Почём цветочек аленький? - Луганцева Татьяна Игоревна - Страница 40

Молоденький белобрысый парнишка, стоявший рядом, тронул ее за руку.

– Вы знали ее?

– Да. Я приехала к ней, – подтвердила Яна. – А ты?

– Я ее друг Игорь, а это Олег, – показал он на плачущего парня. – Мы тут работали, спасали птиц…

– Я в курсе. Мне рассказал хозяин дома, который вас приютил.

– Привет, – поздоровался Евгений, подходя к месту трагедии. – О Пресвятая Дева! Клара!

– Мы опоздали, – прижалась к нему Яна.

– Вы вернулись? – обрадовался Игорь, увидев Евгения.

– Что произошло? – спросил Женя, не отводя взгляда от девушки.

– Нелепость какая-то… Вода еще холодная, но Клара почему-то с утра пошла к воде. А рядом с тем местом, где она была, рыбаки ставят сети. Так вот, уж не знаю, как так получилось, но она запуталась в сетях, видно, захлебнулась. Искали весь день и вот только сейчас нашли. Такой ужас! Молодая совсем, – сбивчиво объяснили ему зеваки.

Тело Клары уже упаковали в плотный пластиковый мешок, а к группе русских приблизился мужчина средних лет очень своеобразной наружности. Невысокий, худой, головастый, с копной рыжих кудрей. Лицо сплошь покрыто веснушками. При этом у мужчины оказался очень низкий, глубокий голос.

– Ну, здравствуйте, господа русские.

Яна подозрительно окинула незнакомца взглядом.

– А вы кто? Экскурсовод? Полагаю, вы биолог Глеб? – спросила она, чувствуя к подошедшему неприязнь.

– Меня зовут Август Аркадьевич, – пробасил мужчина, подтверждая утверждение, что странное имя накладывает отпечаток на внешность обладателя.

«Ну и имечко! Август!» – мысленно ухмыльнулась Яна.

– Майор полиции, – представился рыжеволосый мужчина. – Здравствуйте, соотечественники.

– Женя, ты говорил, что мы в Норвегии, – хмыкнула Яна.

– В Норвегии и есть! – засмеялся Август Аркадьевич. – Я здесь по обмену опытом. Командировка на два месяца. Вот уже две недели – и ни одного преступления.

– То-то я смотрю, вы обрадовались! Наконец-то сможете показать класс русского полицейского. Так? А погибшая девушка, между прочим, наша знакомая, и нам не до веселья, – свела брови Яна.

– Я вовсе не радуюсь, у меня нервное заболевание, воспаление лицевого нерва после перенесенного гриппа. Видите, у меня слегка поднялись уголки рта, и складывается впечатление, что я все время улыбаюсь, – пояснил Август Аркадьевич, и Яна почувствовала, как дернулся от сдерживаемого смеха Евгений. Не засмеяться действительно было нелегко, хоть рядом находился труп.

– Не повезло вам, господин майор. – Яна посмотрела полицейскому в глаза. – Ловите бандитов, преступных, так сказать, элементов и при этом постоянно улыбаетесь. Забавно!

– С каждым может случиться. В тридцать лет и такое горе. Знал бы, в клоуны пошел, – попытался отшутиться майор. – На гриме бы сэкономил.

По телу Жени прошла вторая волна смеха, а Яна сдержалась.

– Я понимаю, что для сыщика у меня неподходящая внешность, – продолжил Август Аркадьевич. – Рыжий… сами понимаете, а меня как раз тянуло именно в эту серьезную профессию.

– Не надо перед нами отчитываться, Август Аркадьевич, – подал голос Евгений.

– Я, честное слово, неплохой профессионал, – словно не слыша, продолжал следователь.

– Да мы верим вам, верим! – вступилась Яна.

– Я теперь неотлучно с вами, – повернулся он к Евгению.

– С чего бы это? – удивилась Яна.

– Я приставлен к Евгению Сальме в качестве телохранителя, – пояснил майор. – Норвежские коллеги оказали мне честь, доверили такое сложное дело, чтобы я не застаивался…

– О, нет! – вырвалось у Жени, и настало время Яны сдержать смешок. Она подумала: «А ведь он словно чувствовал, что его будет охранять человек, который ему не нравится».

– Да, мне обещали охрану, – почесал затылок Евгений.

– Ну так вот! Это – я! – радостно подтвердил Август Аркадьевич.

– Что я слышу? Тебе нужна охрана? – спросил подошедший Владимир Сальме. – Ты в чем-то провинился? Говори скорее, не томи!

– Владимир Сальме? – уточнил майор полиции.

– Точно так…

– На вашего брата было совершено покушение, и я временно приставлен к нему до выяснения обстоятельств дела.

– Покушение?! – Владимир был явно потрясен услышанным. – И ты мне ничего не сказал?

– Я забочусь о твоих нервах, тем более что все обошлось! – отмахнулся Евгений. – Зачем тебе волноваться?

– Я твой брат! Я должен знать всё, что с тобой происходит! – надулся Владимир.

А вот реакция Флавии была очень интересной. Она, совершенно ничего не понимая, смотрела на мужчин, хлопая длиннющими ресницами.

«Какая-то дурочка», – отметила Яна, но тут же сообразила, что весь разговор ведется по-русски и никто этой женщине не объяснил, что происходит. Флавия инстинктивно прижалась к Жене, Яна прищурилась, понимая, что женщина чувствует опасность, но почему-то тянется не к мужу… И она, сжалившись, рассказала Флавии на английском о покушении и о том, что теперь Женя будет находиться под надежной защитой русского майора.

И тут Яна увидела именно ту реакцию, которую и ожидала.

Флавия ахнула, побледнела и кинулась на шею к Евгению, словно проверяя, цел ли ее любимый. Вот именно, любимый! Ее реакция была просто неприличной. У Яны даже уши покраснели. «Может, это мне кажется? Я стала ревнивой старой дурой?»

– Со мной всё хорошо, Флавия, успокойся! Не надо… – Евгений разжал ее руки, освобождаясь от объятий, и Яна окончательно утвердилась в своих подозрениях. Взгляды их встретились, и словно ударила молния.

– Как не надо? Тебя убить могли! Ты что, не понимаешь? – затараторила женщина.

Яна деликатно отошла в сторонку. Она медленно пошла по берегу, отбрасывая ногой мелкие камешки.

Через какое-то время Евгений ее догнал. Она обернулась и ткнулась в его сильное плечо.

– Яна…

– Молчи!

– Ты права, у меня с ней было… Но, клянусь, еще до того, как она стала женой брата, – ответил он на ее немой вопрос. – Честное слово…

– Не оправдывайся, это твоя жизнь, я, сама не зная почему, верю тебе. Да и какое мне дело? Ты чужой человек. Сейчас я…

– В шоке? – вдруг обнял ее Евгений, словно защищая от довольно холодного ветерка.

– Да… Убийство… Это всегда ужасно!

– Я понимаю. – Он поцеловал ее в макушку.

– А ты пользуешься моментом? – уточнила она.

– Я сам не знаю, наверное, да…

– Я вижу.

– Яна…

– Да?

– Что ты об этом думаешь? – спросил Евгений, прижимая ее к себе.

– Клару убили, – твердо ответила Яна.

– Но ты одна так думаешь…

– Да? Разве? – вздрогнула она в его объятиях.

– Твердят о несчастном случае. Якобы Клара запуталась в сетях. Почему ты решила, что ее убили?

Яна пожала плечами:

– Господи… Да я не знаю… Мне так кажется, и всё. Может, потому что противоестественно умирать в таком возрасте? Может, потому что на тебя было покушение? Как-то не верится в несчастный случай. А если ты и дальше продолжишь меня обнимать, то произойдет еще одно убийство.

– Какое? – не понял Евгений.

– Твоя красавица меня прибьет. Женушка твоего братца. Она лютым зверем смотрит на меня, если бы взглядом убивали…

Женя снова поцеловал ее.

– В этой ситуации…

– Тебе жалко себя? Меня?

– Брата. Он умный человек, и не думаю, что не замечает знаков повышенного внимания жены ко мне. Я даже перестал навещать их, и Владимир не мог этого не заметить.

– И он с этим согласился? – спросила Яна.

– С чем именно?

– Что родной брат, двойняшка, перестал к нему приезжать… из-за жены? – удивилась Яна.

– Это странно?

– Вообще-то у Владимира есть причина убрать соперника – он наверняка с ума сходит от ревности. Только слепой не заметит, что его супруга рвется вон из платья, глядя на тебя.

– Это всё твои фантазии. Я никогда не поверю, что Владимир причастен к покушению на меня. Никогда! Да, он ревнует жену, это факт, и его устраивало, что мы стали реже видеться, – сказал Евгений. – Он мой брат! Мало ли у кого что было в прошлом. Что же, за всё сразу убивать? Сейчас же между нами ничего нет.