Лезвие пустоты - Джордж Элизабет - Страница 36

Глава 19

Ее разбудила выбоина на дороге. В наступивших сумерках Бекка заметила, что они теперь ехали по проселочной дороге. Пикап свернул на покрытую гравием аллею и проехал между двух кирпичных колонн, к которым почти вплотную подступали ели. Диана включила фары, и девушка поняла, что они приехали на кладбище. В тени огромных деревьев виднелось множество надгробных плит. Следуя изгибам аллеи, они направились к той части кладбища, где было меньше деревьев. Миссис Кинсейл остановила грузовик.

– Давай навестим моего Чарли, – сказала она. – Ты нормально относишься к мертвым? Некоторые люди боятся посещать кладбища в вечернее время.

Бекка относилась к мертвым более чем нормально. Как только ее мать и бабушка поняли, что дар «шепотов», пропустив поколение Лаурель, с удвоенной силой перешел к их малышке, они начали возить ее на кладбище. Она тут успокоится, говорила бабушка, помогая Бекке выйти из машины. Ты повторяй в уме стих о Поле Ревире, а я опустошу свои мысли. И тогда она будет чувствовать себя прекрасно. Бекка помнила, как ходила по дорожкам среди могил и не слышала ни одного «шепота».

– Мне нравятся кладбища, – сказала она Диане.

– Нам со зверушками тоже, – ответила женщина. – Я выпущу собак побегать.

Она опустила задний борт кузова, и собаки, спрыгнув на землю, разбежались по сторонам. Диана вытащила из кабины пару горшков с белыми хризантемами и передала Бекке небольшой металлический ящик с инструментами. Затем она зашагала к могиле, где у гранитной плиты с надписью: «Чарли Кинсейл, любимый друг и супруг», стояла небольшая каменная скамья. Судя по дате, мужчина умер годы назад. Но плита выглядела как новая. Конечно, это объяснялось заботой Дианы. Миссис Кинсейл поставила горшки на землю и открыла ящик с инструментами. Достав тряпки и банку с политурой, она начала полировать плиту. Закончив работу, Диана установила горшки с хризантемами по краям могилы, затем сходила к водопроводному крану и набрала воды.

– Я пробовала сажать их в землю, но они увядают через несколько дней, – сказала она, аккуратно поливая цветы. – Наверное, хризантемам не нравится такой грунт. Иди сюда. Посиди со мной минуту.

Женщина подошла к каменной скамье и похлопала по ней ладонью. Затем она крикнула:

– Животные, ко мне!

Собаки прибежали к ней из разных мест кладбища. Они заюлили у ног хозяйки, обнюхивая ее карманы в надежде на угощение. Она достала какие-то вкусняшки и протянула им. Свора поощрительно замахала хвостами.

– Чарли ушел много лет назад, – сказала Диана. – Но я по-прежнему скучаю о нем. Так бывает, когда умирает близкий тебе человек.

Щемящая тоска возникла неожиданно и быстро – как птица, вспорхнувшая в небо перед самым ее лицом. Волна печали поглотила Бекку. Она так сильно скучала о матери, что ее глаза наполнились слезами. Девочка знала, что еще мгновение, и они польются по щекам, а ей придется позже объяснять их появление. Она вскочила на ноги и зашагала в глубь кладбища – туда, где фары пикапа не освещали темные могилы. Диана пошла следом за ней. Она обняла Бекку за плечи.

– Извини, что так получилось. Мне не хотелось расстраивать тебя.

Ее теплое прикосновение сотворило чудо. Бекка почувствовала неописуемую легкость, словно ноша упала с ее плеч – впервые с тех пор, как она, найдя Блю-Леди-Лейн, не смогла дозвониться до Лаурель.

– Все нормально, – сказала девушка. – Я в порядке. Мне уже пора идти домой.

– Хорошо. Но сначала позволь мне показать тебе кое-что. Это не займет много времени.

Она повела Бекку назад на центральную аллею и затем свернула на дорожку, покрытую гравием. Вскоре они оказались на другом краю кладбища. Одна из могильных плит была украшена статуей ангела. На надгробном камне этой могилы имелась выцветшая фотография. Чуть ниже виднелась надпись: «Тереза Гриедер». Судя по дате, девушка умерла, когда ей было четырнадцать лет.

– О-о! – тихо прошептала Бекка.

– Это событие изменило жизнь Дебби, – произнесла миссис Кинсейл. – Наполнило ее вечной виной и печалью. Жаль, что она не может простить себе смерть дочери.

– Сет говорил, что Терезу сбила машина, когда она ехала на велосипеде. А Дебби однажды призналась, что ее убила мисс Уорд – замдиректора нашей школы.

Они посмотрели на надгробный камень. Датировка свидетельствовала, что Риз Гриедер умерла пятнадцать лет назад.

– Они сказали тебе правду, – ответила Диана. – Но, как и во всем остальном, причина смерти была не столь однозначной. Помимо мисс Уорд и Риз на стареньком велосипеде, там фигурировал олень. Он выпрыгнул на дорогу прямо перед бедной Риз и машиной мисс Уорд. Обе попытались избежать столкновения с животным. Мисс Уорд повернула руль, и Риз сделала то же самое. В результате машина сбила девушку, а та, ко всему прочему, не потрудилась надеть шлем.

– Какой ужас! – воскликнула Бекка.

– Если бы не безумное желание искупить вину, Дебби покончила бы с собой. Но она решила жить дальше. Ей хочется сделать мир немного лучше.

– Никто не способен на это.

– Ты права, – согласилась Диана. – Жизнь невозможно переделать. Нам не дано менять события из прошлого. И не важно, какие поступки мы совершаем в свое оправдание.

Бекка заметила, что могила Риз была неухоженной. Надгробный камень порос лишайником. Это наполнило ее сердце печалью. Диана, почувствовав перемену в настроении девушки, сказала:

– Дебби не любит приходить сюда, и никто не хочет говорить ей о том, что могила находится в плохом состоянии.

Миссис Кинсейл взяла Бекку за руку, и они пошли к грузовику.

– Иногда мы не видим причин происходящего и пытаемся найти какие-то другие объяснения, – сказала Диана. – Нам легче обманывать себя, чем проходить через боль принятия реальных фактов. К сожалению, многие люди не понимают этого.

Часть 3

Конура

Глава 20

Хэйли Картрайт знала, что Сет никогда не признает настоящую причину разрыва их отношений. Он валил все беды на темнокожего парня, обвиняя его в совращении Хэйли. Но истина заключалась в том, что их расставание не было связано с Дерриком.

Сет думал иначе, потому что считал себя преданным. Однажды его трио пригласили в Линвуд. Парни приехали туда, надеясь выступить перед многочисленной публикой. Но оказалось, что произошла ошибка. В тот день на праздничных мероприятиях играла группа из Сиэтла – «Параноидальный янтарь». Это здорово испортило настроение Сета. Хэйли в чем-то понимала его. Он оплатил поездку на пароме, приехал в Линвуд вместе со своим трио, а ребятам сказали, что кто-то дал маху, выслав им приглашение. Вернувшись на остров, Сет отправился в клуб Лэнгли. Афиша гарантировала необычный концерт. В тот день к ним приехал музыкальный коллектив из Руанды. Сет был помешан на музыке. Естественно, он купил билет.

В зале собралась обычная публика – в основном постаревшие хиппи, жившие на лесопилках Южного Уидби. Они приходили в клуб на все представления, включавшие в себя музыку и танцы. На площадке перед сценой кружилось несколько пар. Среди них выделялись Хэйли и Деррик. Они пришли сюда не на свидание. Девушке просто хотелось познакомиться с одной из африканских культур. Она мечтала о работе в тех местах, где родился Деррик, – не конкретно в Руанде, но определенно в Африке. А Деррик, судя по его лицу, был рад встрече со своими соплеменниками. Хэйли никогда не видела его таким счастливым, как в тот вечер.

К сожалению, Сет не знал об этом. Он с обидой смотрел на Хэйли, танцевавшую с Дерриком – высоким и красивым сексуальным парнем, мускулистым спортсменом и школьным отличником. Оба парня интересовались музыкой, но Деррик превосходил Сета по многим позициям, и у него имелась куча мужских черт, на которые «клевала» каждая девчонка. Во всяком случае, так думал Сет.

Молодая пара завершила танец смехом. Им плохо удавалось двигаться под африканскую музыку. Однако такими же никчемными танцорами оказались и другие люди у сцены. Никто не мог сравниться с исполнителями из Руанды. Хэйли замерла в объятиях Деррика. Такое часто бывает с девушками в чудесные моменты жизни. В то мгновение ей казалось естественным, что пальцы Деррика ласкали ее лицо, а она прижимала ладони к его талии.