Вырываясь на свободу (ЛП) - Синклер Шериз - Страница 4

- Плеть с металлическим наконечником? - спросил он равнодушным тоном.

Его палец скользнул вниз по одному рубцу, затем по второму, исследуя их один за другим, пока ее кожа не стала ожидать следующего прикосновения. Она кивнула.

Палец Нолана коснулся ее бока.

- Однохвостка? - спросил он, продолжая касаться ее плеч, спины, боков.

Каждое скользящее прикосновение было легким и мучительно медленным. Его пальцы задели попку сабы и по ее телу пробежала дрожь.

- Нож?

- Да, Сэр.

Кайлер хвастался ровностью порезов. Все, что она могла вспомнить, были ее крики.

- Как долго ты была с ним? - спросил он.

Простой сбор информации. Отсутствие эмоций в его голосе позволило ей приоткрыть дверь в ее воспоминания чуть шире.

- Два года.

Два года боли, которые медленно похоронили ее сексуальность до такой степени, что Бет стала уверена в том, что ее, как женщины, больше не существовало.

Мастер Нолан коснулся каждого параллельного шрама. Другие Домы иногда задавали общие вопросы об унизительных, уродливых следах недовольства Кайлера. Теперь-то она знала, что он делал ей больно для собственного удовольствия, а не потому, что это было вызвано ее действиями, но шрамы до сих пор смущали ее, как если бы она была виноватой и никчемной, что он с таким усердием внушал ей. Однако никто и никогда не заострял внимания и не расспрашивал о каждом из шрамов. Она почувствовала, как Дом потянул ее из ментальной тени, где она скрывалась, но вместо отвращения саба обнаружила лишь безобидный интерес. Он прошелся прикосновением вниз по ее бедрам, икрам. Подойдя к ней спереди, мужчина продолжил исследовать ее, начиная с пальчиков ног. Переместившись чуть выше, он остановился на ее правой голени, рассматривая узловатые шрамы и неровности кости под кожей.

- Чем это сделано? - спросил он шепотом.

- Чугунной сковородкой, Сэр.

Ей послышалось, или она действительно услышала рычание? Он продолжил свой путь вверх, его прикосновения были настолько легкими, что саба едва ощущала их, и все же ее кожа стала настолько восприимчивой, что она чувствовала тепло от его пальцев, даже когда он не касался ее. В ходе своего изучения он также обнаружил шрамы на ее бедре, ожоги на груди, зажившие порезы на подбородке и скулах, горбинку на носу от кулака, что сломал его.

- Сладкая, у тебя явно были неприятности, - пробормотал он.

В его голосе не было сочувствия, просто констатация факта. Он снова взял поцелуем ее губы. На этот раз более жестко, глубже, но так же медленно и осторожно. Бархат и металл. Его язык полностью завладел ею, соблазняя. Ее дыхание участилось, жар медленно разрастался внизу живота. Бет никуда не могла уйти, не могла отстраниться. Ей оставалось лишь подчиниться. И наслаждаться. Нолан неспешно отстранился, остановившись, чтобы прикусить ее теперь припухшие губы. Вдохнув ее дыхание в свои легкие, он вернул его ей и этот обмен был более интимным, чем секс. Его руки снова обхватили ее грудь, как он уже делал прежде. Неожиданное покалывание пробежало по ее телу. Она дернулась, когда его грубые пальцы потерли ее соски. Он мягко потянул одну вершинку, перекатив ее между пальцами; его пристальный взгляд не отрывался от ее лица, рта, глаз. Постепенно давление увеличивалось с каждым щипком, с каждым движением пальцев до интенсивнсти электрического тока, зажигающего жизнь и протекающего между ее грудью и клитором. До тех пор, пока у нее не перехватило дыхание.

Дом снова поцеловал сабу требовательными губами. Одной рукой обхватив ее голову, удерживая ту на месте, другой он гладил Бет. Его поцелуй отвлек ее, и резкий щипок за сосок заставил сабу подпрыгнуть и зашипеть от удивления. Он продолжал одурманивать женщину чувственными поцелуями, шокируя неожиданными щипками до тех пор, пока ее внутренности не начали плавиться, и великолепное чувство возбуждения не зародилось внутри.

Она тонула в его поцелуе, пока руки мужчины скользили по ее телу, все ниже и ниже, пока он не коснулся завитков на ее киске. Мастер отступил на шаг и показал ей свою ладонь, его пальцы блестели. Ее рот недоверчиво распахнулся. Она потекла? Как давно с ней это было? Он облизнул пальцы, и его твердые губы изогнулись в улыбке. Мимические морщинки от смеха слегка смягчили черты его лица.

- Мне нравится твой вкус.

Его резкие слова облегчили беспокойство внутри нее и согрели. Хоть что-то ему в ней нравится. И, в отличие от других Домов, он, казалось, не был расстроен или недоволен ей.

Осмотревшись вокруг, мужчина подошел к стене и принес низкую табуретку, усевшись перед ней. Его лицо было на одном уровне с ее промежностью. В течение одной минуты... затем другой - казалось, прошла целая вечность - он просто смотрел на темный треугольник волос между ног, выставленный напоказ при помощи распорки. Его взгляд прожигал ее, и она чувствовала, что половые губы, клитор, возвращаются к жизни и горят. Когда он наконец коснулся ее, Бет тряхнуло, и она бесконтрольно задышала.

Подняв голову и посмотрев на нее нечитаемым взглядом, Сэр провел пальцем по ее влажным складкам. Его палец, всего один, медленно скользил от бугорка ее клитора вниз, почти до ануса, а затем очень медленно вернулся обратно.

Снова и снова он проходил по тому же маршруту, как будто ему было больше нечем заняться, и у него не было в отношении нее никаких дальнейших планов. Каждое его неторопливое скольжение будило в ней все больше нервных окончаний, до тех пор пока нижняя часть ее тела не запульсировала, пока ее руки не сжались в кулаки вокруг цепей от потребности придвинуться еще ближе к его ладони.

Но Нолан изменил траекторию движения и переместил палец к ее клитору, кружась вокруг, но не дотрагиваясь; намеренно медленные круговые движения только усиливали беспокойное ожидание. Разочарование. Бет чувствовала, как ее клитор затвердел, увеличился и болезненно затрепетал, хотя его фактически не стимулировали. Она стала еще более влажной, жаждущей освобождения, но он, Дом, который, казалось, не пропускал ни малейшего нюанса в ее движениях, кажется, даже не замечал этого. Еще одна часть ее самообладания начала ускользать от нее.

- Сэр, - прошептала она.

Она так долго не была близка к...

- Сэр...

Его взгляд потемнел, а губы сжались в тонкую линию.

- У тебя не было разрешения говорить.

Его палец так и не ускорил движения. Еще круг, другой, ее клитор в огне, ее мир сужается до траектории его прикосновений. Когда он убрал руку, так и не прикоснувшись к ней, как ей того хотелось, она всхлипнула. Мужчина молча собрал распорку. Ее ноги сомкнулись, скрыв налитый кровью клитор и опухшие половые губы. Ее влажность. Все тело ныло, нуждаясь в большем. Он отстегнул от ее лодыжек манжеты и убрал их, опять прицепив к своему поясу.

Когда Нолан поднялся, Бет напряглась, умственно и физически готовясь к вторжению его члена. Страх и ожидание смешались вместе и приглушили ее возбуждение, уже почти достигнувшее точки кипения. Он поднес влажные пальцы к ее лицу, и она почувствовала запах собственного возбуждения.

- В следующий раз ты будешь пахнуть также, саба, - сказал Мастер, - и, может, мы зайдем чуть дальше.

В другой раз? Не сейчас?

Он ослабил ее цепи. Бет упала бы, если бы сильные руки не поддержали ее.

- Осторожнее, сладкая, - пророкотал мужчина глубоким голосом.

Притянув сабу ближе, он обхватил ее голую попку руками, приподнимая девушку вверх и прижимая к своему твердому, как скала, телу. Его внушительная эрекция упиралась ей в живот. Значит, он хотел ее. Эта мысль послала дрожь желания сквозь нее, которая затем сменилось чувством тревоги. Если он хотел ее, почему не взял? Она посмотрела на Дома в замешательстве, встретившись с наблюдающими за ней все теми же нечитаемыми черными глазами с небольшими морщинками в уголках.

На этот раз, когда он поцеловал ее, его язык двигался в том же медленном ритме, что и палец, напоминая об ощущениях. И снова ее нижняя часть отяжелела от желания, а опухший клитор пульсировал в такт с каждым ударом сердца. Ноги сабы дрожали. Мастер попытался отступить, но ее руки были плотно обернуты вокруг его шеи. Даже сейчас, прижимаясь к его телу, она дрожала. Он должен знать, какой возбужденной она была. Он мог бы нагнуть ее, взять... Он разрушил ее контроль, щиты, которыми она отгородилась.