Лабиринты ночи - Архарова Юлия - Страница 7

Разумеется, я хотела узнать о проклятом племени как можно больше, но вдруг это какая-то уловка? С другой стороны, соврать Арелина может и без всяких "лирических отступлений". А потому я кивнула, показывая, что готова слушать.

– Наша раса одна из самых древних в Срединном мире, – начала рассказ Арелина. – Как вы, наверное, могли заметить, между эйсин и лоэл'ли есть некоторое сходство. И это неспроста, наши расы действительно родственные. Но если история эйсин, как и Срединного мира, насчитывает больше двух десятков тысяч лет, то лоэл'ли гораздо более молодая раса. В некотором роде лоэл'ли можно назвать промежуточным звеном между эйсин и людьми.

– А сами эльфы об этом знают? – спросил Джаред.

– Мне это неведомо. Но учитывая то, что лоэл'ли проводили над людьми и полукровками многочисленные эксперименты, то они могут об этом догадываться. У лоэл'ли и людей необыкновенная совместимость. Не зря лоэл’ли в свое время испугались полукровок, ведь так называемые ора дэйш'ли – гораздо более совершенная раса, чем они сами.

Не сказать, что я тут же приняла слова Арелины на веру, но определенный смысл в них был.

– Эйсин и лоэл'ли роднит многое, в том числе и проблема с воспроизведением потомства, – продолжила рассказ эйса. – Но все те сложности, которые испытывают лоэл'ли, не идут ни в какое сравнение с нашими. У лоэльских женщин репродуктивный период составляет пятьдесят лет, за это время они успевают произвести на свет в среднем троих детей. У нас какие-либо возрастные ограничения для рождения детей отсутствуют, эйса может родить ребенка в возрасте и нескольких тысяч лет. Проблема в том, что эйса за свою жизнь может произвести на свет только одного ребенка… И дело вовсе не в том, что женщина больше не может забеременеть, нет, просто вторые роды еще ни одна эйса не пережила. Так что если женщина моей расы во второй раз забеременела, то у нее два выхода. Либо на раннем сроке прервать беременность, либо все-таки рожать – ребенок в таком случае появится на свет полностью здоровым, а вот сама мать вскоре после родов угаснет… И, чтобы вы поняли насколько это для нас тяжело, я скажу: мне больше пяти тысяч лет, у меня два супруга и только один сын.

Внешне Арелина выглядела не старше сестренки Эрайна, которая еще Первое совершеннолетние не отпраздновала. Я, конечно, догадывалась, что владычица эйсин не подросток, но и подумать не могла, что она так стара… С другой стороны, существам, которые могут жить вечно, вряд ли знакомо такое понятие, как старость.

Жалеть Арелину я не собиралась. Не после всего того, что она сделала с моей жизнью.

– То есть численность вашей расы остается практически неизменной, а если и увеличивается, то крайне медленно? – спросил Джаред.

– Да. К тому же, не стоит забывать, что хотя эйсин не умирают от старости и болезней, все же иногда мы погибаем. А некоторые из нас просто устают от жизни… Так уж повелось, что чаще уходят во тьму именно женщины. От того у нас за тысячи лет сложился некоторый перевес численности в пользу мужчин… Опять-таки, сложилась традиция, что, уходя, эйса пытается произвести на свет второго ребенка. Чтобы, так сказать, вернуть долг расе.

– Но какое отношение твоя сестра имеет ко мне? – не выдержала я.

– Самое прямое. Виана – настоящая мать Лианы и, следовательно, твоя бабушка.

Я пораженно замерла. В голове кружился какой-то безумный вихрь мыслей и чем дальше, тем меньше я понимала.

– Но… как? Зачем? Почему?! – и тут вдруг до меня дошло. – Если моя бабушка – ваша сестра, то…

– То я твоя двоюродная бабушка, а ты моя внучатая племянница, – улыбнулась Арелина. – И, Рийна, раз уж мы начали общаться на «ты», то давай и впредь сохраним эту традицию. То, что тебе стал известен факт нашего родства, ничего не меняет.

Я бы так не сказала. Для меня это хайдашево много меняет.

Если только Арелина не соврала.

– А как я могу проверить, что все это правда?

– Тебе придется поверить мне на слово. Еще ты можешь спросить у других эйсин. Они помнят Виану и знают, что она погибла во время родов, что ее второй ребенок был наполовину человеком… Или попросить одного своего знакомого лоэл’ли определить степень родства между мной и тобой. Думаю, что Эрайну ты веришь несколько больше, чем мне.

– Я так и поступлю, – кивнула я, – как только эльф придет в себя и будет в состоянии колдовать. А что касается остального… Стоп! Значит, у меня есть дядя или тетя?! Ну, первый ребенок твоей сестры?

– Нет. Первая дочь Вианы погибла в ранней молодости. Несчастный случай, – Арелина вздохнула. – Но у тебя есть троюродные братья и сестры, дяди и тети. Кстати, мой сын тебе приходится двоюродным дядей.

Ух ты! Надо же, сколько родственников сразу появилось!

Что тогда получается? Я тоже принадлежу к королевской семье? И как относятся эйсин к полукровкам или, в моем случае, квартеронам? Убивают на месте? Ставят опыты? Или используют в каких-то своих подковерных играх?

– Ри, пожалуй, тебе стоит выпить, – сказал Джаред.

И тут я поняла, что уже пару минут (если не больше!) сижу, как дура, с разинутым ртом. Да, выпить – это то, что мне сейчас нужно.

– Было бы неплохо, – облизнув пересохшие губы, прошептала я.

Кувшин тут же взмыл в воздух, подлетел к одному из бокалов и через несколько секунд, наполненный красным вином бокал заскользил в мою сторону.

Опять магия! Неужели нельзя обойтись без всей этой показушности?

Я подхватила бокал, нерешительно покрутила его в руках.

Надеюсь Арелина в вино яд или еще какое-нибудь зелье не подмешала…

Ри, отставить паранойю! Сколько раз повторять, если бы тетушка (даже в мыслях называть эту хрупкую девушку бабкой, я никак не могла) хотела твоей смерти, то ты давно бы кормила червей.

Так что я смело отхлебнула из бокала…

– Спасибо, – сказала я Арелине и обратилась к Джареду: – Тебе тоже стоит попробовать, хорошее вино… А еще я, пожалуй, вернусь в свое кресло.

– Уверена?

Я прислушалась к себе.

– Да. Определенно да, – я чувствовала себя спокойной и уверенной как никогда. Те чувства, которые я испытывала к Арелине и другим эйсин никуда не делись, просто они немного притухли, отошли на второй план.

Похоже, владычица все же что-то подмешала в вино, ну или каким-то иным образом на меня повлияла. Но злости по этому поводу я на Арелину не чувствовала, скорее, наоборот, была благодарна. Эмоции мешают воспринимать информацию, делать верные выводы.

– Так как это вышло? – спросила я, удобно устроившись в своем кресле с бокалом в руках. – Ну, то, что твоя сестра родила от человека. И почему моя мать не знает, что она наполовину принадлежит к расе эйсин… Она ведь не знает?

– Не знает, – поспешила успокоить меня Арелина. – Лиана выросла среди людей. Мы подыскали ей семью. У тех людей только что умер от лихорадки ребенок и когда они нашли под дверью сверток с младенцем, то посчитали это подарком богов.

Мелькнула мысль, что эйсин, наверное, без труда вылечили бы того другого ребенка. Но им гораздо выгоднее было, чтобы малыш погиб. Не удивлюсь, если окажется, что тот ребенок заболел не случайно.

– Но зачем? Ладно, твоя сестра умерла… Но почему вы не оставили Лиану у себя? Или вам так претила мысль растить полукровку? – кажется, я опять начала заводиться. – Тогда почему вы не отдали ребенка отцу? Ну, моему дедушке?

– У Вианы с тем человеком была, скажем так, случайная связь. Утром он даже не вспомнил, что ночью делил с кем-то постель. Тот человек ничего не знал ни о Виане, ни о ее смерти, ни о рождении дочери.

– Тогда не понимаю, зачем Виана вообще оставила ребенка? – что-то синеглазая владычица темнит. Я совсем запуталась.

Арелина вздохнула.

– Потому что она так решила.

– И тем самым обрекла себя на смерть?

– Вернее будет сказать, решила принести себя в жертву.

– Не понимаю…

– Если бы ты позволила рассказать историю по порядку и с самого начала, а не перебивала все время…