Горькие плоды смерти - Джордж Элизабет - Страница 48

– Что-то? – переспросила девушка. – Типа романтической привязанности к собственному авто? Боюсь, для этого мне понадобится ваша «Хили Эллиот»[7]. Я обратила внимание, какими глазами вы смотрите на нее, сэр.

– Согласен, это любовь. Но я имел в виду… может, некое новое хобби? Вы слишком заняты, чтобы это были танцы… черт, что бы такое придумать?

– Вышивание чайных полотенец или наволочек для ящика в комоде, где хранится мое приданое? – язвительно уточнила Барбара и покачала головой. – Ничего, как-нибудь отобьюсь от нее без всякого вранья. Кстати…

Она открыла конверт, в котором лежал отчет о вскрытии.

– Мне это вручили, – сказала сержант и поведала про все остальное: Клэр Эббот, ее скоропостижную кончину, Рори Стэтем, ее собственное обещание помочь этой женщине и все такое прочее. – Я пробежала его глазами, – добавила она. – На первый взгляд все вроде бы ясно. Но, может быть, вы…

Линли достал из кармана пиджака очки. Они с Барбарой уже заказали еду, и пока ту еще не принесли, инспектор погрузился в чтение.

– Вы правы, Барбара, – произнес он. – На первый взгляд, все вроде бы ясно. Только одно место внушает некоторые сомнения. Хотя вероятность все равно мала.

И он заговорил про токсикологический отчет. Была проведена самая простая проверка, сказал он, что Хейверс, несомненно, заметила. Такая проверка предполагает поиск в организме следов химических веществ как легального, так и нелегального характера: амфетаминов, барбитуратов, бензодиазепинов, марихуаны и кокаина, а также других наркотиков. Присутствие любого из них влечет за собой более сложную проверку для точного определения количества и формы данного вещества. Например, эксперты проверят, было ли это лекарство от насморка или же кристаллический метамфетамин. А в случае Клэр Эббот была проведена дежурная токсикологическая экспертиза, не выявившая наличия наркотиков, и поэтому дальнейшее исследование такого рода не проводилось.

– Если нет следов наркотика, – сказала Барбара, – с какой стати делать что-то еще? Все и так понятно, не так ли?

– Верно, если вы не считаете, что смерть могла быть вызвана чем-то таким, что простая экспертиза не смогла обнаружить, в отличие от более сложного комплексного исследования. Для этого нужны анализы образцов крови, мочи и тканей. Газовые хроматографы, масс-спектрометры. Это также предполагает немалые денежные расходы, которых можно избежать при очевидном экспертном заключении… – Линли посмотрел на ту часть отчета, в котором стояло заключение судебно-медицинского эксперта: «Внезапная сердечная аритмия, вызвавшая приступ, повлекший за собой смерть».

– Но именно так и было, – сказала его собеседница.

Томас снял очки, сложил их и снова убрал в карман.

– Верно. Но если имеются какие-либо сомнения в причине смерти, то нужно выяснить, что могло вызвать и сердечную аритмию, и приступ. Это же, – он побарабанил пальцами по отчету, – зависело от любопытства судмедэксперта и, к сожалению, от материальной базы, которой он располагал. Если нет свидетельств того, что кто-то мог быть напрямую причастен к ее смерти, эксперту нет необходимости глубоко копаться в этом деле – если все понятно и так, и у него нет никаких подозрений.

– То есть при подозрениях потребовалось бы повторное вскрытие? – уточнила Барбара.

– Да, – ответил Линли. – Что непросто в сложившихся обстоятельствах, ибо ничто на то не указывает.

Сержант задумалась. Вряд ли повторное вскрытие проведут лишь на основании одной только просьбы подруги покойной. Потребуется участие адвокатов, магистратов[8], коронеров и один бог ведает кого еще. Но если лондонская полиция слегка подтолкнет это дело… Наверняка вмешательство со стороны Скотленд-Ярда многое ускорит и многое упростит.

– Думаю, это то, что нам нужно, – задумчиво произнесла девушка.

– Повторное вскрытие? Без единого признака того, что при первом была упущена хотя бы незначительная деталь…

– Запертая дверь, – сказала Хейверс. – Между двумя смежными комнатами.

– Это вряд ли можно считать уликой.

– Знаю. Но эта женщина, сэр. Рори Стэтем. У меня такое впечатление, что Клэр была ее единственным близким человеком, фактически ее семьей, ну или она для нее была семьей… Я что хочу сказать… если это поможет ей успокоиться и снять подозрения… Расходы, если что, можно будет оплатить из наследства Клэр Эббот. Тогда Рори не придется до конца жизни мучиться вопросами: кто, как и зачем это сделал? Она будет знать. Это того стоит, не правда ли?

Она знала, что последнее не вполне справедливо – если не сам факт, так то, что она его озвучила. Причина смерти жены самого Линли была окутана молчанием парня, который так и не назвал имя того, кто был с ним в Итон-Террас в день убийства Хелен. Таким образом, Томас не знал, зачем тот застрелил его жену. И вполне возможно, никогда этого не узнает.

Линли молча кивнул. Взяв отчет судмедэксперта, он положил его на пол рядом со своим стулом, и после этого они с коллегой принялись за еду.

– Спасибо, инспектор, – поблагодарила Барбара.

Октябрь, 11-е

Индия не сказала Нэту о том, что собирается на похороны Клэр Эббот. Ей удалось убедить себя, что она поступила так лишь потому, что была не способна объяснить даже самой себе, зачем она туда собралась. Как в таком случае она сможет что-то объяснить своему другу? Впрочем, истина состояла совершенно в другом.

За последние десять дней они с Томпсоном виделись четыре раза, и в двух случаях он заводил разговор о Чарли. Нет, они не ссорились, однако упоминание имени бывшего мужа Индии создавало между ними напряжение, которое рассеивалось с немалым трудом.

Одна половинка ее «я» понимала, что она играет в игру с самой собой, игру, в которой – если она не примет решения – ей не придется сталкиваться с последствиями, о которых в данный момент ей ничего не известно. Другая же хорошо знала: отказ принимать решение – это уже само по себе решение.

А последствия будут таковы: она увидит, как Натаниэль Томпсон уходит из ее жизни.

– Он хочет, чтобы ты вернулась к нему, – сказал Нэт. – Ему нужно твое сочувствие. Люди же, Индия, порой ошибочно принимают сочувствие за любовь.

– Ко мне это не относится, – был ее ответ.

Но она умолчала о том, что страдания Чарли всегда ее трогали. Когда это случилось, старый отцовский совет о минимизации потерь предполагал не здравый смысл, а лишь легкий выход из отношений, на которые Эллиот когда-то возлагала большие надежды, так, увы, и не сбывшиеся.

Но признайся она Нэту, что вынуждало ее тянуть с решением, он сказал бы, что это и есть именно то, на что и рассчитывал Чарли. То, что, по его мнению, ей и положено было чувствовать. И все же Индия не воспринимала ситуацию именно такой. Напротив, она считала, что бывший муж, потеряв ее, прилагает все силы к тому, чтобы оправиться от удара, который мог бы свалить его окончательно. Она не могла не думать об этом, хотя бы потому, что у них было общее прошлое.

Его просьба поехать вместе с ним на похороны Клэр Эббот была вполне здравой. Голдейкер видел в этом свой долг по отношению к собственной матери. В конце концов, она сопровождала Клэр в ее поездке в Кембридж, где та умерла. Более того, именно она обнаружила бездыханное тело писательницы. Это и все, что было потом, – прибытие полиции, вопросы, на которые у нее не было ответов, утрата подруги и одновременно работодательницы – выбило Каролину из душевного равновесия. Ну и, конечно, страданий ей добавил и роман Алистера с Шэрон Холси…

Индия первый раз слышала об этом. Роман? Господи, у кого?! У Алистера?

– Кто бы мог подумать, верно? – сказал Чарли. – Причем он тянется уже давно. Мать требует, чтобы он ее уволил, но Алистер на это не пойдет. Говорит, что она «опора его бизнеса». Я несколько раз был у них после того случая во время открытия мемориала, пытаясь их помирить. Бесполезно.