Дневник одинокого копирайтера, или Media Sapiens (сборник) - Минаев Сергей Сергеевич - Страница 71

– Привет, Антон Дроздиков.

– Здрасте. А откуда вы меня знаете? – растерялся я.

– Да не важно, Антон, я много кого знаю, показывай, с чем пришел и куда пойдешь.

– А куда можно?

– Можно налево, можно направо – от тебя зависит.

– А там чего посмотреть-то хоть есть? – Я, признаться, не врубался, о чем речь.

– Легко.

Перспектива резко прыгнула мне навстречу, и я четко увидел концы дорог, ведущих от стола. Левая упиралась в двери затемненного стекла, правая вела к дверям из стекла простого. Вспомнив лохов, что пошли направо, и генерала, который оказался одним из немногих избранных, я решил, что мне тоже нужно налево.

– Я, наверное, налево пойду, за дедом в мундире. У меня и документик соответствующий имеется. – Я хитро подмигнул старику. – У меня пропуск «Пресса», я с ОРТ.

Чтобы подтвердить свою компетентность, я начал искать по карманам бумажник с набором всяких «ксив-вездеходов», но отчего-то его не находил. Хотя точно помнил, что с утра он был. «В офисе забыл, вот урод! – наехал я сам на себя. – Сейчас пойду, как все лохи, направо. А мог бы как человек».

– Не стоит, Антон, я знаю, что ты «пресса». Тут у нас пропуска не канают. Дай-ка гляну, что там у тебя. – Старик несколько секунд пристально рассматривал что-то за моей спиной, затем откинулся на спинку стула и сказал: – Ты прав, Антон, тебе точно налево. Причем с эскортом.

Он сунул руку под стол, и в тот же миг рядом со мной оказались двое ребят в черном, похожих на охранников.

– Это ваш клиент, – сказал им старик.

Воистину, VIP – не надпись на карточке, это состояние души», – подумал я.

– Это точно, – сказал один из чуваков в черном. – Пошли за нами.

– А поуважительней можно? – после того как старик отправил меня вслед за генералом, ко мне вернулась моя обычная уверенность.

– Тут тебе не «Ритц-Карлтон», – усмехнулся другой.

Чуваки оказались наглыми. Такие обычно либо охраняют очень крутых олигархов, либо работают в ФСО. В любом случае их клиенты – реально важные персоны. Я подумал, что надо бы узнать имя старика, который мне помог.

– Ваше имя-отчество можно узнать? – спросил я его, обернувшись.

– Петр.

– Ага. Ну, спасибо за помощь. За мной не заржавеет. Увидимся, – я снова ему подмигнул.

– Все в руках Божьих, – спокойно ответил он.

Я шел и рассматривал спины охранников. Они были в сюртуках странного покроя. Очень пыльных, видимо, очень старых, и вдобавок у одного из них сюртук разошелся по шву прямо по центру спины. А обе штанины второго были словно обгрызены собаками. Оказавшись перед дверьми, я решил пошутить, дабы разрядить обстановку:

– Что-то вы, ребята, выглядите неважно. Если что, у меня есть мастер по костюмам хороший.

– На себя посмотри, – сказал охранник с рваными штанами.

– Норма-а-а-а-ально, – протяжно ответил ему второй. – Сам как из Кунсткамеры, а мы, значит, плохо выглядим.

Не поняв шутки, я опустил голову вниз и этот момент понял, что означают слова «у меня был шок». Потому что у меня реально случился шок. На обеих ногах были гнойные раны. От брюк кое-где остались прилипшие к коже лоскуты. Ногти на ногах были синего цвета, обувь сгнила. К правой ступне прилип шнурок, а к левой – язычок от ботинка. Кисти рук были какие-то вздувшиеся, синюшные. Некоторые ногти почернели. Я поднес к глазам левую руку, чтобы понять, что со мной случилось. И только и смог вымолвить:

– Что это за говно? Как я выгляжу?

– Нормально выглядишь. А как еще трупы выглядят? – засмеялся первый охранник.

– Ну. Трупное гниение. Обычное дело. Ты чего, биологию не учил?

– Эй, вы, придурки, я не понял, что происходит?

– Ругается еще, – сказал чувак с рваной спиной и сплюнул себе под ноги.

– Ага. Прежде чем судить о внешнем виде других, на себя посмотри, – ответил второй.

– ЧТО ПРОИСХОДИТ, ВЫ МОЖЕТЕ МНЕ СКАЗАТЬ?! – заорал я.

– Слушай, голосистый он какой, надоел уже, – начал первый охранник. – Или медийщики – они все такие?

– Ага. Даже после смерти не унимаются. Может, покурим? Или спустимся и там покурим?

– Не, лучше на воздухе. А то жди, когда еще очередного забирать. Я уж забыл, как тут поляна выглядит.

– Да, факт. Медийщики живучи, как тараканы. Ладно, доставай сигареты.

– У тебя опять своих нет?

– Я, может, бросаю.

– Ага. Здоровье бережешь, – заржал второй. – Халявщик ты, понял? На, держи.

Охранники как будто не обращали на меня никакого внимания. Они закурили и продолжили разговаривать, будто меня тут и не было. Первое, что пришло в голову, это броситься обратно к столу, чтобы спросить у Петра, в чем дело. Но попытавшись повернуть назад, я понял, что не могу сдвинуться с места. Я сел на землю и заплакал. То есть я понимал, что плачу, но слезы не текли у меня из глаз. Трупы же не плачут…

– Эй, вы, – обратился я к охранникам, – я чё, умер?

– А чё, нет, что ли? – ответил один и осклабился.

– И что теперь?

– Ничего. Теперь с нами пойдешь.

– Это куда?

– На пресс-конференцию по случаю собственной смерти, – снова заржал охранник с порванной спиной. – Журналисты и телекамеры уже подтянулись.

– Куда-куда… Если на доступном тебе языке, то в ад.

– Бля… – только и смог сказать я. – А вы кто же? Черти, что ли?

– А вот сквернословить не стоит. Ты не в интернете. Если надо, представимся. Я Велиал, – сказал тот, что с порванными брюками.

– А я Вельзевул, – откликнулся первый. – Как известно из древних книг, Библии например, у нас тысячи имен. О самых старых мы уже забыли. Как человек образованный, ты об этом наверняка читал. Или в кино видел.

– В любом случае это тебе без надобности, – подытожил Велиал и выкинул сигарету. – Пошли.

Я оглядел их снизу вверх и только сейчас заметил маленькие рожки на головах. Странно, как я их раньше не разглядел? Велиал повозился с ключами, затем все-таки отпер дверь. «Вельзевул. Фиг выговоришь. Буду Валей звать, а то язык сломаю», – подумал я.

– А вот за это сразу по ебальнику получишь, – шепотом сказал мне в ухо Вельзевул. – Имей уважение.

Я, признаться, не на шутку разозлился. Дело выходило со всех сторон гнилое. Мало того что я попал в ад, к настоящим чертям, так они еще и мысли мои читали. При таких раскладах, даже объединившись с другими здешними обитателями, невозможно замыслить побег.

– Почему? Замыслить-то можно. Только куда ты бежать собрался? В рай, что ли? – Вельзевул захохотал, и за дверью лаем отозвалась собака.

– Все, граждане, заходим. Время вышло, – позвал Велиал.

Я вошел вслед за чертями. За дверью находилась огромная комната, в углу которой сидел пес о пяти головах. Велиал подошел к нему вплотную и попытался щелкнуть по уху на крайней слева голове. Пес бесился, ревел и бросался на Велиала, насколько позволяла цепь. Велиал отпрыгивал. Судя по брюкам, иногда псу удавалось вцепиться ему в ногу.

– Интеллектуальное занятие, – отметил я. – А если цепь когда-нибудь оборвется?

– Ой, чья бы корова мычала! – обернулся ко мне Велиал. – Ты, когда народ годами дразнил, думал о том, что цепь оборвется? То-то и оно.

Мы пересекли комнату по диагонали и вышли в другую дверь. Все пространство, которое мог охватить человеческий взор, было пустыней с растрескавшейся от засухи землей. Мы долго шли молча, перепрыгивая через трещины, достигавшие порой ширины в несколько метров. Встав на краю одной из них, я глянул вниз.

– Э, аккуратней, а то провалишься! – крикнул Велиал.

– Куда? – не понял я.

– В тартарары.

– Это понятно, а что там, внизу? Подземная парковка, что ли?

– Говорят же тебе, баран, – тартар.

– А чё это? – не понял я.

– Мусульманские дела. Не заморачивайся.

Мы продолжали идти, и я даже научился почти так же ловко, как черти, скакать между трещин. Черти тихо переговаривались меж собой на каком-то тарабарском языке. Окружающий пейзаж довольно быстро утомил меня своим однообразием.

– Послушайте, – обратился я к чертям, устав от молчания, – а вот говорят «адские сковородки», «адский огонь», «грешники», а чё-то никого не видно. Мы не дошли еще, что ли?