Свидетель смерти - Робертс Нора - Страница 43

Рорк в ответ загадочно улыбнулся, и Макнаб сразу весь подобрался, подозрительно посмотрев на дверь.

– Ну, конечно, если есть возможность аккуратно обойти всяческие бюрократические рогатки…

– Есть различные возможности для достижения по­ставленных целей, Ян. Различные пути и способы пре­одоления препятствий.

– Да, но существует закон о запрете на просмотр этих материалов, а главное – специальные коды до­пуска.

– Ну что ж, нам всего лишь надо что-нибудь приду­мать, чтобы прикрыть твою задницу.

-А Даллас мы обо всем этом расскажем? – спро­сил Макнаб спустя несколько минут, когда они уже по­менялись местами и Рорк сел за компьютер.

– Ну конечно же! Но когда-нибудь ты поймешь, что знать и суметь доказать – это два очень разных по­нятия, даже для нашего талантливого лейтенанта, кото­рая видит на метр под землей.

У Рорка был некоторый опыт полицейской работы, особенно в области поиска необходимой информации. К тому же он редко останавливался перед небольшими нарушениями закона, когда хотел найти интересующие его факты.

– Видишь, Ян, мы уже вошли в первый каталог по­лицейских данных, и от нас требуют введение кодов до­пуска, что подтверждает твои справедливые опасения. Абсолютно законные требования!

– Ну конечно! Вот если бы мы имели право входа в эти программы…

– Это вопрос чисто технический. И не надо сюда примешивать мораль и право. Смотри, здесь зарегистрированы коды для входа в файлы всех уголовных и гражданских преступлений за последние годы, включая самые свежие. Отсюда и начнем.

На экране высветилась надпись: «Вход в файлы дан­ных о преступности запрещен без соответствующего разрешения, подтвержденного специальными паролями и кодами допуска. Если вы ими располагаете, про­грамму можно открыть. Продолжать загрузку?»

– Сделано! – Довольный своей работой, Рорк откинулся в кресле, с удовлетворением рассматривая свои идеально ухоженные руки. – Макнаб, будь так добр – не сделаешь ли ты мне чашечку кофе?

Макнаб покраснел и сжал кулаки в карманах от возмущения. Но, немного поразмыслив над формой и со­держанием просьбы, решил не устраивать сцен и не создавать проблем на пустом месте.

– Что за вопрос? Конечно! Одну минутку.

Он отправился на кухню и занялся приготовлением кофе. Но сомнения не покидали его. При этом он даже не представлял, сколько понадобится времени на то, чтобы вскрыть компьютерные коды и найти нужные пароли, чтобы войти в программу, которая не желала, чтобы в нее входили все, кому ни лень. Для успокоения нервной системы и совести он решил наградить себя куском торта, поискам которого и постарался отдать­ся полностью, чтобы не мучить себя пустыми сомне­ниями.

К своей великой радости, он нашел шесть разных тортов, но это снова поставило его перед проблемой выбора.

– Ян, ты что, решил вырастить кофейное дерево, чтобы приготовить чашку кофе?

– Да нет, м-м-м… – Макнаб просунул голову в дверь. – Я просто… решил, что вам нужно сосредото­читься, и не хотел мешать.

«Милый лжец», – усмехнулся Рорк детской наивно­сти парня.

– Иди сюда, мне кажется, тебе будет интересно.

– Вам это удалось? Так быстро? Но как… – Макнаб подбежал к столу. – Нет, вообще-то мне лучше не знать, как вам это удалось. В таком случае, когда нас арестуют и вызовут на допрос, я смогу с чистой сове­стью отвечать, что ничего не знаю.

– Арестовать и допрашивать. Но за что? – Рок взял со стола и протянул ему листок бумаги. – Вот разреше­ние прокурора на твое имя с допуском к программе со всеми кодами и паролями.

– На мое?! – У Макнаба округлились глаза, и он диким взглядом уставился на листок. – Очень похоже на настоящий. Подписано судьей Нетлсом…

– Именно так оно и есть на самом деле.

– Да-а-а. Вы весьма не просты, – пробормотал Макнаб с восхищением. – Я бы даже сказал, что вы чертовски ловкий человек.

– Ян, прошу – прекрати. Ты меня смущаешь.

– Ну, да, смутишь вас! Хм… Стало быть, мне нужно обращаться к судье Нетлсу за разрешением?

Рорк встал с кресла и громко, от души, рассмеялся:

– Я уверен, что к нему следует являться только в со­провождении здоровенного полицейского, и только ес­ли тебя приведут насильно и в наручниках. Но я уверен, что шансов на это у тебя столько же, сколько и на то, что ты утонешь в проруби на Северном полюсе.

– Да. Вероятно, вы правы.

– Ну, тогда я со спокойной совестью отдаю это раз­решение в твои профессиональные руки.

– Конечно. Спасибо, Рорк. Послушайте…

– Что еще?

– Я хотел бы вас спросить об одной вещи. – Мак­наб переминался с ноги на ногу в своих моднейших бо­тинках на толстой легкой подошве. – Но это очень личное… Я не решаюсь поговорить об этом с лейтенан­том. Все хожу вокруг да около. Вы ведь знаете, какая она!

– Знаю, и достаточно хорошо. – Рорк внимательно посмотрел на Яна и, заметив у него на лице явные признаки смущения, решил помочь парню. – Ну, что? Женщина?

– Да. Женщина, черт меня побери. Мне кажется, вы принадлежите к тем мужчинам, которые знают, как с ними обращаться. Вы, по-моему, в отношениях с ни­ми так же ловки, как и с электроникой. Так вот, у меня еще не было женщины. То есть у меня, конечно, были женщины, – быстро поправился он, покраснев до кор­ней волос. – С сексом у меня все в порядке. У меня ни­когда не было по-настоящему близкой женщины. Так, кажется, будет правильнее сказать.

– Понятно. Ян, если ты хочешь, чтобы я прочитал тебе лекцию о женской хитрости и коварстве, нам при­дется запереться дома на несколько дней, запасясь приличным количеством выпивки.

– Конечно, я понимаю. Вы, кажется, спешите ку­да-то…

Вообще-то он был прав. У Рорка совершенно не бы­ло времени. Его с нетерпением ждали несколько мил­лиардов долларов, которые надо было быстренько ус­петь заработать, а затем удачно вложить, чтобы зарабо­тать на них еще несколько миллиардов. Но он уселся на краешек стола, решив, что, в конце концов, миллиарды могут и подождать: они не люди.

– Полагаю, речь идет о Пибоди?

– Да. Знаете ли, у нас уже было… это.

– Ян, я даже не представлял себе, что ты такой отчаянный романтик! Просто поэт эпохи Возрожде­ния.

Насмешливый тон Рорка заставил Макнаба сначала покраснеть, а потом побледнеть.

– У нас был по-настоящему сказочный секс.

– Это прекрасно, и я вас обоих искренне поздрав­ляю. Но я не уверен, что Пибоди будет в восторге от то­го, что ты поделился со мной этой горячей информа­цией.

– Речь идет совсем не о сексе! – быстро выпалил Макнаб, опасаясь, что у него не хватит смелости рассказать все до конца. – То есть это у нас уже все было. И много раз. Это у нас всегда бывает бурно и прекрас­но – как цунами и извержение вулкана одновременно. Но мы никогда не были по-настоящему близки. Как бы это сказать… ну, мы никогда не расстегивали души до конца. Вот почему я все время думаю, как бы это сде­лать так, чтобы она сняла свою полицейскую униформу хотя бы раз, хоть на пять минут. Какая она без нее? Вот это меня жутко волнует и беспокоит. Каждый раз, когда все заканчивается – ну, вы знаете – и мы остаемся го­лыми и пустыми, как два пупса, я кормлю ее ужином и провожаю до дома. Или она провожает меня до двери, если мы занимались этим у нее. При этом мы почти не разговариваем. А если разговариваем – то о чем угодно, кроме того, что меня волнует.

Рорк отлично понимал, что происходит с Яном, что его «волнует и беспокоит». В его собственной жизни встретилась всего одна женщина из великого множест­ва, которая так же заинтересовала его. Единственная женщина, которая заставила его мучиться сомнениями и страдать.

– А тебе хотелось бы большего?

– Ну, как бы это сказать? – Макнаб попытался улыбнуться, начиная жалеть, что затеял этот сложный и мучительный для него разговор. – Мне нравятся жен­щины. Все женщины – самых разных типов. Особенно они мне нравятся голыми.

– Ну, кто же тебя осудит за это?

– Конечно. Знаете, когда мне наконец удалось уго­ворить Пибоди раздеться, ее вид буквально свел меня с ума. А когда мы сблизились, то совместная пляска на­ших тел была настолько гармоничной, что я вообще полностью потерял голову. Обычно я обманываю жен­щин. Вы знаете, они ведь всегда хотят полных и закон­ченных отношений. Ну, и несешь им всякую чепуху, то есть врешь напропалую, стараясь при этом выглядеть милым и мужественным. Они, конечно, понимают, что ты обманываешь их, но проглатывают это: боятся, что в противном случае ты больше не придешь. Что-то в этом роде. А с Пибоди – все наоборот.