Поверь своему сердцу - Бэлоу Мэри - Страница 52

– Я всегда хотела вас, – ответила Гарриет. – Этой весной я подумала: поскольку я вдова, а вы еще не женились, я могу заполучить вас, и это не принесет никому вреда. Я ошиблась. Наша связь нанесла вред мне самой. Я была очень несчастна.

– Вы были несчастны, Гарриет? Признайтесь? – Взгляд его стал вдруг внимательным и глубоким, он напугал ее. Она опять смежила веки и прислонилась лбом к окну. – И я тоже.

Был несчастным? Да знает ли он, что это такое – быть счастливым или несчастным? Ему лишь бы добиться своего любой ценой.

– Из-за прошлого четверга? Потому что не завершили то, что начали? – спросила Гарриет. – Потому что никогда больше я не буду спать с вами? Но вы найдете другую женщину. Я думаю, многие светские леди с радостью прыгнут к вам в постель, а уж что касается актрис и хористок, то их не счесть.

– Вы намерены причинить мне боль, Гарриет, когда говорите это? – поинтересовался герцог. – Если так, то вы преуспели.

– Думаю, что вам неведомо, что такое боль, – возразила Гарриет. – Ну разве что вы испытываете некоторую боль, когда уязвлена ваша гордость. Должно быть, у вас черная неделя: вы отвергнуты сразу двумя женщинами – вашей невестой и вашей любовницей.

– Позвольте ответить на вопрос, который вы мне задали в самом начале, – сказал герцог. – Зачем я приехал сюда? Гарриет, я приехал, чтобы просить у вас прощения.

– За что? – удивилась она. – Вы не сделали ничего против моей воли. Вы были правы: в четверг я сама пошла вам навстречу – я хотела вас.

– Вы неисправимо честны, Гарриет, – заметил Тенби, – но я не о том. Я приехал повиниться за то, что было шесть лет назад. – Гарриет повернула к нему голову. – Я знал тогда, что вы совершенно наивны и невинны. Я знал, что для вас, дочери священника, моральные принципы незыблемы. Но я хотел вас и убедил себя, что деньги, драгоценности и обеспеченное будущее – хорошее оправдание для моих поступков. Простите меня, если можете.

Его слова потрясли Гарриет до глубины души. У нее ком встал в горле. Она перевела дыхание.

– Спасибо, – сказала она. – Спасибо. Я прощаю вас…

– Гора с плеч! – воскликнул Тенби. – О, это было ужасное бремя, Гарриет! Благодарю вас, моя дорогая. А в этом году…

– В этом году я была уже не та невинная девушка, – поспешила вставить она. – В этом году я была согласна… Ваша совесть может быть чиста.

– В этом году вы соблазнили меня, – промолвил Тенби. – Я прошу у вас прощения, Гарриет, что поддался искушению.

Гарриет непонимающе уставилась на него.

– Вы соблазнили меня, Гарриет, – повторил герцог. – В Кью. Вы сами предложили мне стать моей любовницей.

– Но я не предлагала этого! – вырвалось у нее.

– Если вы вернетесь к нашей прогулке в Кью и подробно вспомните наш разговор, – сказал он, – вам придется признать, что это вы предложили мне carte blanche, хотя я не просил вас об этом.

Боже мой, неужели это правда? Она никак не могла привести в порядок свои мысли, однако помнила, что ждала, чтобы он заговорил первым и ясно сказал о своих намерениях. Помнится, Тенби сказал, что хочет се.

– Вы не намеревались предложить мне стать вашей любовницей? – спросила Гарриет.

– Нет.

Гарриет в ужасе вскочила на ноги и закрыла лицо руками. Если бы сейчас перед ней разверзлась бездна, она, не раздумывая, прыгнула бы в нее!

– Вы потрясены, Гарриет? – спросил Тенби. – Вы видите перед собой соблазненного вами мужчину. Повернитесь и откройте глаза…

– Уходите! – воскликнула Гарриет. – Прошу вас, оставьте меня!

– Я должен просить у вас прощения, – сказал герцог. Гарриет не заметила, что он тоже встал, пока не почувствовала его руки на своих плечах – он повернул ее к себе. Не отнимая ладоней от лица, она уткнулась ему в грудь. Он стал гладить ее по голове. – Я принял ваше предложение, Гарриет, потому что мне показалось – так будет проще. Я получу то, что хочу, не принося ничего в жертву и не давая никаких обязательств, Но то, что вы только что высказали мне, – правда. Все было не правильно, потому что наши отношения зиждились лишь на физическом удовольствии. Нет, если говорить точно, не совсем так, но мы оба не позволяли себе думать, что это что-то большее. И все равно будущего у нас не было, только череда встреч, только постель и надежда на то, что со временем мы оба пресытимся друг другом и расстанемся по обоюдному согласию. Так случалось у меня со всеми женщинами до вас.

– Прошу вас, уйдите! – воскликнула Гарриет.

– Простите меня, Гарриет! – сказал герцог. – Простите за трусость, за нанесенное вам оскорбление, за страдания, которые я вам причинил.

– Вы не оскорбили меня и не причинили страданий, – возразила Гарриет. – Я… не страдала.

– Надеюсь, что вы говорите не правду, – мягко сказал он.

Гарриет наконец подняла голову, уперлась ладонями ему в грудь.

– Вы тогда сказали, что хотите меня, – промолвила она. – Если речь шла не о carte blanche, тогда какую же цель вы преследовали?

– Я хотел просить вас выйти за меня замуж.

У нее бешено забилось сердце.

– Я вам не верю, – сказала она.

– Видите, что получается, когда начинаешь говорить не правду? – спросил Тенби. – Очень скоро начинаешь думать, что все тебе врут.

– И все же я не верю вам! – повторила Гарриет. Тенби укоризненно покачал головой.

– И шесть лет назад я тоже хотел просить вашей руки, Гарриет, – сказал он. – Я намеревался в третий раз отыскать вас. Но заболел мой дед и вскоре умер, и неожиданно я стал герцогом Тенби. Я поднялся на ступеньку выше по иерархической лестнице. Вместе с титулом на меня легли все соответствующие обязательства и ограничения. Поэтому, Гарриет, я не приехал к вам в третий раз. И никогда не спрашивал о вас Фредди. Я не знал, что вы вышли замуж. Не знал, что вы стали матерью.

– Вам не разрешили бы жениться на мне, – уставившись на бриллиантовую головку булавки, которой был заколот шейный платок герцога, проговорила Гарриет.

– Я готов был заплатить за это чем угодно, – возразил он.

– Так что ж, – произнесла неожиданно уязвленная Гарриет, – вам повезло: вы избегли кары. И в этом году, если вы не лукавите, в Кью я дала вам то, что вы хотели, добровольно, не потребовав ничего взамен.

– Но это оказалось не тем, чего я хотел, – сказал герцог.

– Мне очень жаль, – обронила Гарриет, пытаясь отстраниться от него. – Но я с самого начала предупреждала вас, что неопытна в любовных делах. Мой муж был пожилой и не очень здоровый человек, он любил меня всей душой, однако не был таким… изощренным, как вы.

– Хотите знать правду? – спросил он тихим голосом, который словно ласкал ее. – А я и не хотел никаких изысков, Гарриет. Я хотел любить вас всей душой. А вместо этого преподал вам науку страсти. Но мы оба знаем, где и с кем я ее изучил.

– Не надо. Арчи! – Вырвавшийся у Гарриет возглас был больше похож на стон. – Не надо! Вы не знаете, какую боль причиняете мне. Сердце мое разрывается!

– Но почему оно разрывается? – спросил Тенби. – Скажите мне. Объясните это словами.

– Вы очень хорошо знаете почему, – ударив его кулачками в грудь, сказала Гарриет. – Не мучьте меня! Вы все прекрасно знаете.

– Надеюсь, знаю, – подтвердил он. – Тогда позвольте мне, Гарриет, возместить две неудавшиеся попытки. Любовь моя, вы выйдете за меня замуж?

Нежность, звучавшая в его голосе, потрясла ее больше, чем само предложение. У Гарриет вдруг подкосились ноги.

– Герцогиня… – проговорила она.

– …отправила меня сюда со своими благословениями, – сказал он. – Я и так бы приехал, Гарриет. Но я был рад, когда она одобрила мое решение. Вам всего лишь нужно родить мальчика в течение года, и она будет обожать вас до конца своих дней.

– О, Арчи! – выдохнула она.

– Я же буду любить вас до конца жизни, если вы и не родите мне мальчика, – продолжал Тенби. – Или же родите мне вместо него десять девочек. Вы выйдете за меня?

– Сьюзен…

– …на верном пути к моему сердцу, – сказал он. – Она такая же чаровница, как и ее мать. Я не устою. И надеюсь, если я научусь выть, как волк, а не рычать, как собака, у меня будет шанс завоевать и ее сердце тоже. Вы дадите мне этот шанс, Гарриет? Вы станете моей женой?