Тайна «Голубого поезда» - Кристи Агата - Страница 28

Когда слуга уже собрался уходить, де ля Рош легким жестом остановил его. Ипполит принял позу уважительного внимания. И хотя на его лице не было видно никакого почтения, однако манера его поведения с успехом компенсировала этот недостаток. Сейчас он был воплощением уважительного отношения к хозяину.

– Вполне возможно, – сказал граф, – что в ближайшие несколько дней в доме будут появляться всякие незнакомые люди. Они будут искать знакомства с вами и Мари. А возможно, будут задавать разные вопросы, касающиеся меня.

– Да, месье граф.

– Не исключаю, что нечто подобное уже происходило?

– Нет, месье граф.

– Здесь не появлялся никто чужой? Вы уверены?

– Здесь никто не появлялся, месье граф.

– Очень хорошо, – сухо произнес де ля Рош. – Но они обязательно появятся, я в этом уверен. И они будут задавать вопросы.

Ипполит в ожидании смотрел на графа умными глазами.

– Как вы знаете, прибыл я сюда во вторник утром. Если вас спросит полиция или кто-нибудь еще, не забывайте об этом. Я прибыл во вторник, четырнадцатого, а не в среду, пятнадцатого.

– Все ясно, месье граф.

– В тех делах, в которых замешана женщина, всегда надо уметь держать язык за зубами. Я уверен, Ипполит, что вы это умеете.

– Я умею держать язык за зубами.

– А Мари?

– Тоже. Я за нее отвечаю.

– Ну, тогда хорошо, – пробормотал граф.

После ухода Ипполита граф с задумчивым видом стал пить свой кофе. Время от времени он улыбался, однажды слегка покачал головой и дважды кивнул. В самый разгар этих размышлений вновь появился Ипполит.

– Месье, к вам дама.

– Дама?

Граф был удивлен, но не потому, что визит женщины был чем-то из ряда вон выходящим на вилле «Марина», а потому, что ему в голову не могло прийти, кто это может быть.

– Мне кажется, что эту даму месье не знает, – с готовностью добавил слуга.

Граф был заинтригован.

– Проводите ее сюда, Ипполит, – распорядился он.

Через мгновение на террасе появилось восхитительное оранжево-черное видение, сопровождаемое сильным ароматом экзотических цветов.

– Граф де ля Рош?

– К вашим услугам, мадемуазель, – ответил тот, кланяясь.

– Меня зовут Мирей. Вы могли обо мне слышать.

– Ну конечно, мадемуазель! Кто же не восхищался танцами мадемуазель Мирей! Совершенно изумительно!

На эти комплименты танцовщица ответила механической улыбкой.

– Я настолько бесцеремонно вторглась в ваш дом…

– Умоляю вас, присядьте! – воскликнул граф, придвигая женщине стул.

Скрываясь за галантными манерами, он внимательно изучал посетительницу. Де ля Рош знал о женщинах почти все. Правда, он не имел большого опыта общения с женщинами типа Мирей – они были такими же хищницами, как и сам граф. В каком-то смысле он и танцовщица были одного поля ягодами. Граф понимал, что его чары не произведут на Мирей никакого впечатления. Однако от внимания де ля Роша не ускользнула одна подробность в поведении женщины. Он сразу же понял, что женщина, которая к нему пришла, была разозлена, а разозленные женщины, в этом граф не сомневался, всегда говорили чуть больше, чем этого требовало благоразумие. И это давало дополнительную информацию мужчине, который сумел сохранить свой разум холодным и расчетливым.

– Вы очень любезны, мадемуазель, что решили посетить мою скромную хижину.

– У нас много общих друзей в Париже, – заметила Мирей. – Я слышала о вас от них. Но сегодня причина моего визита совсем в другом. Я слышу о вас с того дня, как прибыла в Ниццу, и, как вы понимаете, это совсем не дружеские комплименты.

– Неужели? – мягко спросил граф.

– Я, может быть, буду говорить жестокие вещи, – продолжила танцовщица, – но поверьте, я хочу вам только добра. Весь город говорит о том, месье граф, что вы убили эту англичанку, мадам Кеттеринг.

– Я – убийца мадам Кеттеринг?.. Вот это да! Но ведь это же абсурд! – Он говорил скорее вяло, чем возмущенно, зная, что это спровоцирует ее на еще большее откровение.

– Вот именно, – настойчиво продолжала женщина. – Однако все именно так, как я вам говорю.

– Людям нравится сплетничать, – заметил граф безразличным тоном. – Я считаю ниже своего достоинства обращать внимание на подобные глупые обвинения.

– Вы не понимаете, – Мирей, со сверкающими глазами, подалась вперед. – Это не просто сплетни людей на улицах. Об этом говорят в полиции.

– Как в полиции? – Де ля Рош выпрямился, мгновенно насторожившись.

Мирей несколько раз энергично кивнула:

– Да, да. Вы же понимаете, что у меня повсюду друзья. Даже сам префект…

Она не закончила фразы, элегантно пожав плечами.

– Перед красивой женщиной трудно устоять, – вежливо заметил граф.

– В полиции думают, что это вы убили мадам Кеттеринг. Но они ошибаются.

– Конечно, они ошибаются, – легко согласился де ля Рош.

– Вы это просто так говорите, а я знаю правду.

Мужчина с любопытством посмотрел на танцовщицу.

– Вы знаете, кто убил мадам Кеттеринг? Вы это хотите сказать, мадемуазель?

– Да, – страстно закивала Мирей.

– И кто же это? – резко спросил де ля Рош.

– Это был ее муж. – Женщина, придвинувшись поближе к графу, говорила голосом, который дрожал от злобы и волнения. – Ее убил ее собственный муж.

Граф, с ничего не выражающим лицом, откинулся в кресле.

– Позвольте задать вам один вопрос, мадемуазель, – откуда вам это известно?

– Откуда? – Мирей вскочила на ноги и расхохоталась. – Да он об этом уже давно говорил. Он разорившийся банкрот, который стоит на грани бесчестья. Только смерть жены могла его спасти. Это он мне сам рассказал. Вот он и поехал на том же поезде, но она об этом ничего не знала. К чему бы это – спрашиваю я у вас? А к тому, чтобы у него была возможность ночью проникнуть к ней в купе – вот! – Танцовщица закрыла глаза. – Вот, я уже вижу это…

Граф откашлялся.

– Может быть, может быть, – пробормотал он. – А это точно? Ведь в этом случае, мадемуазель, он не украл бы драгоценности.

– Драгоценности! – выдохнула Мирей. – Ах, эти драгоценности! Эти рубины…

Ее глаза подернулись поволокой, и где-то глубоко в них загорелся таинственный свет. Де ля Рош с любопытством наблюдал за ней. В тысячный раз он удивлялся тому волшебному эффекту, который драгоценные камни оказывали на женскую половину рода человеческого.

– И что же вы хотите, чтобы я сделал, мадемуазель?

Мирей вернулась к действительности и вновь превратилась в деловую женщину.

– Все очень просто. Вы пойдете в полицию и скажете им, что женщину убил месье Кеттеринг.

– А если они мне не поверят? Если они потребуют доказательств? – Граф пристально рассматривал женщину.

Мирей негромко рассмеялась и плотнее закуталась в свои оранжево-черные одежды.

– Вы пришлете их ко мне, месье, и я дам им все доказательства, которые им потребуются, – мягко сказала она.

И с этими словами, выполнив свою миссию, танцовщица исчезла, как стремительный ураган.

Недоуменно подняв брови, де ля Рош смотрел ей вслед.

– Она явно взбешена, – пробормотал он. – Что же должно было произойти, чтобы довести ее до такого состояния? Она сразу выложила карты на стол. Она что, действительно верит в то, что мистер Кеттеринг убил свою жену? Видно, что Мирей очень хочет, чтобы я в это поверил… И чтобы в это поверила полиция.

Граф улыбнулся сам себе. Он абсолютно не собирался идти в полицию. У него были другие варианты, и, судя по его улыбке, их было не так уж мало.

Однако де ля Рош снова нахмурился – ведь, если верить Мирей, то он на подозрении у полиции. Может быть, да, а может быть, и нет… Рассерженная женщина, похожая на танцовщицу, скорее всего, не будет задумываться об абсолютной достоверности своих заявлений. Но, с другой стороны, она действительно легко могла получить доступ к какой-то внутренней информации. В этом случае – теперь рот графа сжался в узкую линию, – в этом случае ему надо принять некоторые меры предосторожности.