Сказки древнего леса - Черненькая Яна - Страница 8

Буквально через несколько минут прибежала тетя Надя. Увидела, кто пришел, прослезилась, обняла отца, которого знала еще ребенком, заохала, увидев какие взрослые у него дети. Потом они все вместе вошли в дом. Хозяева усадили гостей за крепкий деревянный стол. Как по велению волшебной палочки, буквально за несколько минут его поверхность была уставлена яствами. Дядя Паша рассказывал про жизнь общих знакомых. Правда, судя по его словам, правильно было бы сказать, что это были рассказы о том, как не стало почти всех их общих знакомых: этот утонул, этот спился и замерз в лесу, этого разорвали кабаны, этого убили собутыльники, а этот повесился… Василиса и Димка недоумевали – как так может быть? В сказочной стране все жители, судя по словам дяди Паши, только пьют и воруют. Такого же быть не может! Еще хорошо, что спустя некоторое время, тема разговоров переместилась на лес. Впрочем, ничего особенно приятного все равно не сказали. Скорее уж, наоборот, новости были тревожными – на людей нападали звери, падали подрубленные деревья, а порой кто-то вовсе исчезал без следа.

- Неладно в лесу стало, - говорил дядя Паша. – Зверье лютует. Правда, повывели его в последнее время – из города приезжает начальство – охотится. Впрочем, теперь и они начали остерегается: один вот собрался на медведя, да так и не вернулся – ружье дало осечку, а мишка не растерялся… Завалить-то косолапого, завалили, но мужика уже не спасли – задавил его зверь. Опять же, лес рубят – как без этого? – и тоже мрут, как мухи: то деревом придавит, то на кабанов нарвутся, то рысь кого задерет. Чертовщина опять же… говорят, будто блуждающие огоньки на болотинах появились… Ты поостерегись детишек-то пускать одних гулять. Не тот нынче лес, что был двадцать лет назад, не тот…

Объяснить что-либо дядя Паша затруднялся, равно как и сказать почему он не считает несчастные случаи случайными. Тем не менее, он несколько раз повторил, чтоб дети не вздумали куда-либо ходить в одиночку.

Вышли от дяди Паши уже к вечеру. Димка тащил бидон с молоком, а папа – книги и покупки. Василиса шла налегке. Тетя Надя наотрез отказалась брать с них деньги, да еще и творог со сметаной вручила, мол, в другой раз заплатите, а сейчас это подарок.

Без особых приключений еще до темноты они вернулись в деревню. Как раз вовремя – гости только начали собираться.

Серый Волк

Бабушки и мама расстарались – наготовили много вкусностей.

Первой пришла тетя Тоня из соседнего дома. Худенькая, подвижная старушка. Она душевно со всеми поздоровалась и, пройдя в зал, выставила на стол большую банку с маринованными грибами – подарок хозяевам. Как выяснилось, емелевские жительницы славились своим умением делать разносолы. Впрочем, это и не удивительно – ведь они всю жизнь здесь живут, каждый год делают заготовки на зиму.

У тети Тони был все тот же костромской говорок и, временами, понять ее было сложно – слишком уж быстро она говорила. Как стало ясно из дальнейших разговоров, бабушка знала ее с самого детства, они даже подружками были.

Следующими пришли тетя Нина и ее сын, дядя Леша. Последний был папиным другом. Тетя Нина принесла огромный пирог с черникой и земляникой. Димка облизнулся – он был известным сладкоежкой.

Дядя Леша с первого же взгляда понравился детям – крупный мужчина с бородой, внешне похожий на мультяшного капитана Врунгеля. Собственно, он и сам был капитаном дальнего плаванья. Только в отставке. Голос дяди Леши звучал громко, уверенно.

Он поздоровался с Димкой за руку, по-мужски. Поцеловал протянутую ему для рукопожатия ладошку Василисы, заявив в рифму:

- Дамам руки пожимают только хамы!

Лиса покраснела от смущения.

За столом царила весьма непринужденная атмосфера. Взрослые пробовали настойку из калгана, принесенную тетей Ниной. По поводу этой настойки было сказано, что это фирменный емелевский рецепт, а калган – это сибирский жень-шень. Василиса из любопытства понюхала напиток и поморщилась – запах был точно такой же, как от водки. Только цвет настойка имела скорее чайный.

С калгана разговор постепенно свернул на странности, которые творятся в лесу. Дядя Леша к рассказам бывшего егеря отнесся скептически:

- Руки надо иметь нормальные, тогда и деревья на голову падать не будут. Пить надо меньше – и, глядишь, в лесах перестанут плутать. Что до зверя, то тут тоже знать нужно – где ходишь, да что делаешь. Местные же пойдут в малинник, лес не слушают, знай, туда-сюда шмыгают. Вот на мишек-то и нарываются. Зверя тоже понять можно – он на своей территории, жирок к зиме нагуливает, а тут эти топочут. А то еще на медведицу с малышами нарвутся. Я б на ее месте и сам бы их порвал. Что же до полковника, так он пьяный был наверняка. Они ж сначала напьются до поросячьего визгу, а потом на охоту. Словом, не бойся, - успокаивал он друга. - Ничего с твоими ребятами не случится. Я лично пригляжу.

За одни эти слова Димка был готов дядю Лешу возвести в ранг национального героя. По всей вероятности, отец тоже успокоился, так как за весь вечер он так и не поднял вопрос о том, что детям запрещается ходить в лес без взрослых.

Посидели очень хорошо, весело. Дядя Леша рассказывал истории про свои путешествия по разным странам. О том, на каких судах он ходил. Кстати, тогда Димка узнал интересную вещь о том, что, оказывается, моряки не выносят, когда про них говорят «плавал». Он попался на этом, когда спросил, а плавал ли дядя Леша на подводной лодке. Тот, конечно, кричать и возмущаться не стал, но объяснил, как это водится, довольно грубо, но точно.

- Дима, видишь ли, на флоте говорят, не «плавают», а «ходят». «Плавает» же только дерьмо в унитазе, да простят меня милые дамы. Так что если ты скажешь какому-нибудь моряку, что он «плавает», на тебя сильно обидятся. Таковы уж наши морские обычаи, - добавил он, словно оправдываясь.

Гости расходились ближе к полуночи. Ребята условились с дядей Лешей утром идти в лес за грибами.

Перед тем, как отправится спать, Василиса в яростном сражении с Димкой выбила себе право ночевать в горнице. Брат обиделся на нее и, даже не пожелав спокойной ночи, удалился к себе в одну из комнат жилой части дома. Василиса знала, что от его обиды завтра уже и след простынет.

Кровать в горенке была застелена. Василиса удивилась, когда поняла, что и матрас, и подушка, на которых она будет спать, набиты свежим сеном. Ей еще ни разу не приходилось сталкиваться с подобным. Девочка одела ночнушку, укрылась теплым одеялом – ночи были довольно холодными – и устроилась читать книжку.

Приключения Геда Ястреба так захватили ее, что она не смогла остановиться, пока не прочитала книгу целиком. Дочитав, наконец, до последних строчек, Василиса еще какое-то время просто сидела на кровати, вслушиваясь в ночную тишину. Она посмотрела на свои часы, лежавшие на маленьком прикроватном столике, и поняла, что скоро будет рассвет. Лиса еще никогда не наблюдала за тем, как восходит солнце, а потому решила исправить это упущение. В горенке на улицу выходило только малюсенькое оконце и, оно не слишком подходило для наблюдений. Чтоб не перебудить всех в доме, Василиса решила выбраться на улицу через ворота повитя. Наверное, правильно было бы разбудить Димку, но идти в жилую часть дома означало попросту переполошить всех и сразу. Бабушки спят чутко, стоит только открыть дверь или наступить на скрипящую половицу – тут же сбегутся и порушат все планы. Лучше уж пока предпринять самостоятельную вылазку, а потом озаботиться переводом Димки в нежилую часть дома – что стоит поставить раскладушку на повить?

Девочка быстро оделась, осторожно извлекла из пазов тяжелую перекладину и, приоткрыв одну из створок, выглянула наружу. Полная луна призрачным светом заливала влажное от росы поле. Воздух, с растворенными в нем капельками воды, казалось, звенел от тишины. Ночные птицы, и те молчали.

Предрассветный туман поднимался от земли, угрожая в скором времени закрыть своим покрывалом весь дремлющий мир.