Маньяк из Бержерака. Дом судьи. Мегрэ и человек на скамейке (сборник) - Сименон Жорж - Страница 34

Маленькая вселенная снова закрывалась. Все формальности окончены, официальные лица разъехались, городок возвращался к своей обычной жизни – с той только разницей, что отныне в его повседневный пейзаж словно резцом будет врезана массивная фигура Мегрэ. Мальчишек гонять бесполезно! К нему скоро и неизбежно привыкнут…

Он заметил мэра на пороге и подошел с ним поздороваться.

– Я тут подумал, господин комиссар… Вам, конечно, понадобится рабочий кабинет… Хотите, я дам вам ключи от мэрии?

Прекрасная мысль! Уютная белая комнатка, куда Мегрэ немедленно и устремился, стараясь скорее привыкнуть к новому рабочему месту. Справа печка. Нужно будет попросить растапливать ее каждое утро и весь день поддерживать огонь. Вот место для трубки, для табака. За окном двор, посреди которого растет огромная липа, чуть дальше – забор и улица, ведущая к морю.

Кто это там шагает так быстро? А! Межа. Он вошел, сильно запыхавшись.

– Слушайте, шеф… По-моему, я кое-что разузнал… Марсель Эро…

– Что?

– Всего лишь слухи, поэтому информация не достоверна… Говорят, что он недавно пошел к своей лодке… Есть у него моторная лодка… И люди видели, как он уплыл в самую глубь бухты, по направлению к Пон-дю-Броль. А дел у него там никаких нет и быть не может: до прилива еще далеко…

На столе стоял телефон. Мегрэ снял трубку.

– Алло, мадемуазель… В Пон-дю-Броль имеется телефонный аппарат?.. Только один… В гостинице?.. Вы не соедините?… Да, комиссар Мегрэ… В ближайшие дни я буду работать в мэрии. Наверное, мне часто придется вас беспокоить…

Он взглянул на электрическую лампочку, желтым пятном висевшую на потолке:

– Межа, вкрутишь лампочку на сто свечей… Алло! Гостиница Пон-дю-Броль?.. Мадам, я хотел бы у вас кое-что спросить… Нет, это не торговец пивом… Вам сегодня днем не приходилось видеть небольшую моторную лодку?.. Да, из Л’Эгийона… Говорите, она пришвартована прямо напротив гостиницы?.. Велосипед?.. Алло! Не вешайте трубку! Он выпил у вас стакан вина?.. Вы не знаете, куда он направился?.. В сторону Марана?.. Спасибо, мадам… Да… Если он вернется… Немедленно свяжитесь с мэрией Л’Эгийона…

Мегрэ устремился к двери. В сгущающихся сумерках он заметил жандарма, собиравшегося возвращаться в Лусон.

– Лейтенант! Не задержитесь на минутку?.. Полагаю, вам знаком Пон-дю-Броль? Что это за место?

– Это в глубине бухты, самое болото. Из бухты к Марану ведет канал, углубляясь в материк километров на десять. Пустынные места, дай бог по одной ферме на каждые два-три километра…

– Будьте добры, пошлите туда своих людей. Нужно отыскать некоего Марселя Эро – крупный парень, под метр восемьдесят, видный такой рыбак, его сложно не заметить… Он приплыл туда на моторной лодке и оставил ее напротив местной гостиницы. Взял велосипед…

– Вы думаете, что?..

– Думать еще слишком рано, лейтенант. Могу я на вас рассчитывать?

Навестить Дидин до или после ужина? Пожалуй, до. Окончательно стемнело. Снова позвякивали снасти на берегу, снова в небе пересекались прожекторы маяков.

Вдоль стены вилась виноградная лоза. Двери и ставни были выкрашены в зеленый цвет.

– Заходите, господин комиссар. Я уже начала беспокоиться, не обидела ли вас чем-нибудь…

С ивового кресла спрыгнула кошка. Уло, сидевший в своем уголке, встал, уважительно вынув изо рта длинную пенковую трубку.

– Садитесь, господин комиссар. Уж придется вам выпить с нами немножко… Жюстен! Возьми стаканы в шкафу.

Она вытерла стаканы. Стол был покрыт клеенчатой скатертью, в углу стояла кровать, придавленная огромной красной периной.

– Уступи кресло комиссару. Ничего-ничего! А то из-за всей этой беготни у меня огонь в печке погас… Можете не снимать шляпу.

Дидин говорила без умолку, но чувствовалось, что думает она совсем о другом, ни на секунду не теряя из виду свою главную цель. Она не садилась. Не зная, куда деть руки, принималась теребить предметы. Так как Мегрэ не выражал желания ей помочь, она наконец решилась спросить прямо:

– Вы нашли ребенка?

Что? В этой истории и ребенок имеется?

– Я так и думала, что вам ничего не расскажут. Местные не очень-то любят распространяться, особенно с чужаками. Конечно, через какое-то время, когда народ к вам попривыкнет… Я лично на вашей стороне, вот и Уло подтвердит… Я видела, что вы говорили с Терезой…

Как это она видела? Неужели подсматривала за Мегрэ в окно? С нее станется! Значит, она с мужем следовала за комиссаром буквально по пятам, отслеживала каждое его движение.

– Старикам вроде нас делать-то особого нечего, есть время и подумать, понимаете? Еще стаканчик?.. Пейте! Это пока никому не вредило. Нет, Жюстен, тебе нельзя. Ты же плохо перевариваешь, сам знаешь…

Она отодвинула бутылку подальше от мужа.

– Сколько бы вы ей дали, Терезе-то? Выглядит совсем молоденькой, правда? А между тем ей года двадцать три. Может, и двадцать четыре, я бы не удивилась… Так вот! С шестнадцати лет она уже бегает за Марселем… Именно! Я видела, он с вами тоже разговаривал… С его-то сложением, да с деньгами, да два дома, садки и все такое – словом, поклонниц у него хватает. А Тереза ничего особенного собой не представляет… Мать ее летом торгует мидиями и устрицами, ходит из порта в порт, по дачам на той стороне залива… И все-таки Тереза своего Марселя в некотором смысле заполучила! Все заметили, что года три назад она заметно поправилась… Но у здешних людей есть гордость. Девушка уехала в город, вроде как на заработки. А когда вернулась через несколько недель, готова поклясться, что она сильно похудела! И уж я-то знаю, куда она наведывается каждый месяц, когда берет два дня отгула… Она ездит в Лусон, где в семье путевой обходчицы живет ее ребенок. Что вы на это скажете?

Сказать пока было нечего. Тереза и Марсель… Что ж! Значит, Тереза держит Марселя на привязи…

– Заметьте, речь идет о событиях трехлетней давности! С тех пор Марсель повадился по ночам залезать через окно в дом судьи. Это, я думаю, вы успели выяснить. Перед ним там кое-кто успел побывать… Да и после, мне кажется, тоже… Только я вам прямо скажу, что думаю: Марсель – это другое дело. Остальные просто пользовались случаем… Понимаете? Такой уж мужчины народ…

Дидин метнула ехидный взгляд в сторону мужа, косившего с самым невинным видом.

– Так вот, я уверена, что Марсель-то как раз влюбился не на шутку и, если бы мог, женился бы на ней, хотя она и не такая, как все… А теперь представьте, что Тереза вызвала кого-то из Лусона – какого-нибудь знакомого, который смог бы за нее отомстить… Дом судьи – это проходной двор, кто хочет, тот и заходит. Взгляните сюда… Уже темно, но белую террасу еще видно. Туда любой мужчина залезет… А дальше остается лишь перешагнуть через подоконник – и вы уже в кладовке, окно там почти всегда открыто. Он может сколько угодно запирать дочь на ключ – это все равно, что пытаться воду в руках удержать…

Мегрэ вздрогнул, внезапно осознав ход собственных мыслей. Вот уже несколько минут, рассеянно слушая монотонный голос Дидин, он невольно позволил воображению нарисовать какие-то смутные, кажущиеся нелепыми картины, еще очень неясные, но, если к ним приглядеться, начинавшие быстро обретать более четкие формы.

«…Дом судьи – это проходной…»

Он вспоминал, как Дидин сидела у него в конторе в Лусоне, слышал ее тихий четкий голос, удивительную, прямо-таки немыслимую точность, с которой она описывала происшедшие события, всю развернувшуюся драму, от и до. А между тем она ее не видела!

Безупречная логика. Расчет времени приливов с точностью до минуты. Целое самостоятельно проведенное расследование, которым мог бы гордиться любой профессиональный полицейский. И наблюдение, которое старики установили за домом – один с парадного входа, другой с черного… Даже морской бинокль!..

Но все равно это было невероятно. Такие мысли нужно гнать, а после еще раз посмотреть на комнату бедных крестьян, на кровать с необъятной периной, на толстые стаканы и клеенчатую скатерть, на белый чепец Дидин…