг так и не набрался смелости действовать по-своему разумению, а время идёт быстро, случается всякое, и в конце концов стало слишком поздно.

Пока Колт говорил, глаза Феб вернулись к нему, и она спросила:

— Он готов дать показания?

Впервые с того момента, как это дерьмо обрушилось на них утром, Колт улыбнулся. Его Феб далеко не дурочка.

— Абсолютно.

Она перестала разминать его плечи и спросила:

— Думаешь, это дело дойдёт до суда?

Колт покачал головой и уронил её обратно на спинку дивана. Его история закончилась, и усталость, которую он ощущал просто разговаривая, кажется, просочилась в его кости. Он провёл ладонями вверх от её бёдер по бокам, одной рукой обняв её талию, а вторую запустив ей в волосы, и притянул её вниз, пока она не легла на него, упёршись лбом в его шею.

После этого он ответил:

— Феб, невозможно знать, как всё повернётся. Схватят они его, или он окажет сопротивление и его убьют. Или, если его схватят, признается ли он. Я просто не знаю.

— Если это случится, мне нужно будет давать показания? — Прежде чем он успел ответить, она обхватила ладонью его шею и удивила Колта, сказав: — Потому что если до этого дойдет, то я согласна. — Она сжала его шею и продолжила: — Можешь сказать им. — Она прижалась к его груди, сильнее вжав лоб в его шею. — Я хочу, чтобы это было записано, неважно где и неважно, прочитает ли это кто-нибудь. Я хочу, чтобы то, что он сделал с нами, было записано. Я хочу сидеть в комнате и сказать ему в лицо, что он заставил меня испытать. Мне плевать, если это не дойдёт до его больного мозга, я хочу это сделать и хочу иметь возможность сказать ему, как сильно я его ненавижу.

Колт подумал, что, возможно, ошибался насчёт Феб. Возможно, на её лице, в её теле отражалась не паника. Возможно, это другое сильное чувство, которое она едва сдерживала. Возможно, Фебрари Оуэнс сделана из чего-то, чего он не ожидал. В прошлом на её долю выпадали испытания, которые она провалила. Но это не значит, что она не научилась на тех ошибках.

Она прервала его мысли, спросив:

— Ты им скажешь?

Он кивнул:

— Да, милая, я скажу им.

Она ещё раз сжала его шею и, устроившись поудобнее, прошептала:

— Хорошо.

Колт решил, что настало время перейти к более приятной части вечера, и опустил руку с её талии, чтобы провести по её заднице.

— Хорошо, малыш, я хочу быть в тебе, но я совершенно выжат. — Он почувствовал, как она напряглась рядом с ним, и продолжил: — Так что, поскольку ты проспала весь день, кажется, тебе придётся делать всю работу.

Она подняла голову и посмотрела на него. Её взгляд снова смягчился и стал сексуальным, а уголки губ приподнялись в улыбке.

— Да, — сказала она, — я готова.

Колт лежал на спине, одна его ладонь лежала на груди Феб, другая поверх её руки у неё между ног. Он чувствовал, как она ласкает свой клитор пальцем, смотрел, как она двигается, и знал, что она приближается к оргазму. Но он был ещё ближе, потому что смотрел на неё, чувствовал её, слушал её, и он понимал, что кончит раньше.

— Малыш, поторопись, — простонал он, и она наклонила голову, так что волосы упали ей на лицо, рассыпались по плечам и груди, а её взгляд, нежный и возбуждённый, сосредоточился на нём.

Господи, один взгляд на её лицо подтолкнул его к краю.

Она наклонилась вперёд и упёрлась свободной рукой в кровать, чтобы сильнее и быстрее насаживаться на его член, а именно это ему было сейчас нужно меньше всего. Чёрт, теперь он был на грани и с трудом сохранял контроль, борясь с её притяжением. Он хотел, чтобы Феб кончила вместе с ним.

Он покрутил её сосок пальцами, и она застонала. Ему понравился этот звук, но он хотел проглотить её стоны.

— Феб...

Она убрала палец с клитора и стала скользить двумя пальцами у основания его члена.

— Боже, — прошептала она. — Это ты.

— Это я, малыш.

Феб упала вперёд, прижавшись грудью к его груди, а ртом к его шее, и снова стала ласкать свой клитор, на этот раз быстрее и сильнее.

— Ты снова со мной, — выдохнула она ему в шею.

— Я здесь.

— Ты во мне.

— Феб...

— Глубоко.

Чёрт возьми, ей надо по торопиться. Он был готов взорваться.

— Феб, милая...

— Глубоко во мне, — шепотом повторила она, и её киска сжалась вокруг его члена, одновременно Феб выдохнула ему в шею. Колт убрал руку с её груди и схватил её за волосы, чтобы притянуть её к своим губам. Её рот приоткрылся, и Колт поглотил её стон, ещё раз подняв бёдра, чтобы войти глубже и кончить одновременно с ней.

После того как они успокоились, он вытащил её руку, зажатую между их телами, и Феб всем телом опустилась на него, а он обнял её обеими руками. Она снова вжалась лицом в его шею, скользнула пальцами в волосы у него на виске и качнула бёдрами.