Охотница Салли или Листик на тропе войны - Дубровный Анатолий Викторович - Страница 41

— Тарун! Ага!

Мужчина их серьёзно поблагодарил:

— Спасибо, Листик, спасибо, Лиша, что бы я делал без вашей ценной информации?

Листик и особенно Лиша изобразили гордый вид, а Усимт продолжил объяснять свой план:

— Купол немного сдвинулся, мы толкнём ещё раз, все толкнём. Потом ещё раз, а потом мы толкнём и сразу отпустим, а вот Листик потянет. Понятно?

— Не-а, — в один голос сказали Листик и Лиша.

— Тот, кто держит купол, чтоб удержать его, должен будет давить с той стороны. Понятно? Нет? Мы, пытаясь, толкнуть купол, давим с одной стороны, а он, не давая нам этого сделать, давит с другой. Понятно? — Закивали все, соглашаясь с доводами Усимта, а он продолжил излагать свой план: — Мы не просто перестанем давить, откроем большой портал, а Листик туда и дёрнет, задавая направление движения. А этот Тарун сразу не поймёт, что мы сделали, и будет толкать со своей стороны, ведь до этого мы раскачивали купол, стараясь сдвинуть его

— Ага! Вытолкаем эту гадость в межпространство! — заявил изумрудно-золотой дракончик, радостно потирая лапки.

— А вот этого делать не надо, — возразил Усимт, Листик удивилась:

— Как это? То ты говоришь — давайте вытолкаем и предлагаешь как, то говоришь — не надо?

— Я говорю — не надо в межпространство. Купол там не удержится и выпадет в какой-нибудь близлежащий мир, возможно, даже сюда обратно. Зачем нам это надо? Придётся освобождать другой мир или снова этот от этой гадости, а это будет уже труднее сделать. Куполостроитель извлечёт урок, а он показал, что умеет это делать. Мы толкнём купол туда, где и так всё плохо, где водятся такие существа, что…

— Сэркэкл! Мы толкнём его в Сэркэкл! — догадалась Листик и захлопала лапками, как человек ладонями. Усимт кивнул:

— Именно туда, там купол никому не навредит, даже наоборот — он носит ментальную составляющую своего создателя. А лувокки жрут всё! Чёрные жгуты, составляющие купол, с такой приправой покажутся им лакомством.

— Никогда не думала, что буду кормить этих тварей, — хмыкнула Рамана, — но в жизни всякое случается. За дело! Я, Усимт и Люси толкаем. Лосс ещё слишком слаба, поэтому она только смотрит. Ливониэль, ты как хранитель этого мира следи, чтоб ничего тут не осталось. Листик, будь готова дёрнуть, когда мы перестанем толкать и откроем портал. Лиша по-прежнему выполняет самую важную задачу — охраняет нас. Понятно?

— Ага! — важно кивнула Лиша. Рамана улыбнулась и скомандовала:

— Начали!

Что что-то происходит, было заметно только по тому, как напряглись Усимт, Рамана и Люси. Остальные продолжали пребывать в кажущемся расслабленном состоянии. Так продолжалось минут пять, а вот интенсивность чёрного свечения купола усилилась. Внезапно его край словно окутался серой дымкой. Эта дымка стремительно распространилась по всей поверхности купола и исчезла вместе с чёрной глыбой, до этого опухолью возвышавшейся посреди зелёной долины. Только проплешина голой земли дымилась на том месте.

— Мало ли… Чем там могло быть… Заражено… — говорила, оправдываясь, Листик, запыхавшаяся словно после долгого бега. Впрочем Рамана и Усимт выглядели не лучше, а Люсиниэль обессиленно опустилась на траву.

— Вот потому я и забрала немного земли оттуда… — Листик продолжила объяснять свои действия, но её слова заглушил громкий то ли вой, то ли рёв. Над тем местом, где был чёрный купол, возникло такое же облако, и оттуда в изумрудно-золотого дракончика ударила чёрная молния. Но она не попала в Листика, на её пути оказался маленький огненный вихрь, Лиша самоотверженно заслонила свою подругу. В тёмное облако полетел слаженный огненный удар двух драконов и Усимта, а Ливониэль обрушила на неизвестную опасность всю силу своего мира — в виде мощного воздушного вихря. Ещё несколько огненных ударов разметали и сожгли ошмётки порванного вихрем облака. А Лиша, теперь уже девочка, лежала на руках Листика, тоже поменявшей ипостась. Маленькое тело безвольно обвисло, казалось, что жизнь совсем из него ушла. Такая же золотистая кожа, как и у Листика, теперь была бледной с каким-то землистым оттенком.

— Как же так? — Листик подняла глаза и растерянно спросила: — Как же так? Что с ней? Лиша, что с тобой?

Девочка не ответила, продолжая висеть на руках Листика, а та обратилась к бронзовому дракону:

— Рамана! Сделай что-нибудь! Скажи как, я сама сделаю! Я сильная! Моей силы должно хватить!

— Не знаю, Листик, — ответила бронзовая дракона и, глянув на неподвижную маленькую сайше, вздохнула: — Если бы это был человек, я сказала бы, что он умер. Я не чувствую в ней жизни. Это заклинание, сродни мертвящему заклинанию некроманта, только предназначенное для богов. Не уверена, смогла бы ты его пережить, а тут… она не богиня, даже не настоящая элементаль. Может…

Рамана напряглась, и через мгновение появился пепельный дракон, который, повертев головой, спросил:

— Что тут у вас стряслось? Вызов пришел, когда я вела учёный совет, я понимаю, что это важно, но нельзя же так! Хотя бы сообщили зачем…

— Вот! Она умирает! — Листик, не дослушав пепельного дракона, приподняла маленькое, начавшее сереть тело. Пепельная дракона, а это была дракона, а не дракон, внимательно посмотрела на безжизненное тело девочки и многозначительно произнесла:

— Сайше, они редко меняют ипостась. Вернее, никогда этого не делают, хотя могут. Если и меняют, то только потому, что хотят кому-то подражать, но это бывает очень редко. А эта — копия Листика.

Листик всхлипнула, у её маленькой копии уже и рыжие волосы потускнели, став такого же землистого оттенка как кожа. Ещё раз всхлипнув, рыжая девочка посмотрела на пепельную дракону:

— Тайша, сделай что-нибудь, скажи что делать! Сколько надо отдать силы — я отдам.

— Вряд ли это поможет, — вздохнула Тайша и, посмотрев на бронзовую дракону, ей кивнувшую, сказала:

— Рамана права, мертвящее заклинание такой силы, снять не возможно. Хотя… Можно попросить владыку ледяного мира, не исключено, он что-то может сделать. Но я бы не надеялась, природа сил сайше и Инедириазима диаметрально противоположные, не знаю, можно ли их совместить, хотя… если не пробовать, то и не узнаем.

Листик с Лишей на руках исчезли. Рамана с Тайшей снова переглянулись и тоже исчезли. Усимт многозначительно посмотрел на проплешину, оставшуюся на том месте, где был чёрный купол.

— Он не сможет больше проникнуть в мой мир, я позабочусь об этом! Мир его не пустит! — сказала Ливониэль, нахмурив брови. Лоссана и Люсиниэль поддержали хранительницу мира тёмных эльфов, пообещав, что и в остальные миры, где есть дроу, богу, напавшему на Листика, ходу не будет, ведь теперь они знают, каковы признаки появления Таруна или его магии и как от него защитить миры. Усимт кивнул и тоже исчез.

Усимт вышел на высоком холме, возвышавшемся среди густых тёмно-зелёных джунглей. Недалеко от этого холма высился ещё один, чёрный, напоминавший весенний сугроб — перекошенный и изъеденный солнцем. Только ели тот огромный сугроб не солнечные лучи, а существа, похожие на сплетения тёмных лент разных оттенков, от угольно-чёрного до серого. Были там и бордовые, фиолетовые, синие… Но все были очень тёмные.

На холме стояли две драконы, бронзовая и пепельная, с интересом наблюдавшие за уничтожением купола.

— Смотри-ка, жрут! — не оборачиваясь, сказала бронзовая дракона.

— Жрут, — согласилась пепельная, и пояснила: — Хищники, им всё равно, что жрать, лишь бы оно содержало какую-нибудь энергию. Потому-то Тарун так взбесился, ведь для него разрушение этого купола весьма болезненно. Он когда строил его как ловушку, вложил туда часть своей сущности, и теперь её едят эти мерзкие твари.

— А не отравятся? — поинтересовалась бронзовая и заботливо добавила: — Зверушки, конечно, мерзкие, но могут отравиться! Жалко будет.

— Нет, не отравятся, — покачала головой Тайша и, усмехнувшись зубастой пастью, пояснила: — Если кому из них плохо будет, то только от переедания.