Феномен советской украинизации 1920-1930 годы - Борисёнок Елена - Страница 13

Любопытно, что важность установления контактов с украинской интеллигенцией и привлечения ее на свою сторону Ленин отметил еще в апреле 1918 г., во время встречи с украинскими большевиками по поводу образования КП(б)У. По словам А.И. Буценко, присутствовавшего на этой встрече, «при выходе из зала, прощаясь с нами, Владимир Ильич несколькими словами обратил внимание В.П. Затонского, чтобы больше было бы уделено внимания украинской интеллигенции. Она должна стать приверженцем советской власти»{155}.

Мысль об обязательном изучении украинского языка всеми должностными лицами была развита в «Резолюции ЦК РКП(б) о советской власти на Украине» от 2 декабря 1919 г.: «Поскольку на почве многовекового угнетения в среде отсталой части украинских масс наблюдаются националистические тенденции, члены РКП обязаны относиться к ним с величайшей терпимостью и осторожностью, противопоставляя им слово товарищеского разъяснения тождественности интересов трудящихся масс Украины и России». Украинский язык надлежало превратить «в орудие коммунистического просвещения трудовых масс», для чего прежде всего необходимо было обеспечить советские учреждения достаточным количеством служащих, владеющих украинским языком{156}.

Однако крестьянское недовольство и нестабильная ситуация на Украине становилась крайне опасной не сама по себе, а в связи с активизацией антироссийских устремлений Польши. Потерпев неудачу в переговорах с поляками, которые не пошли на заключение мира с РСФСР, и видя огромный интерес Польши к западным окраинам бывшей Российской империи, большевистское руководство в Москве решило обезопасить себя и прекратило попытки развернуть пропаганду слияния двух советских республик.

28 декабря 1919 г. Ленин написал «Письмо к рабочим и крестьянам Украины по поводу побед над Деникиным». Лидер большевиков провозгласил, что только украинские рабочие и крестьяне «на своем Всеукраинском съезде Советов» могут решить вопрос о судьбе Украины. Ленин объявил о готовности большевиков пойти на уступки в столь важном вопросе: «…мы, великорусские коммунисты, должны быть уступчивы при разногласиях с украинскими коммунистами-большевиками и боротьбистами, если разногласия касаются государственной независимости Украины, форм ее союза с Россией, вообще национального вопроса»{157}.

О том, насколько серьезно большевистский лидер интересовался положением на Украине, свидетельствует относящаяся к этому же времени записка Ленина в Политбюро ЦК РКП(б): «Надо установить немедленно практическую, краткую, но существенную форму отчетов (2 раза в месяц) каждого работника партии с Украины… За неприсылку отчетов арестовывать. Иначе прозеваем Украину»{158}. В телеграмме Сталину от 22 февраля 1920 г. Ленин настаивал на необходимости «немедленно завести переводчиков во всех штабах и военных учреждениях, обязав безусловно всех принимать заявления и бумаги на украинском языке». Ленин подчеркивал, что это «безусловно необходимо» – «насчет языка все уступки и максимум равноправия»{159}.

В сложившейся ситуации такая политика была логичной. Внешнеполитическая ситуация продолжала оставаться весьма напряженной. Все реальнее становилась угроза военного столкновения между Советской Россией и Польшей, а это крайне обостряло украинский вопрос. Польша рассчитывала создать барьер между собой и Россией из независимой Украины, надеясь также на то, что украинское государство окажется в польской сфере влияния. Как подчеркивает И.В. Михутина, об этом ясно говорилось в одном из секретных информационно-политических документов, подготовленном в марте 1920 г. по указанию Пилсудского для командного состава Волынского фронта. Там, в частности, были такие слова: «В настоящее время польское правительство намерено поддержать национальное украинское движение, чтобы создать самостоятельное украинское государство и таким путем значительно ослабить Россию, оторвав от нее самую богатую зерном и природными ископаемыми окраину»{160}.

После поражения Деникина Варшава начала готовиться к решительной схватке. 21 апреля 1920 г. переговорный процесс между УНР и польским правительством завершился подписанием Варшавского договора. Был подписан секретный протокол с Петлюрой о разделе Украины: Польша признавала его главой независимой Украины, Петлюра отдавал Польше Галицию. В апреле 1920 г. началась советско-польская война. Польские войска перешли в наступление и в мае захватили Киев, пройдя парадом по Крещатику. Однако захват Киева вызвал небывалый патриотический подъем в Советской России. Красная Армия перешла в наступление и в июле 1920 г. разгромила польскую группировку на Украине и в Белоруссии. Большевики продолжили наступление, желая превратить войну оборонительную в войну наступательную и революционную.

Началось наступление на Варшаву, конечной целью был Берлин. Как вспоминал В.М. Молотов, «Ленин поставил целью использовать навязанную Пилсудским войну с Польшей, чтобы пройти войсками и „прощупать штыком“, не готова ли Германия к началу пролетарской революции»{161}. Но расчеты большевиков не оправдались. Поляки в массе своей восприняли Красную Армию не как освободительную и революционную, а как захватническую. Произошло известное «чудо на Висле», Красная Армия была отброшена от Варшавы, тысячи красноармейцев попали в плен. Советско-польскую войну завершил мирный договор, подписанный в Риге в марте 1921 г., по которому Польша получила земли Западной Украины и Западной Белоруссии.

Однако утративший формально силу польско-украинский военно-политический союз продолжал функционировать еще не менее года. После подписания Рижского мирного договора при содействии польских спецслужб из интернированных украинцев были созданы отряды. Их готовили к вторжению в Румынию и на Украину, чтобы поднять там восстание. Это и произошло в октябре – ноябре 1921 г. Хотя первоначальные планы польских спецслужб потерпели неудачу, лагеря для интернированных военнослужащих УНР просуществовали в Польше до 1924 г.{162} По данным польских государственных регистрационных органов, общая численность украинской эмиграции в конце 1920 г. составляла 43 тыс. человек{163}. При этом в Польше нашли пристанище и многие украинские политики.

Поворот к украинизации на фоне мировой революции

УКРАИНСКАЯ ЭМИГРАЦИЯ и польские спецслужбы внимательно следили за ситуацией на Советской Украине. Большевики учитывали это обстоятельство и в свою очередь стремились продемонстрировать образцовое решение национального вопроса в УССР. Было издано множество постановлений и декретов о равноправии украинского и русского языков. 21 февраля 1920 г. Всеукраинский ЦИК постановил: «На всей территории Украинской ССР, во всех гражданских и военных учреждениях должен применяться украинский язык наравне с великорусским. Никакое преимущество великорусскому языку недопустимо. Все учреждения, как гражданские, так и военные, обязаны принимать заявления и другие дела как на великорусском, так и на украинском языках и за отказ или уклонение в приеме виновные будут привлекаться по всей строгости военнореволюционных законов»{164}.