Сообразительный мистер Ридер. Воскрешение отца Брауна (сборник) - Честертон Гилберт Кийт - Страница 34

– Садитесь, Миллс.

Мистер Ридер поставил перед стушевавшимся гостем стул, сам сел за большой письменный стол, разложил перед собой письмо, поправил пенсне, прочитал письмо еще раз, беззвучно шевеля губами, потом откинулся на спинку стула.

– Сдаюсь, – сказал он. – Прочитайте-ка вы мне эту загадку.

– Не знаю я, что в вашем письме… – начал Миллс.

– Прочитайте загадку.

Когда он протянул через стол письмо, мужчина себя выдал: он привстал и в страхе подался назад вместе со стулом с таким испуганным выражением, которое сказало мистеру Ридеру очень многое. Он положил письмо на стол, взял с комода большой бокал, перевернул его и накрыл им измятую бумагу. А потом:

– Ждите, – приказал он. – И пока я не вернусь, не шевелиться.

И голос его прозвучал столь зловеще, что гость содрогнулся.

Ридер вышел из кабинета в ванну, рывком задрал рукава рубашки, включил горячую воду, подставил под струю ладони, а потом взял с полки маленькую бутылочку и вылил большую часть ее содержимого в полную воды раковину. Затем он опустил в воду руки и какое-то время подержал их там. После этого он три минуты мыл пальцы щеткой для ногтей, потом вытер их и, аккуратно сняв сюртук и жилет, повесил их на край ванны. К гостю, который дожидался его ни жив ни мертв, он вернулся в одной рубашке.

– Наш друг Уокер работает в тюремном лазарете? – скорее констатировал, чем спросил он. – Что здесь было? Скарлатина или что пострашнее? – Он посмотрел на письмо под бокалом. – Ну конечно, скарлатина. Письмо очень тщательно обработано. Уокера можно назвать почти умным.

Сыщик положил в камин пару дров, зажег растопку и бросил письмо вместе с конвертом в огонь.

– Почти умным, – задумчиво повторил он. – Ну конечно, он ведь сейчас санитаром в лазарете… Так что вы сказали? Скарлатина?

Мужчина, в изумлении глядевший на него широко раскрытыми глазами, молча кивнул.

– Смертельно опасного вида, разумеется. Очаровательно!

Он сунул руки в карманы и благодушно посмотрел на несчастного посланника мстительного Уокера.

– Теперь можете идти, Миллс, – мягко произнес он. – Я думаю, вы заражены. Этот смехотворный кусок ткани – не лучшая защита от бактерий, что означает, он совершенно бесполезен. Через три дня у вас начнется скарлатина и к концу недели вы, вероятно, умрете. Я пришлю вам венок.

Он открыл дверь, указал на лестницу, и мужчина, пошатываясь, удалился.

Мистер Ридер наблюдал в окно, как он перешел улицу и скрылся за углом на Луишем-хай-роуд. Потом Ридер поднялся в свою спальню, надел новый сюртук и жилет, натянул на руки матерчатые перчатки и отправился по своим делам.

Он не думал о том, что ему доведется снова увидеть мистера Миллса, и не подозревал, что джентльмен из Дартмура замышляет «налет», который снова столкнет их лицом к лицу. Для мистера Ридера этот неприятный случай остался в прошлом.

В тот день из полиции поступило сообщение о новом исчезновении, и без десяти пять мистер Ридер уже поджидал Маргарет, которая, как он инстинктивно чувствовал, могла дать ему в руки нить, способную распутать этот клубок. На этот раз он был намерен довести разговор до конца, но, лишь когда они дошли до конца Брокли-роуд и вместе медленно подходили к дому девушки, она дала хоть какую-то зацепку.

– Почему вы так настойчиво меня расспрашиваете, мистер Ридер? – спросила она не без некоторого раздражения в голосе. – Вы тоже хотите вложить деньги? Потому что, если хотите, то извините, я не смогу помочь вам. Это еще одно из наших соглашений – мы не должны приводить новых акционеров.

Мистер Ридер остановился, снял шляпу и погладил затылок (его экономка, которая в эту секунду наблюдала за ним из окна верхнего этажа, была уверена, что он только что сделал предложение и получил отказ).

– Я хочу вам кое-что рассказать, мисс Белмэн, и надеюсь… э-э-э… что это не испугает вас.

И он очень коротко рассказал ей об исчезновениях людей и о странном совпадении, объединяющем все эти случаи, – о том, что все пропавшие получали дивиденды первого числа каждого месяца. Выслушав его, девушка побледнела.

– Вы это серьезно говорите, да? – спросила она, сама говоря очень серьезно. – Вы бы не стали рассказывать мне об этом, если бы не… Эта компания называется «Инвестиционный синдикат Мехико». Их контора находится на Потшегел-стрит.

– Как вы о них узнали? – спросил мистер Ридер.

– Получила письмо от их управляющего, мистера де Сильво. Он написал, что какой-то друг рассказал ему обо мне, и описал мне все условия вложения.

– Письмо осталось у вас?

Она покачала головой.

– Нет, там было специально оговорено, что я должна принести его с собой, когда пойду к ним. Хотя я вообще-то и не ходила к ним, – улыбнулась девушка. – Я написала их адвокатам. Вы подождете? Их ответ все еще у меня.

Мистер Ридер остался ждать у калитки, а девушка сходила домой и через пару минут вернулась с папкой в руках, из которой вынула лист бумаги. На нем значилось название юридической конторы «Брейчер и Брейчер», и это было обычное формальное письмо, ничем не отличающееся от тех писем, которые рассылают адвокаты.

– Так вы говорите, что с самим мистером де Сильво не встречались?

Маргарет покачала головой.

– Нет, я встретилась с мистером Брейчером, а когда пришла в контору синдиката, она в том же здании находится, на месте был только клерк. Мистер де Сильво тогда по делам уехал из города. Мне пришлось оставить там письмо, потому что на его нижней части был бланк с заявлением о том, что я хочу стать акционером синдиката. Вложенные деньги можно было по желанию вернуть в течение трех дней, и именно этот пункт договора убедил меня окончательно. Поэтому, когда мне пришло письмо от мистера де Сильво о том, что он готов принять мои инвестиции, я послала ему деньги.

Мистер Ридер покивал.

– И с тех пор регулярно получаете свои дивиденды? – уточнил он.

– Каждый месяц! – торжествующе воскликнула девушка. – Правда, я думаю, вы ошиблись, связывая эту компанию с теми пропавшими людьми.

Мистер Ридер промолчал в ответ. Тем же вечером он наведался на Потшегел-стрит, в дом номер 179. Это было двухэтажное здание старинной архитектуры. За входной дверью начинался широкий, вымощенный каменными плитами вестибюль со старинной лестницей, ведущей на верхний этаж, который занимал китайский лавочник. В вестибюле имелось три двери. На той, что слева, висела табличка с надписью «Брейчер и Брейчер, адвокаты», а за дверью прямо напротив располагалась контора мексиканского синдиката. В дальнем конце вестибюля находилась третья дверь, на которой красовалось имя «Джон Бастон», однако никаких указаний на то, чем занимался мистер Бастон, не было.

Мистер Ридер негромко постучал в дверь синдиката и услышал в ответ приглашение войти. За столом за пишущей машинкой сидел молодой человек в очках, с диктофонными трубками в ушах и что-то быстро печатал.

– Нет, сэр, мистера де Сильво нет на месте. Он заходит только раза два в неделю, – сказал ему клерк. – Вы не могли бы назвать свое имя?