Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 284

И капитан взошел на корабль и распустил паруса, и Аллах предначертал ему благополучие, так что ночью он прибыл на остров и отправился в сад. А что касается Камар-аз-Замана, то ночь показалась ему долгой, и он вспомнил свою возлюбленную и сидел и плакал о том, что с ним случилось. И он подумал о своей возлюбленной и произнес:

"Вот ночь, когда звезды стоят неподвижно,

И нет у ней силы, чтоб двинуться с места,

И длятся часы, как весь день воскресенья,

Для тех, кто рассвета в ту ночь выжидает".

А капитан постучал в дверь к Камар-аз-Заману, и когда Камар-аз-Заман открыл дверь и вышел к нему, моряки взяли его и привели на корабль. И они распустили паруса и поехали и ехали непрерывно в течение дней и ночей, а Камар-аз-Заман не знал, какая тому причина. И он спросил о причине, и ему сказали: "Ты должник царя, правителя Эбеновых островов и зятя царя Армануса, и украл у него деньги, о злосчастный!" И Камараз-Заман воскликнул: "Клянусь Аллахом, я в жизни не вступал в эти страны и не знаю их!"

И с ним ехали, пока не приблизились к Эбеновым островам, и его привели к Ситт Будур, и та, увидя Камараз-Замана, узнала его и сказала: "Оставьте его со слугами, пусть его сведут в баню". И она сняла запрет с купцов и наградила капитана великолепной одеждой, стоившей десять тысяч динаров.

И в эту ночь она пришла к себе во дворец и рассказала обо всем Хаят-ан-Нуфус и сказала ей: "Скрывай все это, пока я не достигну желаемого, и я сделаю дело, которое запишут и станут читать после нас царям и их подданным".

А когда она велела отвести Камар-аз-Замана в баню, его свели в баню и одели в царскую одежду. И Камар-азЗаман, выйдя из бани, был подобен ветви ивы или звезде, смущающей своим появлением луну и солнце, и душа его вернулась к нему. А потом он отправился к Будур и вошел во дворец, и Будур, увидав его, приказала своему сердцу терпеть, пока не исполнится то, что она хотела. И она пожаловала Камар-аз-Заману невольников, евнухов, верблюдов и мулов и дала ему мешок денег, и все время возвышала Камар-аз-Замана со ступеньки на ступень, пока не сделала его казначеем.

Она вручила ему все деньги и была с ним приветлива и приблизила его к себе и сообщила эмирам о его сане, и они все полюбили его. И царица Будур стала каждый день увеличивать ему выдачи, и не знал Камар-аз-Заман, почему она его возвеличивала. И от такого множества денег он принялся дарить и проявлять щедрость, и служил царю Арманусу так, что тот полюбил его. И полюбили его также эмиры и все люди - и знатные, и простые - и стали клясться его жизнью. И при всем этом Камар-азЗаман дивился, что царица Будур так возвеличивает его, и говорил про себя: "Клянусь Аллахом, этой любви обязательно должна быть причина, и, может быть, этот царь оказывает мне такой великий почет ради дурной цели. Я непременно отпрошусь у него и уеду из его земли".

И он отправился к царице Будур и сказал ей: "О царь, ты оказал мне великое уважение; заверши же его и позволь мне уехать и возьми от меня все то, что ты мне пожаловал". И царица Будур улыбнулась и спросила: "Что вызывает в тебе желание уехать и броситься в опасности, когда ты в величайшем почете и большой милости?" И Камар-аз-Заман отвечал ей: "О царь, этот почет, если ему нет причины, - дивное дело, особенно потому, что ты назначил мне чины, которые должны принадлежать старцам, а я - малый ребенок". - "Причина Этого, - сказала царица Будур, - то, что я люблю тебя из-за твоей чрезмерной и превосходной красоты, редкостной и блестящей прелести. И если ты позволишь мне то, чего я от тебя желаю, я еще увеличу тебе почет, подарки и милости и, хоть ты и молод годами, сделаю тебя везирем, как люди сделали меня над собою султаном, хотя мне всего столько лет. Не диво теперь, что главенствуют дети, и от Аллаха дар того, кто сказал:

"Как будто век наш из семейства Лота [243]

Он молодых охотно выдвигает".

И когда Камар-аз-Заман услышал эти слова, он застыдился, и щеки его покраснели, как пламя, и он воскликнул: "Нет мне нужды в таком почете, ведущем к совершению запретного! Нет, я буду жить бедным деньгами, но богатым благородством и совершенством!" Но царица Будур воскликнула: "Меня не обманет твоя совестливость, происходящая от высокомерия и кичливости, и от Аллаха дар того, кто сказал:

"Напомнил я единенья время, и молвил он

"Доколе будешь речи длить жестокие?"

Но я динар показал ему, и сказал он стих:

"Куда бежать от участи, решенной нам?"

И Камар-аз-Заман, услышав эти слова и поняв нанизанные стихи, воскликнул. "О царь, нет у меня привычки к подобным делам, и нет сил нести такое бремя! Его бессилен вынести и старший, чем я, так как же быть мне при моих юных годах?" Но царица Будур, услышав эти слова, улыбнулась и сказала: "Поистине, вот предивная вещь! Ты ошибаешься, хоть правильно рассуждаешь! Раз ты молоденький, почему же ты боишься запретного и опасаешься совершить грех, когда ты не достиг еще возраста ответственности, а за грех малолетнего нет ни взыскания, ни упрека? Ты сам хотел услышать это доказательство, желая спорить. И обязательна для тебя моя просьба о сближении. Не отказывайся и не проявляй теперь нежелания, - ибо веление Аллаха - участь предопределенная. Я больше, чем ты, должен бояться впасть в заблуждение; и отличился тот, кто сказал:

"Мой пыл велик, а малый говорит, прося:

"Вложи его во внутрь и будь ты храбрым!"

И ответил я: "Ведь так нельзя!" - и сказал он мне;

"По мне, так можно", - и я познал, согласный"

И когда Камар-аз-Заман услышал эти слова, свет сменился мраком пред лицом его, и он воскликнул: "О царь, у тебя найдутся такие женщины и прекрасные девушки, подобных которым не найти в наше время. Не удовлетворишься ли ты ими вместо меня; обратись, к кому хочешь, и оставь меня". - "Твои слова правильны, - отвечала Будур, - но не утолить с женщинами боли мучения от любви к тебе. Испорченная натура повинуется недобрым советам. Оставь же препирательство и послушай слова сказавшего:

Не видишь: вот рынок и рядами плоды лежат,