Секретные тюрьмы ЦРУ - Быкова Валентина - Страница 6

Статья в Washington Post вывела скандал вокруг секретных тюрем ЦРУ на качественно новый уровень. В нем появилось новое, европейское, измерение. Из внутриамериканского он стал подлинно международным; из сферы прав человека перешел в политико-дипломатическую область. Вовлеченность в программу выдач такого региона, как Европа, многократно увеличила силу скандала и стала тем фактором, который медленно, но верно начал развязывать языки.

Многие страны, расположенные на территории Восточной Европы (Венгрия, Словакия, Болгария), поспешили заявить, что на их территории нет секретных тюрем[8]. Но, в силу слишком больших возможных последствий этого скандала, Европейский союз пообещал проверить факты наличия секретных тюрем ЦРУ в Европе. Это и было сделано в дальнейшем, когда начал свою работу Временный комитет по нелегальному использованию ЦРУ европейских стран для секретных перевозок и незаконного содержания под стражей (TDIP) под руководством депутата Европарламента Клаудио Фавы.

Кроме того, британская газета The Guardian добилась от Федерального авиационного управления США, занимающегося проблемами гражданской авиации, просмотра регистраций совершенных рейсов самолетами, используемыми американским шпионским ведомством. В результате стало известно, что 26 самолетов, принадлежащих ЦРУ, совершили свыше 300 рейсов в Европу. Таким образом, речь теперь шла о намного более активном потоке, чем было известно раньше.

Истерия вокруг «самолетов-тюрем» ЦРУ, пользующихся воздушным пространством Европы, определила основную тему скандала на несколько месяцев вперед. Новые страны оказались вовлеченными в скандал: Великобритания, Германия, Чешская Республика и Франция. Самолеты ЦРУ 96 раз приземлялись в Германии, 80 раз – в Великобритании, 15 раз – в Праге, два раза – во Франции и лишь один раз – в Польше, на авиабазе Шыманы, которую пресса тут же нарекла предполагаемым местом нахождения одной из секретных тюрем, где допрашивали и пытали подозреваемых в терроризме[9].

В Германии скандал получил в большей степени внутриполитический окрас. Согласно информации, опубликованной в немецкой газете Sueddeutsche Zeitung, канцлер Шредер, будучи одним из мировых лидеров, сказавших «нет» войне в Ираке, а также его министр внутренних дел Отто Шили и все красно-зеленое правительство знали о похищениях в Европе агентами ЦРУ лиц, подозреваемых в терроризме. Более того, молчать они согласились по просьбе американского внешнеполитического ведомства.

Для подтверждения этих обвинений использовали дело немецкого гражданина Халеда Эль-Масри, незаконно задержанного в ходе поездки в Македонию. Его доставили на самолете ЦРУ в секретные тюрьмы в Афганистане, где накачивали наркотиками, пытали и жестоко избивали. Через пять месяцев ЦРУ осознало, что Масри стал жертвой жестокой ошибки, и его, также без соблюдения каких-либо формальностей, выпустили на свободу. Именно к этому моменту относится деталь, компрометирующая правительство Шредера.

Бывший в то время американским послом в Берлине Дэниел Коутс провел секретные переговоры с Шили. Он совершил грубейшую ошибку – и просил немецкие власти обойти молчанием этот случай. Дипломат получил от министра соответствующие заверения, без всякого сомнения, с полного одобрения Шредера. Но это еще не все: по запросу адвокатов Масри, федеральная немецкая секретная служба БНД провела расследование по этому делу. Было установлено, что с американской стороны действительно была допущена ошибка. Но служба была вынуждена проинформировать адвокатов, что на политическом уровне было принято решение не предавать это дело гласности[10].

Еще одна британская газета, Sunday Telegraph, опубликовала разоблачительную статью в связи с возможной причастностью европейских правительств к внезаконным выдачам и секретным рейсам ЦРУ. По данным газеты, 22 января 2003 года в Афинах Европейский союз и Соединенные Штаты подписали соглашение, согласно которому США могли использовать некоторые промежуточные посадки для транспортировки заключенных.

Пункты соглашения были включены в документ, получивший название New Transatlantic Agenda («Новая трансатлантическая повестка дня»): в секретной части документа есть откровенная ссылка на «активизацию использования европейских транзитных портов для транспортировки иностранных преступников». Этот договор, по-видимому, служит подтверждением того, что в большинстве случаев европейцы были в курсе операций, проводимых ЦРУ, и давали молчаливое согласие своему американскому союзнику (в частности, в отношении специальных шпионских полетов).

Не молчал и Белый дом. 6 декабря в Вашингтоне состоялась очередная пресс-конференция МакЛеллана[11]. Вновь вопрос о выдачах был поставлен журналистами ребром: раз выдачи не имеют смысла с точки зрения допроса подозреваемых (так как пытки все равно не применяются), то почему бы не вернуть всех обратно в США для проведения следствия и суда в обычном, законном порядке? В его ответах была одна новая деталь: «...Мы принимаем решение по каждому узнику отдельно, консультируясь со страной, в которую он должен быть выслан».

В тот же день, в самолете на пути в Европу, Кондолиза Райс тоже отвечала на вопросы журналистов. На вопрос «Почему США выдают людей в Египет и Иорданию – страны, применяющие пытки?» госсекретарь выдала интересную ремарку: «Как демократическая страна, вы стоите перед трудным выбором: если вы не можете наказать кого-то, кто является известным террористом, либо подозревается в терроризме, что вы будете делать? Освободите его, выпустите его в общество – чтобы он продолжал убивать невинных людей? Разумеется, нет. Иногда нужно отправлять людей обратно в страны их происхождения, где им могли бы быть предъявлены обвинения. Но мы требуем гарантий, что их не будут пытать».

В ответе Райс проступили контуры некоей новой юридической категории – еще не преступник, но уже не честный человек, вроде бы террорист, но судить его обычным судом почему-то нельзя. И освобождать нельзя – а вдруг все-таки террорист? Журналисты сразу попытались поймать Райс на этой оговорке: «А как же состязательный процесс?» «Некоторых узников мы содержим согласно законам войны, так как они были захвачены на поле боя, являясь комбаттантами», – ответила госсекретарь.

Действительно, в Ираке и Афганистане американцы захватили много подозреваемых в терроризме. Но какое это имеет отношение к тюрьмам ЦРУ в Европе? О каком поле боя и о каких комбаттантах может идти речь в случае с Махером Араром, Халедом Эль-Масри, Абу Омаром и другими? Наоборот, из спокойных стран Европы подозреваемых вывозили в Афганистан, Ирак и другие места, подпадающие под понятие «зона боевых действий».

Сама Райс так объясняла это противоречие: «[терроризм] – не обычное уголовное преступление, когда вы ждете, пока что-то произойдет, а потом арестовываете преступников и судите их. Когда совершается акт террора, гибнет множество людей – 3000 человек в Нью-Йорке, сотни в Лондоне...»

Был задан и вопрос о нарушении самолетами ЦРУ суверенитета стран Евросоюза – всегда ли США информировали правительства соответствующих стран о таких полетах? Райс ушла от ответа, повторив еще раз, что США не использовали воздушное пространство других стран для транспортировки подозреваемых в другие страны для допроса с применением пыток. Из этого можно было понять, что во всех других случаях, без последующего применения пыток, нарушение воздушного пространства могло иметь место. Вопрос о степени информированности европейских правительств обострился еще больше. Американская позиция все еще оставалась крайне уязвимой.

До начала расследования причастности европейских правительств к полетам ЦРУ осталось совсем немного времени.