Сказки древнего леса - Черненькая Яна - Страница 50

- Далеко, - ответил Бог. – В Ирии. Там круглый год зеленая трава и величественные деревья дают уставшим путникам приют под своими кронами. Там никто не знает ни горя, ни печали. Там исполняются любые мечты и желания… Твои друзья заслужили все это.

- Но они говорили, что исчезнут навсегда, у них не было души, они же были всего лишь картинами! – не поверила ему Лиса.

- Девочка, всего лишь картины не могли бы стать твоими друзьями и не могли бы пожертвовать собой ради тебя, - сурово возразил ей Бог. – Ничто в мире не проходит бесследно и любое доброе дело не останется незамеченным. Твои друзья своим поступком заслужили Ирий, и кто им может отказать в этом праве?

- Вы меня не обманываете? Честно-честно? – с надеждой в голосе спросила Василиса.

- Честно-честно! – засмеялся Бог.

- Но если все они сейчас в Ирии, то кто же мне теперь поможет? – посерьезнела Лиса, вспомнив о своей цели.

- А ты подумай, ведь у тебя же есть еще друзья, - хитро подмигнул Бог. – Впрочем, могу тебе обещать, что если вдруг они не справятся, я позабочусь о тебе. Мне как раз нужен помощник.

- А зачем вам помощник? – удивилась Лиса. – Вы же спите.

- Ну и что? – ответил старик. – Я же не просто сплю. Во сне я все еще творю новые миры. И где-то там, далеко за границей нашей Вселенной, они обретают свою жизнь и тоже становятся Явью, пусть и другой. Видишь ли, именно в этом и заключается суть Прави – здесь создаются миры, здесь мы их контролируем и управляем ими.

- Мы – это кто? – заинтересовалась Василиса.

- Боги, создатели, творцы, - пояснил ее собеседник.

- Вас здесь много?

- Очень. Люди боятся во всем полагаться на себя, а потому выдумывают нас, наделяя своей силой. Но для любой силы нужно какое-то применение, вот мы и делаем то, для чего нас придумывают – творим миры, в чем-то помогаем своим создателям... чем можем, конечно…

- Понятно, - вздохнула Лиса. – Только мне все-таки очень хочется домой. Тут, конечно, хорошо, но там, на земле, меня ждут родители и Димка. Они, наверное, очень скучают. Я не могу остаться.

- Что ж, если так… - вздохнул Бог, усаживаясь обратно на трон. – Хочешь яблочко? – предложил он неожиданно.

- Что? – удивилась девочка.

- Яблочко! С той самой яблони!

- С той самой – это с какой? – спросила Лиса.

- С той, из-за которой Адама и Еву прогнали на землю, конечно.

- А кто такие Адам и Ева?

Бог схватился за голову:

- Люди, с которых начался род человеческий. И чему вас только в школе учат!

- Люди же произошли от обезьян! – возразила ему Василиса.

- Ну да, конечно. Обезьяны съели яблочко и стали людьми, - раздраженно сказал ее собеседник. Было видно, что реплика девочки почему-то его разозлила.

- Из-за яблока? – Лиса сделала круглые глаза.

Бог хлопнул себя по лбу.

- Докатились! Ладно, забыли. Так что, яблочком тебя угостить?

- Можно, - согласилась девочка.

В руке Творца появились два красных яблока.

- Одно тебе, другое – твоему спутнику. Скажи, от меня. Пусть думает.

- О чем?

- Он поймет. Просто так и передай, хорошо?

Василиса кивнула.

- Вот и умница! – просиял Бог. – Тебе пора просыпаться. Василиса, вставай!.. – его голос внезапно стал похож на голос Нава. – Василиса!..

Девочка открыла глаза. Ангел тряс ее за плечо, пытаясь разбудить.

- А мне Бог приснился, - сообщила она сразу, как только проснулась.

- Я так и думал, - просиял Нав. – И что он тебе сказал?

- Что меня спасут мои друзья, а сам он ничего сделать не может, - сообщила Лиса. – А еще он сказал, что Воин, Тень, Звездочка и Архангел сейчас в Ирии. И у них все хорошо.

- Правда? – обрадовался Нав.

- Правда! – улыбнулась девочка.

- А это что? – ангел посмотрел на облако, где спала Лиса. Там на белоснежном фоне, словно капли крови, алели яблоки.

- Ой, это подарок от Бога. Он одно мне дал, а другое – тебе. И еще просил передать, чтобы ты думал.

- О чем? – удивился Нав.

- Он сказал, что ты сам поймешь, - развела руками Василиса.

- Что ж, - улыбнулся Нав. – Пойму так пойму, - он взял яблоко, понюхал его и зажмурился от удовольствия. – Знаешь, а ведь я до этого никогда и ничего не ел. В Пустоте есть нечего. Там даже запахов нет… - налюбовавшись вдоволь на подарок, ангел все же отважился попробовать яблоко на вкус.

- Божественно, - буквально промурлыкал он. Лиса рассмеялась, до того забавно выглядел Нав.

- Вкусно? – спросила девочка, надкусывая свое яблоко.

- Бесподобно! – ответил ангел. – Я бы сказал, что в жизни не ел ничего более вкусного, если бы это не было единственным, что я вообще попробовал съесть.

- Нав… - внезапно сказала девочка. – Это какие-то странные яблоки.

Перед глазами все поплыло, белые облака сменились темнотой. Василиса огляделась – там, где она сейчас оказалась, кто-то был. Кто-то сидел спиной к ней при свече и что-то разглядывал. Девочка очень осторожно подошла поближе. Незнакомец внезапно вскочил на ноги и закричал:

- Я не буду помогать ей, слышишь, не буду! – Василиса испуганно отскочила, впрочем, похоже, ее так и не заметили. – Оставь меня, наконец, в покое! Все, чего я хотел и хочу – это покой! А ты… Ты умерла! Умерла! Умерла!

Лиса чуть не вскрикнула, узнав знакомый голос. Испугавшись, что ее обнаружат, она отбежала к дальней стене и замерла, вжавшись в нее всем телом. Голова опять закружилась.

Теперь она оказалась в красивом саду. Огляделась – выложенные белым камнем дорожки, ухоженные и подстриженные кусты, высокие раскидистые деревья, беседка, обвитая диким виноградом. В беседке сидела девушка в старинном платье и о чем-то думала. Василиса залюбовалась ею, настолько незнакомка была красивой. Рядом с нею сидело несколько девушек, одетых попроще, видимо, служанки. Все они выглядели настолько безобидно, что Лиса решила подойти поближе. К удивлению своему, она поняла, что никто ее не видит и не замечает. Осмелев, девочка даже поздоровалась с сидящими в беседке незнакомками, но на ее приветствие также никто не отреагировал. Тогда Лиса, убедившись в своей невидимости, решила обследовать окрестности, и почти сразу наткнулась на Ивана. Лесной царевич точно так же ее не заметил. Впрочем, похоже, он вообще никого на свете не видел, кроме сидящей в беседке девушки – Василисы Прекрасной – догадалась девочка. Она еще раз посмотрела на свою тезку и отметила, что та ей кого-то очень сильно напоминает, вот только кого – сложно сказать. Лиса лишь ревниво отметила, что волосы тезки по цвету похожи на ее, а коса почти такая же длинная и большая. Это несколько ударило по ее самолюбию. При всех своих недостатках, Василиса привыкла считать, что ее волосы – самые красивые, длинные и густые, а тут…

Впрочем, долго огорчаться ей не пришлось, потому что уже знакомое головокружение возвестило о скором перемещении.

На сей раз Лиса оказалась в утреннем лесу. Где-то недалеко пел соловей. А почти рядом с ней на поляне стояли все те же Иван, да Василиса. Они разговаривали о чем-то. Разумеется, не подслушать девочка была не в силах, тем более, что все равно увидеть ее никто не мог, отчего бы и не воспользоваться такой возможностью пошпионить?

- … не желаю я быть женою Ивана-царевича, - говорила Василиса Прекрасная своему собеседнику. На ее щеках играл румянец смущения. Она была диво как хороша, даже лучше, чем тогда, в беседке. Лиса презрительно фыркнула, она уже знала, что там дальше будет. – Возьми меня с собой, назови своею, коль по нраву я тебе.

- Полюбилась и ты мне, Василисушка, но никогда нам не бывать вместе – лежит на мне заклятье отцовское. Нельзя мне связывать свою судьбу с девами рода человеческого, не то лишусь я покоя, лесом мне даренного и тоска о прожитых годах терзать будет сердце… - сказал Иван. Словно эхо вторила ему вредная Лиса, хорошо запомнившая рассказ Ваньки. Слова, конечно, немного отличались, но это удовольствия не испортило.

Василиса Прекрасная побледнела, услышав слова лесного царевича, но, к удивлению Лисы, не заплакала – только кулачки сжала и бросилась бегом с полянки. Девочка думала, что сейчас ее перенесут еще куда-то, но ошиблась. Голова пока и не думала кружиться. Иван изо всех сил ударил кулаком об дерево и тоже куда-то побежал, правда, в другую сторону. Лиса решила, что интересней будет сходить, посмотреть, как там поживает Василиса Прекрасная и поспешила за ней, благо, та бесшумно бегать по лесу не умела.