Фэнтези-2016: Стрела, монета, искра (CИ) - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 213

Аббат принялся читать. Насколько знал Джоакин, в письме почерком Хармона-торговца было выведено следующее:

"Сударь, вы совершили подлость и святотатство. Делалось ли сие по вашему приказу или явилось произволом братии - не имеет никакого значения. Один из ваших подопечных - брат Людвиг - замечен в страшном преступлении. Его грех лежит на вас.

Я прибыл из столицы, получив известие о том, что некто Хармон-торговец предлагает к продаже товар, интересующий меня. Встретившись с ним, я приобрел товар. Однако вскоре обнаружил, что вещь является подделкой и не представляет ценности. Мои люди спешно отыскали Хармона-торговца. Под пытками он показал следующее: подлинник товара имелся у него в наличии, но был украден злодеем и подменен фальшивкой. В злодее, совершившем сие, Хармон-торговец опознал брата Людвига из Максимиановского монастыря.

Огласка данного события уничтожит вашу обитель. По милости своей, я дам вам шанс избежать ее. Требую от вас следующего. Во-первых, учинить подобающее наказание над братом Людвигом и исключить его из братии, а также и всех, кто участвовал в злодеянии. Во-вторых, не медля передать подлинник товара моему доверенному человеку - сиру Десмонду Ионе Аланис. В-третьих, хранить все события в строгой тайне, никогда и ни с кем, кроме сира Десмонда Ионы, не обсуждать их.

Если хоть одно из требований не будет вами выполнено, монастырь святого Максимиана прекратит существование.

Морис Эльвира Дороти рода Софии, герцог Лабелин"

У аббата, - заранее пояснил Джоакину Хармон, - будет несколько секунд, чтобы отреагировать правильно. Если священник выпучит глаза, едва прочтя письмо, и возопит: "Поясните немедленно! О чем идет речь, что за товар? Что произошло? Расскажите толком!" - тогда, возможно, он и не виноват. Но если аббат промедлит, выдаст, что понял, о чем идет речь, - значит, он виновен, как кот в сметане!

Отец Август отбросил письмо и вскричал, гневно сверкая глазами:

- Это голословно и оскорбительно! Ваш сюзерен обвинил братьев святой обители в тяжком грехе, не имея на то никаких...

- Не голословно, - триумфально прервал его Джоакин. - Вы только что себя выдали! Вы не спросили, о каком товаре идет речь. Но в письме он не назван. Вы знаете, какую вещь украли ваши братья.

Монахи, сопровождавшие аббата, вздрогнули при этих словах. Отец Август ткнул одному из них письмо, а сам двинулся к Джоакину. Подошел поближе, оглядел воина. На стеганой накидке маячили герцогские дельфины, из-под нее виднелась новенькая блестящая кольчуга, десницу украшал гербовый наруч, на поясе сверкал очами искровый кинжал. По губам Джоакина пробегала надменная ухмылочка. Он отрабатывал эту сцену, глядя в зеркальце, и знал, что смотрится впечатляюще. Из круглого стеклышка смотрел на него высокородный дворянин, дерзкий оруженосец великого лорда.

- Вы ошибаетесь, сир, - произнес, давя дрожь в голосе, аббат. - Я ничего не знал, мне требуется время, чтобы...

- Нет, не требуется, - срезал Джоакин. - Его светлость не может ошибаться. Вы - преступник, раз так сказал милорд.

Монахи, похожие на солдат, напряглись при этих словах, перекинули ладони на рукояти дубин. Они крепки и имеют численное превосходство; если дойдет до драки, они зададут Джоакину хорошую взбучку. Но молодой воин даже не вздрогнул. "За тобою стоит мощь Великого Дома - страшная силища!" О, сейчас он в полной мере ощущал эту силу за своими плечами. И, более того, наслаждался ею.

- Сир, я прошу вас понять... - начал аббат, и Джоакин тут же оборвал:

- Не имею приказа пытаться понять. Мне велено вручить письмо, а затем забрать товар.

- Но я не знаю...

- Знаете. Товар. Он нужен его светлости срочно.

Снайп прочистил горло, отхаркнул, проворчал:

- Тупицы в сутанах. Идем отсюда, Десмонд. С утра приведем парней да обыщем это логово.

Гнев, что возник было на лице аббата, мгновенно сменился ужасом.

- Нет, не нужно! Товара здесь нет.

- Конечно, есть, - ухмыльнулся Джоакин. - Иначе с чего бы вы так пугались? Верно говоришь, сир Элиас: на рассвете перероем монастырь.

Этот ход - угрозу обыска - также придумал Хармон. Хитрый черт, что и говорить! Если монахи сумели подделать Светлую Сферу, значит, у них имеются особенные инструменты и мастерские, а может быть - чего доброго! - найдутся и копии других Священных Предметов. Аббат должен пойти на все, чтобы не допустить обыска.

- Помилосердствуйте! - вскричал отец Август. - Не оскверняйте святую обитель! Это неслыханный позор и унижение. Не смейте, сир!

Джоакин пожал плечами:

- Просто сделайте, что требует милорд, и мы уйдем.

- Сир Десмонд, я не могу отдать Предмет, ибо он не здесь. Брат Людвиг спрятал его. Клянусь, что завтра мы доставим его во дворец герцога.

Джоакин фыркнул:

- Принесете средь бела дня, на глазах у всех дворцовых слуг? Какое из слов: "хранить в строгой тайне", - вам неясно?

- Мы будем очень осторожны, сир Десмонд.

- Милорд не желает, чтобы вы показывались в его резиденции! К тому же, милорда там нет. Он отбыл дневным поездом в Фаунтерру.

- В таком случае, сир Десмонд, мы принесем Предмет завтра к вечерней песне в то место, какое назовете вы.

Этот поворот Хармон Паула также предвидел. Аббат не сумеет отвести подозрения и не рискнет просто выгнать посланцев герцога. Тогда он пойдет на крайнее средство: попытается выиграть время, чтобы придумать какой-нибудь выход. Простейший способ для этого - заявить, что Сфера не в монастыре. Ясно, что это ложь, но сделать ничего нельзя. Имей Джоакин хотя бы две дюжины парней, он мог бы немедля обыскать обитель. Но втроем - это безнадежное дело, к тому же, весьма рискованное.

- Казармы в руинах крепости, - с наигранной неохотой выдавил Джоакин. - Вечер - слишком поздно. Извольте быть там к полудню.

- Но, сир, мы не успеем!..

- Я все сказал. Уходим, парни.

Они покинули монастырский двор, оставив отца Августа и его братию в полном смятении. Сердце Джоакина плясало на радостях и едва не выпрыгивало из груди. До чего же здорово - быть дворянином и рыцарем, чувствовать силу за собою, носить гордый герб на груди! Даже настоятель монастыря - святой отец и феодал! - лебезил перед ним! Нет уж, довольно с него службы у торговца! Как только закончится вся история с Предметом - а закончится она очень скоро, - Джоакин сразу же поступит в гвардию герцога Альмера. Ну, а если вдруг не выйдет, тогда - в гвардию графа Виттора. Уж граф-то никак не сможет ему отказать - достаточно лишь упомянуть, какую важнейшую роль сыграл Джоакин в продаже Предмета! Не спаси Джоакин Хармона-торговца, а с ним и Светлую Сферу, - провалился бы граф Виттор в такую дырищу, что представить страшно! И если Шейланд - истинный лорд, то должен сполна выплатить долг. Стало быть, ждет Джоакина в Уэймаре знатное место лейтенанта гвардии. Это по меньшей мере!

Правда, Джоакин предпочел бы служить Айдену Альмера, а не Виттору Шейланду. Айден - герцог, а не какой-то там граф; он из древнего вельможного рода, и куда более могуществен. И еще кое-кто ждет Джоакина в столице Альмеры... Он дотронулся было до груди, но сорочка с карманом и портретиком осталась в обозе. Ничего, скоро рисунок не понадобится, скоро Джоакин сможет видеть леди Аланис во плоти каждый день, во всем ее великолепии!

- Слушай, а что это аббат такое говорил? - спросил вдруг Снайп, когда от монастыря их отделяли уже шагов триста. - Он, вроде, сказал, что вернет нам Предмет.

- Предмет? Какой Предмет?.. - изобразил удивление Джоакин. - Аббат говорил про товар.

- Ага, сперва про товар. А потом раз сказал - Предмет. Я точно слышал.

- Ну, может, оговорился.

- Может...