Согласие на брак - Гаррат Джули - Страница 46

– Держитесь! – закричал Ричард, размахивая руками. – Не боитесь! – Он чувствовал, как от холода сокращаются и немеют мышцы ног. Только бы не свело судорогой! – пронеслось у него в голове.

Где-то на берегу, у него за спиной, кричала Эми: – Ричард! Ричард!

Но он не хотел оборачиваться, чтобы не терять драгоценных секунд. В глубине души он надеялся, что она уже дозвонилась в береговую охрану, потому что его начинали одолевать сомнения, удастся ли ему сохранить самообладание и ясность мысли, когда холод сковывал члены, грозя превратить все его тело в кусок льда.

Сделав еще несколько шагов, Ричард вдруг почувствовал, как дно ушло у него из-под ног, и в следующий миг он с головой ушел под воду. Вновь оказавшись на поверхности, он на секунду потерял ориентацию. Он отчаянно колотил руками, чтобы оставаться на плаву, и одновременно лихорадочно озирался, пока наконец не увидел злополучную лодку. Ему показалось, что до нее уже не так далеко. Должно быть, когда он был под волной, его увлекло течение и он даже не заметил, как очутился ближе к терпящим бедствие детям.

Вот когда ему пригодились уроки, которые он брал после смерти Грейс в крытом бассейне в Хаттоне. Лучше всего ему давался кроль. И теперь, рассекая волны мощными гребками, он неуклонно приближался к заветной цели. Прошло не больше минуты, показавшейся ему вечностью, когда в воде мелькнул конец сброшенного с лодки каната, и Ричард зацепился за него.

Дети были одеты. Ричард содрогнулся при мысли о том, что было бы, если бы лодка перевернулась и они очутились в воде. Завидев его, дети вскочили на ноги и принялись кричать и махать руками. Разбушевавшаяся стихия немилосердно швыряла и подбрасывала резиновое суденышко. Ричард в любой момент мог оказаться под ним.

Он подплыл сбоку и ухватился за борт, изо всех сил стараясь придать лодке устойчивое положение.

– Ложитесь оба на дно! Не двигайтесь! – закричал он.

– Я хочу к маме! – голосила девочка.

– Ложись немедленно! – хриплым голосом скомандовал он. Ему во что бы то ни стало надо было заставить детей повиноваться.

Ричард прекрасно понимал, что единственный шанс спасти детей – это отбуксировать лодку к берегу. Из воды ему их не вытащить. На них были теплые куртки с капюшонами и – самое ужасное! – высокие резиновые сапоги, в которые, окажись дети за бортом, тут же наберется вода и которые будут тянуть на дно наподобие гирь.

Цепляясь за борт лодки коченеющими пальцами, Ричард, выбиваясь из сил, кричал:

– Черт побери! Ложитесь на дно! Оба! Делайте, как я сказал! И снимите сапоги!

Мальчик обхватил свою сестренку вокруг талии и швырнул на дно лодки, затем опустился сам и, держа ее одной рукой, другой принялся стаскивать с нее сапоги.

– Молодчина, – похвалил его Ричард. Он скользнул в воду и повернулся в сторону берега. Из лодки по-прежнему доносились судорожные всхлипывания.

Ричарду показалось, что берег стал еще дальше. Неужели то черное пятнышко на фоне обрывистого берега это и есть Эми? Да, это она. Он разглядел желтую точку. Это был ее шарф. Стоило ему увидеть Эми, как у него словно открылось второе дыхание, и он с утроенной силой принялся грести к берегу, сжимая в ладони привязанный к лодке канат.

Несколько раз его накрывало водой. Ему приходилось бороться еще и со встречным ветром, который, действуя заодно с волнами, норовил унести его в открытое море. У него разрывались легкие, но он греб и греб, видя перед собой только одно – яркое желтое пятно на берегу. Потом он решил, что у него кружится голова – впереди были уже две фигуры, затем три, наконец, четыре…

Ричард зажмурился и энергично встряхнул головой. Он думал только об одном – вернуть детей на сушу живыми и невредимыми. До него долетел рев сирены, затем кто-то закричал, и он понял, что до берега совсем недалеко, иначе все эти звуки были бы неслышны. И вдруг он увидел их совсем рядом – темные фигуры окружали его, вот они уже толкают лодку к берегу. Он понял, что может отпустить канат.

Он перевернулся на спину и обратил взор к затянутым сизыми тучами небесам. Он больше не чувствовал ничего, даже холода. Чьи-то руки подхватили его и понесли, а потом что-то мягкое и влажное упало ему на лицо. Перед его затуманенным взглядом мелькнуло желтое пятно. Ну конечно, это же ее шарф! Ричард хотел засмеяться, но только непроизвольно стучал зубами.

Сперва он даже не узнал ее лицо, на котором вместо привычного самоуверенного выражения застыла печать испуга, даже ужаса. Взгляд серых глаз был потрясенным. Куда девались веселые, озорные искорки? Такой он ее еще не видел. Она была мертвенно-бледной, похожей на призрак. И что стало с ее волосами? Они отяжелели от влаги и спутанными прядями липли к лицу, когда она, помогая спасателям, тащила его за плечи, стараясь одновременно придерживать ему голову. Наконец его бережно опустили на берег.

Подбежали медики, оттеснив Эми на второй план, и завернули его в красное одеяло. Но ехать в больницу он категорически отказался.

Эми, поддерживая Ричарда за плечи, провела его в дом. На нем по-прежнему было накинуто красное одеяло. Кто-то принес его вещи, подобранные на берегу. Потом они остались одни.

– Я чувствую себя идиотом в таком виде. – Он стоял на коврике у камина, чтобы согреться.

До сих пор Эми не произнесла ни слова – она молчала, когда, по пояс в воде, придерживала его голову; молчала на берегу и в машине по дороге к дому, где медики, осмотрев его, убедились, что он цел и невредим. Он уже вполне оправился, разве что испытывал чувство неловкости, лишившись одежды.

– Эми, как ты?

Она все еще стояла у двери, которую закрыла, когда ушли медики. Поймав на себе его вопросительный взгляд, она слабо кивнула и едва слышно проронила:

– Нормально.

– Эй, кто из нас двоих в шоке? – попытался пошутить он.

– Ричард! – вымолвила она. – О, Ричард.

Он вымученно улыбнулся и, придерживая одной рукой одеяло, вторую протянул ей.

– Ну-ну, никакой трагедии не произошло. Дети живы. Они вспоминают обо всем случившемся, как о захватывающем приключении, уверяю тебя.

– Ты же мог утонуть. – Лицо ее оставалось неестественно бледным. – Я видела, как ты ушел под воду…

– Но я же вынырнул.

– Не надо с этим шутить. Ради бога, Ричард… Ричард испугался, что процесс возвращения ее к жизни будет сопровождаться истерикой.

– Эй! Иди-ка ко мне, – тихо произнес он.

Эми, как была, в мокром пальто, с намотанным вокруг шеи потускневшим от воды шарфом, бросилась к нему и заключила его в свои объятия. Она дрожала всем телом. Прижавшись губами к ее все еще влажным волосам, он тихо пробормотал:

– Эми… Эми…

В это самое мгновение ему вдруг стало понятно ее состояние. Ведь с Кипом Уэлдоном произошло именно это – он утонул, и утреннее происшествие заставило ее заново пережить ту давнюю трагедию. Он закрыл глаза, крепче прижал ее к себе и держал так, пока не унялась ее дрожь. Но и тогда она не отняла головы от его плеча, словно давая понять, что не собирается отпускать его.

Ричард осторожно, как будто боялся потревожить ее, размотал шарф, и тот упал на пол к его ногам.

– Ты промокла насквозь, – сказал он. – Не надо было тебе лезть в воду.

– Я должна была. Ведь ты был там. – Она заглянула ему в глаза.

Ричард расстегнул ее пальто, и оно последовало за шарфом.

– В мокрой одежде ты заработаешь воспаление легких. Ты похожа на мокрую курицу.

Эми слабо засмеялась в ответ.

– Как приятно это слышать, – с дрожью в голосе промолвила она.

– Я серьезно. Тебе надо раздеться. Взгляд ее блуждал по его лицу.

– Я не могу отпустить тебя.

– Это естественно, – сказал Ричард. – Думаю, этот случай напомнил тебе о прошлом.

– О каком прошлом? – изумилась Эми.

– О гибели Кипа Уэлдона, – хриплым голосом ответил он.

Эми смерила его взглядом, в котором недоумение сменилось яростью.

– Ты, кажется, издеваешься надо мной!

– Эми, послушай, я понимаю, что тебе пришлось вынести…