Убийца для Пономаря - Ширянов Баян - Страница 67

– Здесь. – Сказал охранник, доведя Изотова к одной из дверей. Сергей Владимирович повернулся и, с приятной улыбкой, ударил амбала по горлу. Но тот, казалось, был готов к такому повороту событий и, с неожиданной для своей комплекции ловкостью, отпрянул. Вытянутая в направлении охранника ладонь майора не достигла цели каких-то миллиметров, несмотря на то, что удар наносился с поворотом плеч. Качок уже поднимал свои руки, чтобы провести захват, но реакция майора в этот момент была все же быстрее и он, сделав шажок вперед, все же достал кадык охранника и тот, с выкатившимися глазами, схватил-таки Сергея Владимировича за руку и потянул майора на пол. Второй удар, пришедшийся по шее амбала, отрубил его сознание, но Изотову пришлось потратить несколько драгоценных секунд, разжимая толстые пальцы, намертво захватившие его предплечье.

Рядом возник вышедший из невидимости Пономарь.

– Скорее. – Шепнул майор. Целитель кивнул и скрылся за указанной охранником дверью, успев заметить, что Сергей Владимирович лихорадочно быстрыми движениями разоружает поверженного качка.

Старший следователь Святослав Константинович Уходящий был готов увидеть что и кого угодно, только не возникшего в комнате Дарофеева. Целитель же немедленно приступил к делу:

– Где Репнев?

Подполковник уже справился с собой и ответил Пономарю обворожительной улыбкой:

– Игорь Сергеевич! – Уходящий встал и развел руки, словно хотел немедленно обнять и от всей души облобызать пришедшего. – А я-то вас по всей Москве и области разыскиваю! А вы – вот он, сами пришли!

– Зачем вы взяли Репнева? – Сурово проговорил Пономарь.

Уходящий сел:

– Причин, если честно, было две. Во первых, он наверняка знал где вы скрываетесь. А вторая – то, что узнав об этом, вы немедленно явитесь его спасать. И попадете ко мне в гости...

На самом же деле, Святослав Константинович блефовал. Его единственная надежда была лишь на то, что удастся “расколоть” непокорного Николая Андреевича. То же, что Дарофеев может проникнуть в секретное учреждение, да и вообще узнать об его существовании, было для подполковника полной неожиданностью.

– А теперь, вы его отпустите и уничтожите “пришитое” мне дело... – Спокойно сказал целитель.

От такой наглости у Святослава Константиновича перехватило дыхание. Когда же дух к нему вернулся, он сумел произнести:

– Вы, мой любезный, ошибаетесь. Никого я не отпущу. И с вашим делом, да и с вами лично, нам еще предстоит провести нема-ало часов...

Дарофеев не стал разубеждать подполковника словами. Прибегнув к мгновенному раппорту, целитель парализовал Уходящего. Тот теперь мог лишь бешено вращать глазами, не в силах пошевелить другими частями тела чтобы нажать-таки кнопку вызова охраны, да и вообще, позвать на помощь.

Подойдя к столу гэрэушника, Игорь Сергеевич закрыл лежащую перед подполковником папку, перевернул нижним обрезом к себе. К списку обвиняемых, возглавляемому Дарофеевым, который был начертан на аккуратно разлинованной бумажке, приклеенной к картону “Дела”, только что был дописан еще один – Репнев.

Не мешкая, целитель обыскал подполковника, нашел в одном из карманов его кителя зажигалку. Костерок пришлось развести прямо на паркетном полу. Пронумерованные листы дела, обвинения, псевдосвидетельские показания, какие-то протоколы, все поглощал огонь, превращая в безликий пепел. В этот момент Пономарю вдруг вспомнился сон, который он видел еще до того, как узнал о ГУЛе. Сон с великаном, вырывающем светлые листы из Книги Жизни Дарофеева. Сейчас же все было наоборот. Сам Дарофеев сжигал одну из темных страниц, которую ему хотели навязать.

Когда последняя бумажка была поглощена очищающим пламенем, Игорь Сергеевич потанцевал на пепле с тем, чтобы по нему уже ничего нельзя было восстановить. Подумав, целитель решил не лишать Святослава Константиновича памяти о произошедших с ним событиях. Пономарь лишь посмотрел на Уходящего и в мозгу того прочно угнездился панический страх, страх связанный с фамилией Дарофеев. Любое упоминание этого сочетания звуков должно было вызывать у подполковника неудержимое расстройство кишечника. Впрочем, на подсознании Уходящего, целитель записал, что это будет отменено лишь по истечении пяти лет.

Оставив подполковника недвижимым, раппорт должен был действовать еще около получаса, Игорь Сергеевич осторожно выглянул в коридор. Изотов призывно замахал ему рукой:

– Чего так долго? Тут еще один приходил... – И Сергей Владимирович указал на распростертого на полу близнеца первого охранника. – Узнал, где мафиози?

– Внизу. – Дарофеев предварительно на секунду сконцентрировался, поймал излучение Корня и уверенно повел майора к лифту. Несмотря на небольшую этажность снаружи, постройка имела, как минимум, еще пять подземных этажей, если не считать самый нижний уровень, где проходили подземные коммуникации.

Лифт оказался самым обычным. Без всяких кодов доступа, стандартная кабина с автоматическими дверьми. Пономарь нажал на нижнюю кнопку.

Встретивший их коридор был светел, но на стенах тут и там виднелись подтеки грунтовых вод, просачивающихся сквозь трещины фундамента, воздух оказался затхлым и пропитанным странной смесью запахов. Вонь новой краски смешивалась здесь с едким, оставшимся от сварки дымом. Но эти физические запахи бледнели перед другим, нематериальным запахом страха.

Коридор был пуст. Игорь Сергеевич без колебаний направился к одной из дверей. Целитель уже был во всеоружии, включив “Жалюзи”, и теперь не боялся никого и ничего. Изотов поспешил за ним, но особой уверенности майор не испытывал.

Пыточная оказалась не заперта и Пономарь, толкнув от себя окованную дверь, с грохотом ввалился в помещение. Палачи в тот момент отдыхали, презрев мучения пленника, расположившись к нему спинами и, соответственно, лицами ко входу, где и возник разъяренный целитель. Увидев вошедшего, оба мордоворота вскочили, но, разглядев кто именно к ним пожаловал, переглянулись и расхохотались. Надо было, по крайней мере, два с половиной Дарофеева, чтобы сделать одного местного заплечных дел мастера.

Но Пономарь, на снижая скорости пошел на громил и те, с удивленным негодованием, обнаружили, что этот хиловатый с виду мужичок, не прикасаясь к ним, расшвырял мордоворотов и принялся освобождать закованного в цепи узника. Один из громил сориентировался быстрее. Он не потерпел такой наглости и опустил свой кулак на голову пришельца. С тем же успехом он мог бить по гранитному блоку. Завыв от боли, он пнул странного визитера. Результат оказался примерно таким же, как и после первой попытки. Дарофеев стоял несокрушимо. Оказавшийся в тылу мордоворотов Сергей Владимирович, немедленно занялся их утихомириванием. Но пока он бился с одним из них, второй, ушибшийся об Пономаря, пробрался к двери и нажал на красную кнопку. По всему зданию загремела, завыла тревожная сирена.

Борющийся с майором палач не ожидал такого резкого звука, отвлекся, чем и позволил Сергею Владимировичу угостить себя прямым ударом ноги в нижнюю челюсть. Зубы не выдержали, сознание тоже, и громила, разломив своим телом стул, грохнулся на бухту цепей. Второго Изотов свалил простой серией ударов: пах, челюсть, солнечное сплетение. Палачи, хотя и были мощными ребятами, по бойцовским качествам сильно уступали жилистому майору.

Но тревога была уже объявлена и теперь, на всех парах, сюда должна была мчаться охрана. Сергей Владимирович ринулся к двери и задвинул мощный металлический засов. Вовремя. В дверь тут же забарабанили кулаки охранников.

– Открывай, сука!

Послышалась приглушенная толстым металлом автоматная очередь. И, судя по ругани, раздавшейся после нее, пули не причинили должного вреда.

– Открывай по хорошему! Сейчас гранаты принесут! – Заорали из коридора.

Игорь Сергеевич только сейчас отвлекся от пострадавшего Корня. Все это время он пытался кое-как выровнять поле Репнева, привести того в чувство. Сейчас это удалось и мафиози, хотя и смотрел на происходящее мутными глазами и туго соображал, был все-таки в сознании.