Для тебя (ЛП) - Эшли Кристен - Страница 58

— Отлично, Салли, — усмехнулся Колт в ответ.

— Это ещё не всё, мужик. Они также совпали с отпечатками у Энджи дома.

Колт почувствовал, как его словно прошило электрическим импульсом. Эта новость была более чем отличной.

— Конечно, — продолжал Салли, — с отпечатками у Энджи дома можно поспорить, у неё было много посетителей, возможно, поэтому он был беспечным. Он мог побывать у неё в любое время. Но Феб? Он облажался.

Облажался, два плюс два равняется четырём, это не совпадение, если случится невозможное и всё это дерьмо дойдет до суда, присяжные тоже так посчитают. Блестяще.

— Есть что-нибудь из квартир Пита и Бутча? — спросил Колт.

Салли покачал головой, но продолжал усмехаться. Он откинулся на спинку стула и завёл руки за голову.

— Там всё чисто, но вот что я думаю, — начал Салли и быстро подался вперёд, положив локти на стол, воодушевлённый, готовый спорить. — Он приходил к Феб до всего этого дерьма, мы не знаем, когда именно, до того, как Мари спровоцировала это своими претензиями. У Феб дома регулярно ищут отпечатки пальцев? Нет. Он не думал, что она когда-нибудь найдёт платки с его спермой, если только не решит переезжать, но и тогда вряд ли поймет, что это такое. Или он настолько больной, что ему всё равно, или, возможно, он хотел, чтобы она их нашла.

Колт кивнул, и Салли продолжил:

— Потом Мари провоцирует его, и он воспользовался тем, что узнал из дневников Феб, и отправился в свой мстительный поход. Насколько мы поняли, Пака он убил между Мари и Питом, возможно, всё ещё в приступе ярости, возможно даже, что он искал тебя, но нашёл Пака. Он был осторожен у Пита дома, но не так осторожен у Энджи. Он знает, что на месте преступления нужно быть аккуратным, но он жил в городе и считал, что у Энджи дома полно грязи. Очень может быть, он думал, что мы не станем возиться с Энджи, зная её. У Бутча он опять осторожен. После Мари он всё контролирует, даже в случае с Энджи, отрабатывает идеальное убийство.

— Специалистам передали список? Они изолировали предполагаемых жертв?

— Передали. Они считают, что убийство Энджи — это его способ открыться Феб, на волне возбуждения от убийства Пита он решил, что настало время ей узнать о том, что у неё есть герой. Учитывая записку насчёт Пака, предупреждение насчёт тебя и убийства Бутча и Пита, они считают, что следующей жертвой станет парень по имени Грант, который живёт в Стерджисе.

Колт не хотел знать, но спросил:

— Что он сделал?

Салли не хотел говорить, но сказал:

— Работал с ней в одном баре, помощником управляющего. Подкатывал к ней, не принимал «нет» в качестве ответа, стал настаивать. Ей нравилась работа, нравился городок, она хотела там задержаться, поэтому заявила на него. Гранту это не слишком понравилось, и он не стал скрывать своё отношение. Её управляющий тоже не стал скрывать своё отношение и уволил Гранта. Парень оставил работу, но не город, продолжал преследовать Феб, пока она в итоге не уехала.

Колт снова подумал о том, как хорошо, что Феб дома, и они с Морри могут её защитить. Ему также захотелось лично сообщить этому мудаку Гранту, что, возможно, за ним охотится серийный убийца с топором, желающий отомстить за все неприятности, причинённые Феб. Это хоть немного порадовало бы Колта.

— Гранта предупредили? — спросил он.

— Агенты едут к нему, — сказал ему Салли и спросил: — Ты нашёл какую-нибудь связь между Эми Харрис и Денни?

Колт покачал головой. Он провёл много времени в её доме и ещё больше времени, беседуя с её соседями. В доме он ничего не нашёл. С соседями повторялось одно и то же. Все были потрясены самоубийством, Эми не казалась женщиной, склонной к подобному. Она была приятной соседкой. С готовностью помогала: присматривала за детьми, собаками, кошками, вынимала почту, когда соседи были в отъезде. Её знали как милую, вежливую, тихую и застенчивую.

— Не нашёл даже не одного свидетельства о том, что она родила ребёнка, а значит, и ничего насчёт его усыновления. Как будто этого никогда не было, — рассказал Колт Салли.

— Может, и не было, а она просто придумала историю.

— Довольно странная история, чтобы просто болтать.

Салли кивнул.

— Это правда. — Он многозначительно посмотрел на Колта. — Может такое быть, что мир её просто не понимал и она устала от этого?

За шестнадцать лет работы детективом его пять раз вызывали по поводу самоубийства. За всё время работы в полиции он видел ещё два. Колт никогда не понимал убийства, независимо ни от чего. Самоубийство — другое дело. Он не оправдывал, но все семь раз, узнав подробности позже, он мог понять.

А самоубийство Эми он понять не мог.

— Док сообщит её родителям. Я встречусь с ними, когда они приедут.

Салли кивнул.

— Кстати, почему ты ещё здесь? Ты больше никогда не заработаешь ещё одну фриттату от Феб, если будешь сидеть за столом.

— Сегодня она закрывает бар.

— А-а, — усмехнулся Салли. — И всё равно, она там, за барной стойкой, не сомневаюсь, что в одном из своих чокеров, и уж точно не сомневаюсь, что выглядит аппетитно, и этот бар всего в двух кварталах. Стоит тебе выйти за дверь, и ты не на службе, так что спрашиваю ещё раз: почему ты до сих пор здесь?

— Хороший вопрос, — сказал Колт, встал и взял свою куртку.

Он уже шёл к выходу, когда Салли окликнул:

— Ты ещё хочешь, чтобы Лорейн запустила сбор слухов?

Колт не обернулся, только махнул рукой и крикнул в ответ:

— Конечно.

Колт вошёл в «Джек и Джеки» и сразу же нашёл глазами Феб.

Она увидела его и кивнула.

Психованный Денни Лоу со своим мщением, суровое возмездие Кэла Джонсона, необъяснимое самоубийство Эми Харрис — и всё-таки одного наклона головы от Фебрари было достаточно, чтобы всё в мире встало на свои места.

Впервые за двадцать два года, кивнув ему, Феб не отвела взгляд. И впервые за двадцать два года он улыбнулся в ответ.

Феб поймала его улыбку и опустила глаза, но он заметил улыбку, которая предназначалась ему, хоть и была направлена в пол. Эта улыбка была тёплой, и знающей — она была такой же, как раньше, но в то же время говорила намного больше. Он пробовал её на вкус, он был в ней. Это понравилось ей настолько, что она приготовила для него фриттату. Теперь её улыбка говорила ему о том, то ей понравилось и настолько, что она хочет ещё.

Да, всё в мире было в порядке.

Колт направился к своему месту, и она пошла туда же вдоль барной стойки.

Как только он уселся на стул, она спросила:

— При исполнении?

— Нет, милая.

— Пиво, бурбон или и то, и другое?

— Пиво.

Она кивнула и подала ему пиво.

Он сделал глоток, но она не отошла.

— Ты в порядке? — спросила она, и, опустив руку с бутылкой, он увидел, что она смотрит на него.

— Бывало и лучше.

— Этот самоубийца — кто-то, кого ты знал?

— Да.

— Хочешь поговорить?

— Позже.

Она кивнула и тихо сказала:

— Хорошо, детка.

Она оставила эту тему и склонила голову набок:

— Ты ужинал?

— Малыш, уже половина десятого.

— Ну и что? У Фрэнка кухня ещё открыта. Я могу отправить туда Дэрила с твоим заказом.

— Я закажу бургер, а он принесет мне «Рубен»[12].

— Да, но у Фрэнка что бургер, что «Рубен» — ещё никто не жаловался.

Это правда.

— Скажи ему пусть принесёт «Рубен».

Она усмехнулась:

— Это значит, что ты хочешь бургер?

Колт кивнул, Феб засмеялась, и все в баре уставились на них. На этот раз Колт не возражал побыть объектом пристального внимания. На самом деле, как только он услышал смех Феб после такого дня, ему вообще стало по фигу, пусть смотрят сколько влезет.

Она обошла барную стойку и прошла у него за спиной. У Колта чесались руки схватить её и притянуть к себе, но он не стал этого делать. В «Джек и Джеки» она решала, насколько открыто показывать другим, что происходит между ними.