Собрание сочинений в пяти томах. Том 4. Пьесы и радиопьесы - Дюрренматт Фридрих - Страница 104

Посетитель. Помилуйте, уважаемый маэстро…

Автор. Корбес.

Посетитель. Уважаемый господин Корбес, помилуйте, умоляю вас!

Автор. Кто занимается литературой, тот не знает сострадания.

Посетитель (бросается на балкон). На помощь!

Автор (звучным голосом). Вы — двадцать третий.

Посетитель. Двадцать вто…

Автор. Бездарность!

Секретарь. Господин Корбес, ради Бога, что случилось?

Автор. Мой гость бросился вниз с балкона. Его вдруг обуял панический страх. Понятия не имею отчего. А вот уже идет директор гостиницы.

Директор гостиницы. Уважаемый господин Корбес! Я в отчаянии. Вы подверглись нападению какого-то типа. Он разбился и лежит в кустах роз. Нашему швейцару он уже давно казался сумасшедшим. Слава Боту, хоть своим падением он никому не причинил вреда.

Автор. Пожалуйста, примите меры, чтобы меня никто не беспокоил.

Директор гостиницы (уходя). Само собой разумеется, уважаемый господин Корбес, само собой разумеется.

Автор. За работу, Себастьян! Только сперва я закурю сигару.

Секретарь. Огня?

Автор. Зажгите эту бумажку и дайте мне прикурить.

Секретарь. Что это за имена?

Автор. Не знаю, какие-то имена. Давайте ее сюда. Ну, все в порядке. Спасибо. Нам надо торопиться. Завтра же упакуйте чемоданы. Изельхеебад сделал свое дело, мы едем на Майорку.

Секретарь. На Майорку?

Автор. Поживем на Средиземном море, это только полезно. Вы готовы?

Секретарь. Готов, господин Корбес.

Автор. Сначала стаканчик виски.

Секретарь. Пожалуйста.

Автор. Диктую: «Дамы и господа! Для начала считаю своим долгом описать вам место действия этой несколько необычной, но, клянусь, правдивой истории. Хотя рассказывать правдивые истории не совсем безопасно: может подвернуться кто-нибудь из полиции или даже сам прокурор, пускай и не при исполнении служебных обязанностей. Однако в какой-то мере я могу позволить себе откровенность, так как убежден, что они не сочтут мою правдивую историю достоверной. По крайней мере официально. Но, положа руку на сердце, и прокурор и полицейский, конечно, знают, что я рассказываю только правдивые истории. Итак, прошу внимания. Представьте себе салон в номере шикарной гостиницы…»

Двойник

Режиссер

Писатель

Мужчина (Педро)

Двойник (Диего)

Женщина (Инес)

Женский голос

Режиссер. Вы обещали мне рассказать историю, господин сочинитель радиопьес. Я прошу вас об этом. В моем распоряжении много голосов, и голосов превосходных, уверяю вас.

Писатель. Я обещал вам рассказать историю, господин постановщик радиопьес. Это история мрачная и странная, она камнем лежит у меня на сердце, но должен признаться, что я знаю о ней совсем немного — только сюжет. Но вы не волнуйтесь: в нужный момент появится и действие.

Режиссер. Стоп. Я обязан предложить слушателям пьесу складную и ладную, сумбур в действии нам ни к чему. Не забывайте об этом.

Писатель. Постараюсь, если удастся.

Режиссер. Я вас очень прошу.

Писатель. Представим себе мужчину.

Режиссер. Как его зовут?

Писатель. Мы с ним незнакомы, и мне все равно, как его зовут.

Режиссер. Его профессия и социальное положение?

Писатель. Не имеет значения.

Режиссер. Гм. Могу ли я по крайней мере узнать, в какой стране он живет?

Писатель. Тоже не имеет значения.

Режиссер. Но должен же он где-нибудь жить.

Писатель. Ну хорошо. Представим себе холмистую местность, сливающуюся на горизонте с унылыми горами, затерявшийся среди гор и туманных озер большой город, за ним — необозримую равнину, покрытую еловыми лесами, и все вокруг залито светом молодой луны, выглянувшей сквозь мчащиеся по небу облака.

Режиссер. Прямо как во сне.

Писатель. Прямо как во сне. Потом представим себе комнату, в которой спит этот человек.

Режиссер. Нет ничего проще.

Писатель. Для меня важны три вещи: окутавший спящего мрак ночи, одиночество его души и пучина сна, в которую он провалился.

Режиссер. Вы замолчали.

Писатель. Мне трудно рассказывать эту историю. Боюсь, меня не поймут, а мне очень нужно, чтобы меня поняли.

Режиссер. Я спрошу, если чего-нибудь не пойму.

Писатель. Спрашивайте, этим вы мне только поможете.

Режиссер. Не беспокойтесь.

Писатель. У кровати этого человека, спиной к тусклому свету лампы, темной тенью сидит его двойник и разглядывает спящего.

Режиссер. Его двойник?

Писатель. Кажется, этот сюжет вам не по нутру?

Режиссер. Сюжет забавный, но мне он не нравится — его часто использовали в дешевых поделках о привидениях.

Писатель. Я буду очень расстроен, если мою историю воспримут таким образом. К этому сюжету надо относиться с благоговением.

Режиссер. Это и есть исходная точка действия?

Писатель. Вы не согласны?

Режиссер. Я просто высказал свои сомнения. Прошу вас, продолжайте.

Писатель. Мне нужен спокойный мужской голос, в котором бы чувствовался затаенный страх.

Режиссер. Нет ничего проще.

Писатель. У двойника голос более низкий, решительный и громкий.

Режиссер. Как прикажете.

Писатель. Разбуженный шумом, мужчина просыпается и смотрит на двойника, не узнавая его. Он лежит неподвижно, парализованный первым приступом страха и с трудом обретая дар речи. Но потом говорит спокойно и четко.

Мужчина. Кто вы?

Двойник. Вам лучше не спрашивать.

Мужчина. Что вам нужно от меня среди ночи?

Двойник. Сейчас поймете.

Мужчина. Вы вор?

Двойник. Нет.

Мужчина. Зачем вы здесь?

Двойник. Чтобы сказать вам, что вы приговорены к смерти.

Мужчина. Вы являетесь ко мне среди ночи, сидите у моей постели. Я вас не знаю, а вы утверждаете, что я приговорен к смерти.

Двойник. Так оно и есть.

Мужчина. Кто приговорил меня к смерти?

Двойник. Суд мне неизвестен.

Мужчина. За что же?

Двойник. Убит человек.

Режиссер. Я вынужден заявить протест.

Писатель. Ваше право.

Режиссер. Я обязан предложить своим слушателям историю правдоподобную. Если кого-то приговаривают к смерти, значит, есть суд, который выносит приговор.

Писатель. Мне бы не хотелось втягивать в игру суд.

Режиссер. Сударь, вы посягаете на законы драматургии.

Писатель. А вы что предлагаете?

Режиссер. Что за вопрос! Какой-нибудь высший суд.

Писатель. Ладно. Пусть будет высший суд.

Режиссер. Начнем сначала.

Мужчина. Кто вы?

Двойник. Вам лучше не спрашивать.

Мужчина. Что вам нужно от меня среди ночи?

Двойник. Сейчас поймете.

Мужчина. Вы вор?

Двойник. Нет.

Мужчина. Зачем вы здесь?

Двойник. Чтобы сказать вам, что вы приговорены к смерти.

Мужчина. Вы являетесь ко мне среди ночи, сидите у моей постели. Я вас не знаю, а вы утверждаете, что я приговорен к смерти.

Двойник. Так оно и есть.