Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 268

И Камар-аз-Заман, который рассердился на везиря, воскликнул: "О везирь, эта девушка - моя возлюбленная, и она красавица с черными глазами и румяными щеками, которую я обнимал всю сегодняшнюю ночь!" И везирь удивился словам Камар-аз-Замана и спросил: "Ты видел сегодня эту девушку глазом наяву иди во сне?" - "О скверный старец, - воскликнул Камар-аз-Заман, - а ты думаешь, я видел ее ухом? Я видел ее своими глазами, наяву, и поворачивал ее рукою и провел с нею без сна половину всей ночи, смотря на ее красоту, прелесть, изящество и нежность. Но только вы научили ее и наставили, чтобы она не говорила со мной, и она притворилась спящей. И я проспал рядом с ней до утра, а когда проснулся, не нашел ее".

"О господин мой, Камар-аз-Заман" - сказал везирь, - может быть, это дело было во сне, и окажется, что это спутанные грезы или призраки, привидевшиеся от того, что ты поел разных кушаний, или наущения проклятых дьяволов". - "О скверный старец! - воскликнул Камараз-Заман. - Так ты тоже насмехаешься надо мной и говоришь мне: "Это, может быть, спутанные грезы", когда евнух уже признался и сказал мне: "Сейчас я вернусь и расскажу тебе всю историю этой девушки".

И Камар-аз-Заман в тот же час и минуту встал и, подойдя к везирю, захватил его бороду рукою (а борода у него была длинная), а схватил ее и навернул на руку и, потянув везиря за бороду, свалил его с ложа и уронил на землю. И везирь почувствовал, что дух из него выходит, так сильно ему рвали бороду. А Камар-аз-Заман не переставал пихать его ногами и бить кулаками в грудь и в ребра, и колотить по затылку, и едва не погубил его.

И тогда везирь сказал про себя: "Если раб-евнух освободился от этого одержимого с помощью лжи, то я более достоин сделать это, чем он. Я тоже освобожусь от мальчика ложью: иначе он меня погубит. Вот я солгу ему и освобожусь: он бесноватый, нет сомнения в его бесноватости!" И он обратился к Камар-аз-Заману и сказал ему: "О господин, не взыщи с меня: твой отец велел мне скрывать от тебя историю этой девушки. Но сейчас я обессилел и утомился, и мне больно от побоев, так как я старый человек и нет у меня терпения и силы выносить удары. Дай мне срок, и я поведаю и расскажу тебе историю девушки".

Услышав это от везиря, Камар-аз-Заман перестал бить его и спросил: "А почему ты расскажешь мне историю Этой девушки только после унижения и побоев? Вставай, о скверный старец, и расскажи мне ее историю". - "Ты спрашиваешь о той девушке, обладательнице красивого лица и изящного стана?" - спросил его везирь. И Камараз-Заман ответил: "Да! Расскажи мне про нее, о везирь, кто привел ее ко мне и положил ее со мною рядом, и кто взял ее от меня ночью, и куда она ушла сейчас. Расскажи, чтобы я сам к ней отправился.

И если мой отец, царь Шахраман, совершил со мною такие поступки и испытал меня красотой этой девушки, чтобы я на ней женился, я согласен жениться на ней и избавить от этого свою душу. Он ведь сделал со мною все Это только потому, что я отказывался жениться. Но вот я согласен жениться и еще раз согласен жениться. Уведомь же об этом моего отца, о везирь, и посоветуй ему женить меня на этой девушке - я не хочу никого другого, и мое сердце любит только ее. Вставай и поспеши к моему отцу и посоветуй ему ускорить мою женитьбу, а потом сейчас же возвращайся ко мне с ответом".

И везирь сказал ему: "Хорошо!" - и не верил он, что вырвался из его рук, а потом он поднялся и вышел из башни, спотыкаясь на ходу от сильного страха и испуга, и бежал до тех пор, пока не вошел к царю Шахраману..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Сто восемьдесят девятая ночь

Когда же настала сто восемьдесят девятая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что везирь вышел из башни и бежал до тех пор, пока не вошел к царю Шахраману. А когда он пришел к нему, царь спросил его: "О везирь, что тебя постигло и кто поразил тебя злом, и почему, я вижу, ты смущен и прибежал испуганный?" - "О царь, - отвечал везирь, - я пришел к тебе с новостью". - "Какою же?" - спросил царь, и везирь сказал: "Знай, что у твоего сына Камар-аз-Замана пропал разум и его постигло безумие".

И когда царь услышал слова везиря, свет стал мраком перед его лицом, и он воскликнул: "О везирь, разъясни мне, каково его безумие!" - "О господин, слушаю и повинуюсь!" - сказал везирь, и затем он осведомил царя о том, что Камар-аз-Заман совершил то-то и то-то и рассказал ему, что у него с ним случилось.

"Радуйся, о везирь! За твою новость о том, что мой сын обезумел, я отсеку тебе голову и прекращу к тебе милости, о сквернейший из везирей и грязнейший из эмиров! Я знаю, что ты виноват в безумии моего сына, так как дал мне совет и указал способ, скверный и несчастный в начале и в конце. Клянусь Аллахом, если с моим сыном произойдет какая-нибудь беда или он станет безумным, я обязательно приколочу тебя гвоздями к куполу дворца и дам тебе вкусить превратности!"

Потом царь поднялся на ноги и пришел с везирем в башню. Он вошел к Камар-аз-Заману, и когда они оба пришли к нему, Камар-аз-Заман вскочил на ноги и по

спешно спустился с ложа, на котором сидел, и поцеловал отцу руки, и потом он отошел назад и склонил голову к Земле, заложив руки за спину, и остановился перед своим отцом и простоял так некоторое время, а затем он поднял голову к отцу и слезы побежали из его глаз и потекли по его щекам, и он произнес:

"Коль свершил я прежде оплошность с вами когда-нибудь

Или сделал с вами я что-нибудь непохвальное,

То раскаялся я в грехе моем, и прощение

Ведь объемлет злого, когда приходит с повинной он".

И тогда царь встал и обнял своего сына Камар-аз-Замана и, поцеловав его меж глаз, посадил его рядом с собою на ложе и обернулся к везирю и, взглянув на него глазом гнева, воскликнул: "О собака среди везирей, как ты говоришь на моего сына Камар-аз-Замана то-то и то-то и возбуждаешь против него мое сердце?" И царь обратился к своему сыну и спросил его: "О дитя мое, как называется сегодняшний день?" - "О батюшка, сегодня день субботы, а завтра воскресенье, а затем понедельник, а затем вторник, а затем среда, а затем четверг, а затем пятница", - отвечал Камар-аз-Заман. И царь воскликнул: "О дитя мое, о Камар-аз-Заман, слава Аллаху, что твой ум невредим! А как называется по-арабски тот месяц, что теперь у нас?" - "Он называется Зу-ль-Када, а за ним следует Зу-ль-Хиджже, а после него - Мухаррам, а после Сафар, а после - месяц Раби первый, а после - месяц Раби второй, а после - Джумада первая, а после - Джумада вторая, а после - Раджаб, а после - Шабан, а после - Рамадан, а после него Шавваль", - отвечал Камар-аз-Заман.