Универсальный сионизм - Радышевский Дмитрий - Страница 23

В конце концов, что может быть более либерально и гуманно, чем требование положить конец дискриминации на основании этнического происхождения и облегчить частным лицам свободу выбора для себя и своих семей?»

Увы, поскольку политической воли для «3-Д» в пост-сионистском Израиле нет, программой-минимум, тормозящей сползание в пропасть, может быть концентрация на одном «Д» – Демократизации ПА. Если требование демократизации – единственное, что разрешают США, израильским консенсусом во внешней политике может быть жесткая позиция: новые уступки палестинцам – только после реальной демократизации. А это – не выборы, но права меньшинств (христиан и, если уж на то пошло, евреев), права женщин, прозрачность, отчетность, система обучения детей ценностям мира и веротерпимости, запрет пропаганды насилия и антисемитизма, и т. п.

Однако неспособность политических элит Израиля достичь консенсуса по более легким вопросам уменьшает этот невеликий шанс предотвращения войны. Впрочем, Бог до последней минуты предлагает человеку на выбор: путь страдания или путь знания. Если Израиль проявит международное моральное лидерство, которого подсознательно и ждут от него народы, то возможно всё.

К слову, всё уже было возможно 40 лет назад - в 1967 году.

Сорок лет проклятья

В начале книги «Дварим» (Второзаконие), уже стоя ввиду Святой Земли, Моисей напоминает народу, что они могли бы достичь этого обетованного им дома всего за 11 дней пути от Кадеш Барнеа, стоянки, с которой были направлены высмотреть Ханаан 12 разведчиков, но из-за их греха – из-за их страха перед «великанами» - этот одиннадцатидневный путь растянулся на сорок лет… После войны 1967-го новые израильские князья вновь совершили грех разведчиков: не аннексировали территории, отдали Храмовую гору, вновь убоялись «великанов» арабского мира и мирового сообщества.

Грех разведчиков есть отказ принять дар Всевышнего, упавший прямо в руки. Страх осуществления мечты. Страх раба. После 1967-го его выдавливали из нас 40 лет каплями крови. Отказ быть героем и трансформировать Ишмаэля оплачен кровью Израиля: Бог заставит нас быть героями. Может быть, сейчас, спустя 40 лет скитаний по мертвой пустыне мирного процесса, начнется, наконец, наше пересечение Иордана и подлинное освоение всей Святой Земли – в первую очередь трансформация Израиля в духовное государство.

Мы здесь хозяева. У Ишмаэля здесь нет удела, но если он признает власть Израиля на этой крошечной земле – пожалуйста, он может здесь оставаться. Те ишмаильтяне, что хотят остаться здесь, должны признать, что они – ветвь иудаизма, и чтить, и любить корень, также как любят и чтут его христиане-сионисты. Также как последние порвали с церквями и теологиями, не разделяющими их любовь к Израилю, также мусульмане-сионисты должны будут порвать с анти-израильской умой, или взять вышеупомянутый гуманитарный грант.

Однако вместо этих профетических действий, вместо пересечения Иордана, малодушное израильское руководство надеется на то, что какие-то закулисные договоренности с Президентом США помогут им усидеть в крессе, а стране кое-как выжить. Даже в отношении Америки это говорит о полном непонимании духа и механизма власти США. В поисках поддержки надо обращаться к настоящему властителю США – народу. Конгресс, представляющий американский народ, в подавляющем большинстве занимает четко произраильскую позицию. За нас - около 70-ти миллионов консервативных христиан в США и почти двести миллионов христиан-сионистов во всем мире. Правительство Израиля должно обращаться к ним: они будут требовать от Белого Дома прекратить давление на Иерусалим. Но если Израиль сам берет курс на пропасть, как наши сторонники могут помешать ему? Американские сенаторы открыто говорят своим друзьям-евреям: проблема не в давлении США, а в зигзагах Израиля. «Если вы займете жесткую позицию, мы будем требовать уважения к ней. Но мы не можем быть святее Папы Римского».

К слову, о последнем. Вот пример еще одного теополитического действия, которое Израиль мог бы совершить на международной арене: предложить Ватикану, США и России примирить Западную и Восточную Церкви в колыбели христианства, в Вифлееме, забрав его у ПА и сделав международным христианским анклавом. Ведь после того, как в результате соглашений Осло Вифлеем был передан во власть ПА, христианское население колыбели христианства за 10 лет сократилось с 70% до менее чем 20%, зато количество мечетей в Вифлееме возросло с 5 в 1970 году до 72 в 2004.

Однако такие инициативы израильскому МИДу обдумывать некогда. Для этого, в частности, и нужен упомянутый Новый Санхедрин: для формирования духовно правильной не только внутренней, но и внешней политики Израиля.

5. СЕМИГЛАВАЯ ГИДРА

из речи в Европарламенте перед группой депутатов,

членов христианского лобби в защиту Израиля

(Брюссель, 2004)

Учреждение вашей коалиции означает, что Европа, быть может, еще не обречена стать Еврабией: что в ней достаточно людей, обладающих моральной ясностью и истинным европейским духом, – духом интеллектуальной честности, духом стояния за правду.

На мой взгляд, стояние за правду сегодня заключается в разоблачении двух фундаментальных обманов, угрожающих существованию всего мира и самой Европы.

Первая ложь – это то, что нашим врагом является терроризм.

Терроризм – это тактическое оружие, которым пользуется идеология.

Говорить, что наш враг – терроризм, то же самое, что говорить, что во время Второй мировой нашим врагом являлась люфтваффе. Нет, нашим врагом являлся нацизм.

И сегодня нашим врагом является новая инкарнация нацизма – исламизм.

Мы должны признать факты: эта идеология захватила большую часть мусульманского мира. Большинство исламского мира и большинство европейских мусульман сегодня поддерживают радикальный ислам – ислам, нацеленный на завоевание политического господства над неверными, христианами и евреями, завоевание всеми доступными им способами. Пока у них нет ядерного оружия, они используют терроризм. Но как только оно у них появится, они сменят тактику. Это будет ядерный шантаж и ядерная война. Наше время обогатило их также использованием пи-ар технологий и демократического процесса.

Последний они применяют с успехом, потому что западные либералы полностью утратили моральную ясность и волю к сопротивлению.

Мы должны осознать масштаб угрозы. Мы должны признать, как бы это ни нарушало наш комфорт и стремление решить все разногласия за столом переговоров, что переговоры не помогут. Наш противник не заинтересован в компромиссе. Он заинтересован в победе. Полной и окончательной победе ислама. Тотальной победе. Тоталитарной.

Для достижения этой победы ислам ведет всемирный джихад по семи направлениям, щедро подпитывая эти головы дракона иранскими и саудовскими нефтедолларами.

Военный джихад – это непрерывная попытка расширить, заимствуя выражение Хантингтона, кровавые границы ислама: захватить и исламизировать те куски сопредельных цивилизаций, которые они могут проглотить. От Судана до Кавказа, от Косово до Кашмира и от Израиля до Юго-Восточной Азии мы видим непрерывный военный джихад. «Исламская атомная бомба» сделает этот процесс еще более опасным.

Политический джихад призван заручиться международной легитимацией этой агрессии. Под прикрытием лжи о правах человека, защите прав мусульман и т. д. политический ислам обеспечивает себе необходимые резолюции ООН и других интернациональных форумов. Это нетрудно, потому что в ООН исламские и прочие недемократические страны составляют большинство. Подкупу западных политиков и чиновников, а также оказанию экономического давления на Запад помогает

Экономический джихад. По Ленину, это повешение капиталистов веревкой, которую те сами купили. Это не только нефтяная зависимость и порабощение Запада многомиллиардными инвестициями саудовцев в экономику США и ЕС, но и скупка агентами джихада зон влияния в Третьем мире: от Африки до Индонезии джихад инвестирует не только в банки, СМИ и в предприятия, но и в социальную сферу, открывая больницы и школы, и улавливая в свои сети все новые миллионы душ. Уловив, ислам обрабатывает их