Белый Слон - Белл Алекс - Страница 170

Валерия слушала, но не слышала. Новость настолько поразила ее, что поверить в происходящее было сложно. Брат жив. Как такое возможно?

— Значит, он знает, что я его сестра? — наконец, спросила Валерия. Во взгляде читались одновременно страх и надежда.

— Догадывается. Я до последнего пытался «очистить» его память. Так же, как и память Милы… правда, с ребенком было проще. Он забыл свою прошлую жизнь и тебя вместе с ней. Я сделал для этого все. Я обучал его. Правда возникли некоторые сложности, ведь я жил под именем другого человека, и не мог привести в дом ребенка. Твой брат жил на квартире, которую я снял специально для него. Под присмотром человека, которого я нанял. Все было хорошо, он не вспоминал прежнюю жизнь. Но в этом городе воспоминания всплыли. Он еще юн, и многого не понимает… никак не осознает, что родственные узы — это цепи, которые сковывают по рукам и ногам. От них лучше избавляться… Но он, видите ли, решил узнать про свою сестру больше. И настолько осмелел, что решился пойти против моей воли! Ведь это он спас тебя в подвале, не так ли?

Лера испугалась — так страшно прозвучал вопрос.

— Что ты собираешься с ним сделать?

Она не сумела скрыть испуг.

— Ну вот, что я говорил… — вздохнул Шахматист. — Узы — это цепи. Ты яркий тому пример. Но, не переживай, твой брат мне нужен. И я простил его.

Он сказал последнюю фразу так, словно сделал величайшее одолжение.

— Где он? — резко спросила Лера. — Или ты скажешь мне, или, клянусь, я тебя убью. Не здесь и не сейчас, но найду, и убью.

Она сжала пальцами край куртки и пристально посмотрела на Шахматиста.

— Чтобы стать ничем не лучше меня? — насмешливо спросил он. — И ты пойдешь на это?

— Да.

Воцарилось молчание. Правда, ненадолго. Шахматист сказал.

— Я скажу тебе, но чуть позже. Окажи мне честь, побеседуй со мной еще немного. Знаешь, скучно в одиночку ждать поезда на пустом перроне.

Его тон показался Лере странным, но она была не в том состоянии, чтобы искать подвох. И потому, спросила.

— Это он толкнул ту торговку, которая виновна в смерти Антоновой?

— Да. По моему поручению. Он даже не знал, зачем это нужно. Он мог бы и сам строить цепи, как это делаем мы с тобой. Но его талант несколько… слабее. Не огранен и не отточен.

В голосе прозвучало сожаление.

А Валерия немного успокоилась. Если ее брат никого не убивал, еще есть надежда вырвать его из лап безумца.

— Это он приносил тебе сотовый телефон и новые сим-карты? — она продолжила задавать вопросы.

— Более того, он осведомлял меня обо всем, что было мне интересно. Ведь, как ты понимаешь, чтобы построить цепь событий, нужно обладать информацией. И твой брат отлично справлялся. Он замечает мельчайшие детали. В этом он превзошел даже меня. Не хватает лишь способности их сопоставлять.

Лера затеребила жестяную застежку на кармане.

— Как ты сумел подделать голос?

— О, проще простого, — рассмеялся Шахматист, опершись о свой чемоданчик, поставленный на колени. — Твой братец разбирается в технике. И, надо сказать, в этом он тоже преуспел. Я велел ему принести мне телефон, и установить на него программу для преобразования голоса. А нужный тембр… Нужна всего лишь исходная запись голоса, который хочешь подделать. И, по счастливому стечению обстоятельств, она у меня нашлась.

С этими словами Шахматист достал из кармана сотовый телефон, отыскал там какой-то трек и включил его.

Поначалу послышалось шипение, как на старой магнитофонной записи. Лера его узнала — такой же шум был на заднем фоне, когда звонил Шахматист.

— Меня… меня зовут Петя. Где я? Я хочу домой! — прозвучал голос напуганного мальчика.

Запись оборвалась.

Лера молчала. Комментарии были излишни.

— Я сделал эту запись в тот же день, когда спас его.

«Когда спас его» — эти слова прозвучали ужасно напыщенно.

— Что-то он не похож на спасенного, — процедила Лера. Она сжала руку в кулак и стиснула зубы.

— Ты бы предпочла, чтобы твоего брата разобрали на запчасти? — услужливо осведомился Шахматист.

— Ты монстр…

Лера посмотрела на него ненавидящим взглядом. Впрочем, эмоции промелькнули лишь на секунду — она тут же отвернулась, и посмотрела на воробьев, которые продолжали копошиться неподалеку от скамейки. Она бы уже давно дала Иванне сигнал действовать. Но сначала нужно узнать, где ее брат.

— Твои однообразные вопросы утомили меня, — устало сказал Шахматист. — Теперь ответь мне ты. Как ты узнала, что я уезжаю именно сегодня и именно на поезде? Ведь я взял билет не на имя Антона.

— Конечно. На имя Кирилла Карелина.

— Ах, ну конечно… — Шахматист убрал чемоданчик с колен и перекинул ногу на ногу. — Значит, Иванна постаралась? Иванна, Иванна… Милая была падчерица. Жаль только, что такая прямолинейная и упрямая. Она умудрялась жутко усложнять мне жизнь.

Он вдруг переменился в лице, и Лера не заметила, как он одной рукой обнял ее за плечо, а другой незаметно приставил к боку нож.

— Милая моя, ты считаешь меня идиотом? Я сразу понял, что ты здесь не одна, — он говорил шепотом, так что кроме Валерии никто не слышал. — И меня до сих пор не схватили, только потому, что тебе нужно узнать где твой брат.

Лера молча слушала, и удивлялась своему спокойствию. Почему-то соседство с убийцей вдруг сделало ее равнодушной. А Шахматист продолжал говорить.

— Значит так. Ты сидишь тихо, и продолжаешь со мной разговаривать. Эти олухи в кустах должны думать, что у тебя все под контролем.

— А что потом? — Лера резко повернула голову в его сторону.

— А потом может и не быть, если ты не перестанешь привлекать внимание своим нервным дерганием.

Лера медленно отвернулась, и Шахматист убрал руку с плеча. Но нож не спрятал.

— Вот так. А теперь, можешь спрашивать о чем угодно. У нас еще есть время, и лучше провести его с пользой, — почти ласково сказал Шахматист.

Ну что ж, подумала Лера. В этом он прав.

Еще она подумала, что если бы Иванна чуть раньше узнала про авиакатастрофу, все вышло бы по-другому. Мила была бы жива, Шахматист сидел бы за решеткой, а она не сидела бы здесь, в ожидании, что еще немного и нож пронзит живот. Ведь Иванна начала подозревать Антона, точнее этого убийцу, еще двадцать третьего апреля, когда узнала про крушение самолета. Еще несколько дней она проверяла информацию, а потом собралась сделать генетическую экспертизу, чтобы доказать, что это — не Антон. Но она немного не успела — Антон-Шахматист повесился, разрушив версию. Ведь Иванна не знала, что на самом деле он жив. Он понял, что Иванна его подозревает, и перешел к решительным действиям.

Если бы Иванна успела, все было бы по-другому.

«Да. Но тогда бы я точно не узнала про брата», — в конце додумала Валерия.

Все так, как должно быть.

— Мне было бы любопытно узнать значения шахматных ходов, — после раздумий, сказала она.

Шахматист ожидал этого вопроса. Он скривил губы в улыбке и сказал.

— Любопытство победило чувства? — он снисходительно посмотрел на Валерию и продолжил. — Ты первая услышишь это. Даже твой брат не знает всех деталей. Все началось задолго до первого хода в партии. Нужно было установить доску, расположить ее в нужном мне ракурсе. И я сделал это, приведя в город Иванну.

Он поймал удивленный взгляд Валерии и соизволил объяснить.

— Да, именно я привел ее. Не думаешь же ты, что она смогла бы выйти на меня самостоятельно? Я умею заметать следы. Но мне нужен был человек с железной хваткой, который поймет, кто стоит за убийствами в этом городишке. А когда поймет — не остановится ни перед чем, чтобы найти. И ради этого затравит всех преступников, которые так или иначе с ним, то есть со мной, связаны. Зоя, Константин, Сыров… Иванна изрядно погоняла их, выполнив свою миссию на отлично. Я не мог самостоятельно вредить Шильцу — сама понимаешь, пари нарушать нельзя. Но я мог действовать чужими руками. И Иванна подошла на эту роль просто великолепно. Ее руками я установил доску ровно три года назад.