Черная корона (ЛП) - Далтон Сара - Страница 46

<p>

Земля под нами содрогалась и тянула нас к врагу. Каз оттащил меня назад, движущийся песок чуть не сбил меня с ног. Я выпрямилась и воззвала к силам, окружая червя песком.</p>

<p>

Стены песка поднимались все выше, закрывая монстра. Они росли, а я представляла, как каждая песчинка падает на другую, создавая барьер. Я представляла, как земля становится впадиной и поглощает в себя червя. Он кричал от боли. Выл от отчаяния. Но я не чувствовала раскаяния. Уже двое погибли из-за него.</p>

<p>

Он все глубже погружался в песок, и стены удерживали уже половину его тела, закрыв опасный хвост скорпиона. Я глубоко вдохнула, чувствуя, как силы слабеют. Но стоило выпрямиться, рядом кто-то появился.</p>

<p>

Я обернулась и увидела, как Каз бежит по песчаной дюне с мечом наперевес.</p>

<p>

- Каз! – крикнула я, следуя за ним.</p>

<p>

Только теперь я поняла, что клешнями монстр схватил Сашу. Он вцепился в ее левую ногу, она висела и громко кричала, раскачиваясь. Я бежала к ней, создавая в руке огненный шар. Треов пустил стрелу в монстра, но тот отклонился, пытаясь сунуть Сашу в рот. Я бросила огненный шар, попадая ему в голову. Стрела Треова вонзилась в его шею. Саша выкрутилась в воздухе и ударила монстра по голове и упала. Треов поспешил отвести ее в сторону.</p>

<p>

Каз оказался рядом с монстром, и мое сердце замерло. Не колеблясь, он взобрался на шею скорпея, обхватив ее ногами, а зверь визжал и извивался под ним. Земля задрожала, и песок начал отпускать его хвост. Я кричала имя Каза, не зная, как ударить по монстру, чтобы не задеть его. Бросать огненный шар было рискованно. Если тронуть пески, он может оказаться под ними вместе с монстром. Ураган разорвет его на части.</p>

<p>

Я стояла абсолютно неподвижно, а он взбирался все выше. И очень быстро. Ловко. Я закрыла глаза и вспомнила юношу, что встретила в Хальц-Вальдене. В ушах шумела кровь, рука сжалась в кулак. Я стояла посреди пустыни, но вся заледенела. Я не могла потерять его. Не могла.</p>

<p>

А Каз все еще держался за монстра, сидя на его голове, как на лошади. Он вскинул меч, ногами цепляясь за зверя. Быстрым движением Каз вонзил меч в его голову, и монстр пронзительно завизжал, напоминая вопль Водяного перед смертью. Червь упал вперед на песок с гулом. Каз соскочил с него, словно с верблюда, и я смогла выдохнуть.</p>

<p>

* * *</p>

<p>

Мы продолжили путь в Эшер, но в тишине, и моя рука не сразу перестала дрожать. Двоих мы потеряли, почти четверть верблюдов сбежала, у Саши были серьезные раны на лодыжке, но она не позволила мне исцелить ее. Эллен наложила повязку, они теперь ехали на одном верблюде. Я была рада, что они подружились. Но часть меня побаивалась, нет ли там чего-то большего, о чем они еще не догадывались, но это они должны понять сами. Я была рада ехать с Казом на Адиле, что оказался верным и не убежал от червя. Я была рядом с Казом и могла его касаться, а ведь могла его потерять… Я не могла сейчас быть вдали от него.</p>

<p>

К сожалению, погибших мы не забрали. Муштан рассказал, как пустыня разрушает плоть жарой за несколько часов. Мы погребли их, но спели над могилами песни. Я пела ту, что пела отцу, а потом заплакала над их утратой.</p>

<p>

Мы ехали, и Муштан порой оглядывался на меня. Он был грустным, но в глазах светилось любопытство. Я знала, о чем он думает. Он гадал, что еще правда. Сколько еще историй реально? Теперь он верил, что мы найдем Угольный камень, и это беспокоило меня куда сильнее. Муштан был хорошим, но даже хорошим хочется власти. Я должна оставаться настороже. Меня могут предать многие.</p>

<p>

Почти половина оставшихся запасов воды пропала вместе со сбежавшими верблюдами. До Эшера оставался день, но мы чувствовали жажду, словно пустыня сжимала за горло. С жаждой сил становилось меньше. Я прильнула к Казу. Он склонил голову к моей, мои веки закрылись.</p>

<p>

- Мей, - прошептал он, я задремала. – Не спи, или упадешь с Адила.</p>

<p>

- Тихо, дай поспать, - ворчала я.</p>

<p>

Убийство монстра ослабило всех, но меня особенно. Я страдала из-за истощения магией. Солнце опаляло кожу, покалывая. Это мешало отдохнуть. После нескольких дней в песках Анади мне надоел их климат, я хотела дождь, что часто лил в Хальц-Вальдене, и тучи на небе.</p>

<p>

- Мей, - снова сказал Каз, легонько толкнув меня. Его голос был хриплым. – Мы на месте. Я вижу деревню. Там дети, Мей. Смотри! Там даже дома. Не палатки, а дома и какие-то растения.</p>

<p>

Я открыла глаза и склонилась вперед на Адиле. Каз был прав. Деревушка Эшер устроилась между песчаными дюнами, в их тени, а красные горы разделяли север и юг. Здесь влажности было больше, даже были растения. Некоторые из них были высокими и с иголками, другие уже высохли и скорчились на песке. Они прятались в тени дюн и гор, и я ощутила прохладный ветерок. Хорошо. Это придавало сил.</p>

<p>

Муштан ехал впереди, подняв руку, показывая, что мы с мирными намерениями. В прошлом местные жители участвовали в войне пустынных племен. Они имели право подозревать незнакомцев. Я заметила, что многие женщины тут же увели детей в дома. Более того, я увидела огромный колодец в центре деревни. Я надеялась, что они окажутся дружелюбными и дадут нам еды и воды.</p>

<p>

Адил опустился, когда мы прошли в деревню, и я соскользнула с его спины. Каз не отставал. Муштан вытащил из одежды свиток и развернул его перед жителями деревни. Он говорил на языке Джакани, но несколько слов я запомнить успела. Он говорил, что с нами люди султана, что в свитке сказано, что они должны накормить и напоить нас.</p>

<p>

Разговор продолжался, а я оглядывала деревню. Она была немного меньше, чем Хальц-Вальден, домики были похожи на хижину, в которой я выросла. Я не видела определенного лидера, как Нортон, Хранитель мира в нашей деревне. Дети были худыми, их одежда – пыльной от песка. Они глазели на нас. Мне было неловко просить у них еду.</p>

<p>

Тонкая женщина с обветренной кожей приблизилась к Муштану. Она говорила быстро, а руки двигались еще быстрее. Хотя я не успевала ничего понять, было понятно, что она уверена в своих словах и держится, как лидер. Она была в простом белом платье, а волосы она заплела в косу. Судя по морщинам на ее лице, ей было за сорок. Другие собрались вокруг нее, и я поняла, что она – глава этой деревни. Пока она говорила с Муштаном, я несколько раз ловила на себе ее взгляд. Когда Муштан сказал «Хада-я», жители вскрикнули. Женщина смотрела на меня с любопытством, сузив глаза.</p>