Тайна «Голубого поезда» - Кристи Агата - Страница 63

Он медленно развернул газету, которую все еще держал в руке.

– Вы видели вот это, месье Пуаро?

Он ткнул пальцем в заметку. Маленький бельгиец взял газету. Мистер Саттерсуэйт наблюдал за тем, как он читает. Выражение его лица нисколько не изменилось, но у мистера Саттерсуэйта возникло впечатление, что тело детектива напряглось – как у терьера, обнюхивающего крысиную нору.

Прочитав заметку дважды, Эркюль Пуаро сложил газету и вернул ее мистеру Саттерсуэйту.

– Занятно, – сказал он.

– Похоже, прав был сэр Чарльз Картрайт, а не мы, вы не находите?

– Да, – согласился Пуаро, – судя по всему, мы оказались не правы. Признаюсь, я не верил, что столь безобидного, доброжелательного пожилого человека могли убить… Хотя это второе убийство может быть совпадением. Иногда случаются самые поразительные совпадения… Я, Эркюль Пуаро, сталкивался с такими, которые немало удивили бы вас.

Немного помолчав, он продолжил:

– Возможно, интуиция не обманула сэра Чарльза Картрайта. Он – актер, человек восприимчивый, впечатлительный, который руководствуется в большей степени чувствами, нежели рассудком… Зачастую такой подход имеет катастрофические последствия, но порой он бывает оправдан. Интересно, где сейчас сэр Чарльз?

Мистер Саттерсуэйт улыбнулся.

– Могу ответить вам на это вопрос. Он сейчас в офисе компании «Вэгон Лит». Сегодня вечером мы с ним возвращаемся в Англию.

– Ах, вот как!

Восклицание Пуаро прозвучало весьма многозначительно. Его искрящиеся, плутоватые глаза как будто спрашивали: «Неужели наш славный сэр Чарльз решил выступить в роли детектива-любителя? Или существует какая-то другая причина?»

Мистер Саттерсуэйт не ответил на этот немой вопрос, но Пуаро все понял по его молчанию.

– Ясно, – сказал он. – Тут замешана мадемуазель. Ведь его подвигло на это не только преступление?

– Он получил от нее письмо, в котором она умоляет его вернуться, – пояснил мистер Саттерсуэйт.

Пуаро кивнул.

– Я только не совсем понимаю…

– Не понимаете современных английских девушек? – перебил его мистер Саттерсуэйт. – Ничего удивительного. Я сам не всегда понимаю их. Такая девушка, как мисс Литтон-Гор…

– Прошу прощения, – в свою очередь перебил его бельгиец, – вы неправильно истолковали мои слова. Я хорошо понимаю мадемуазель Литтон-Гор. Мне доводилось встречаться со многими девушками, которых вы относите к категории «современных».

Мистер Саттерсуэйт почувствовал легкое раздражение. Ему казалось, что он – и только он – понимает Эгг. Что вообще мог знать этот нелепый иностранец об английских девушках?

Тем временем Пуаро продолжал рассуждать задумчивым тоном:

– Знание человеческой натуры может представлять опасность.

– Приносить пользу, – поправил его мистер Саттерсуэйт.

– Возможно. Все зависит от точки зрения.

– Ну что же…

Немного поколебавшись, мистер Саттерсуэйт поднялся на ноги. Он был немного разочарован, поскольку рыба не клюнула на расставленную им приманку. У него возникло ощущение, что его знание человеческой натуры оказалось не на высоте.

– Желаю вам приятно провести время.

– Благодарю вас.

– Надеюсь, приехав в следующий раз в Лондон, вы навестите меня. – Англичанин протянул сыщику карточку: – Это мой адрес.

– Вы чрезвычайно любезны, мистер Саттерсуэйт. Мне будет очень приятно увидеться с вами.

– Ну, в таком случае до свидания.

– До свидания, и bon voyage[81].

Мистер Саттерсуэйт удалился. Пуаро несколько секунд смотрел ему вслед, затем снова устремил взор в голубые дали Средиземного моря. Так он просидел не меньше десяти минут.

Вновь появился английский ребенок.

– Я посмотрел на море, мама. Что мне делать дальше?

– Замечательный вопрос, – вполголоса произнес Эркюль Пуаро.

Он поднялся и медленно побрел в сторону офиса компании «Вэгон Лит».

Глава 2

Исчезнувший дворецкий

Сэр Чарльз и мистер Саттерсуэйт сидели в кабинете главного констебля полковника Джонсона – крупного, краснолицего мужчины с зычным голосом, веселого и добродушного. Он сердечно приветствовал мистера Саттерсуэйта и был явно доволен знакомством со знаменитым Чарльзом Картрайтом.

– Моя жена – большая театралка. Она ваша – как это называют американцы? – фанатка?.. Точно – фанатка. Я сам люблю хорошие постановки, но то, что идет на сцене в наши дни, – тьфу!

Сэр Чарльз никогда не участвовал в «смелых» постановках, заботясь о своей репутации. Когда речь зашла о цели их визита, полковник Джонсон выразил готовность предоставить им любую информацию, какой только располагал.

– Говорите, это ваш друг? Какая жалость! Да, он пользовался здесь популярностью. О сэре Бартоломью все отзывались как о человеке добрейшей души и первоклассном профессионале. Просто не верится, что его могли убить. Но это выглядит как убийство. Ничто не указывает на самоубийство, а несчастный случай исключается.

– Мы с Саттерсуэйтом на днях вернулись из-за границы, – сказал сэр Чарльз, – и знаем только то, что написано в газетах.

– И, естественно, вы хотите знать всё… Ну что же, я введу вас в курс дела. На мой взгляд, нет никаких сомнений в том, что нужно искать дворецкого. Он прослужил у сэра Бартоломью всего две недели и сразу после того, как совершилось преступление, исчез – прямо как испарился… Это довольно подозрительно, не так ли?

– И у вас нет никаких предположений, куда он мог деться?

Красное лицо полковника Джонсона сделалось еще краснее.

– Вы, очевидно, думаете, что это нерадивость с нашей стороны. Согласен, выглядит именно так. Разумеется, этот парень находился под наблюдением – как и все остальные. На наши вопросы он дал вполне удовлетворительные ответы – назвал адрес лондонского агентства, которое нашло ему это место. Предыдущим его работодателем является сэр Хорас Бёрд. Вел он себя спокойно – никаких признаков паники. И вдруг пропал – хотя за домом постоянно следили. Я устроил своим людям головомойку, но они клянутся, что не смыкали глаз.

– Удивительно, – сказал Саттерсуэйт.

– Чертовски глупо с его стороны, – задумчиво произнес сэр Чарльз. – Этим он только навлек на себя подозрение.

– Вот именно. У него нет никаких шансов скрыться. У всех полицейских имеется описание его внешности. Его задержание – вопрос нескольких дней.

– Очень странно, – сказал сэр Чарльз. – Я что-то не очень понимаю…

– Ничего странного. У него просто сдали нервы.

– Разве человек, у которого хватило смелости совершить убийство, не нашел бы в себе смелости затаиться после этого?

– Случается всякое. Мне доводилось видеть преступников. В большинстве своем они трусы. Ему показалось, что его подозревают, – и он тут же пускается в бега.

– Вы проверили сведения, которые он сообщил о себе?

– Естественно, сэр Чарльз. Это чисто рутинная работа. Лондонское агентство подтверждает его слова. Он явился к ним с хвалебными письменными рекомендациями от сэра Хораса Бёрда, который в данный момент находится в Восточной Африке.

– Следовательно, рекомендации могли быть сфальсифицированы?

– Совершенно верно.

Полковник Джонсон расплылся в улыбке, глядя на сэра Чарльза с видом учителя, довольного своим учеником.

– Мы телеграфировали сэру Хорасу, но ответ придется подождать, поскольку он отправился на сафари.

– Когда исчез этот человек?

– На следующий день после смерти сэра Бартоломью. На ужине присутствовал доктор – сэр Джослин Кэмпбелл, – который вроде бы немного разбирается в токсикологии. Он и Дэвис, местный врач, пришли к заключению, что это отравление, и незамедлительно вызвали полицию. В тот вечер мы опросили всех гостей. Эллис – это как раз наш дворецкий – ушел в свою комнату как обычно, а утром выяснилось, что в доме его нет. Его постель оказалась нетронутой.

– Ускользнул под покровом темноты?

– Видимо. Одна леди, оставшаяся ночевать, – мисс Сатклифф, актриса, вы, наверное, знаете ее…