Жизнь между жизнями. Прошлые жизни и странствия души - Ньютон Майкл - Страница 20

Я хочу подчеркнуть, что пациент не будет детально рассказывать о процессе восстановления после мучительной жизни. Если я знаю, что между событиями прошлой и настоящей жизни связи нет, то не настаиваю на подробностях, поскольку этот опыт не влияет на успех сеанса в целом. Смысл действий здесь тот же, что и раньше, о чем я говорил в главе о снятии травматического синдрома.

Возможно, блокированные воспоминания о восстановлении энергии после прошлых жизней являются следствием стирания памяти нашими наставниками. Иногда сообщения о радикально поврежденных душах даются мне третьей стороной или душой-специалистом на тренинге по реабилитации. Глубокая и радикальная реконструкция или формирование энергии души заново при серьезном повреждении могут стать причиной того, что душа больше никогда не вернется на Землю. Если такая процедура когда-либо проводилась с душой пациента, воспоминания об этом блокируются из милосердия. Думаю, лучше не тревожить такие воспоминания.

Беседа с наставником

Поскольку почти все погружения в духовное измерение включают беседу с наставником, вы должны иметь представление о различных аспектах этой первой остановки. Я уже говорил о том чувстве восторга и почтения, которое пациент испытывает при первом контакте с наставником. Это чувство можно выразить словами, когда душа попадает в пространство, где проходят «акклиматизация» и беседа с наставником о прошлой жизни.

Думаю, терапевту будет полезно еще раз просмотреть то, что я написал о беседе и наставниках в главах 5 и 8 книги «Путешествие души». В них я разбирал духовные установки и роль младших и старших наставников. Все это пригодится вам в работе с большинством пациентов. Хотя детали каждого случая будут отличаться, общего все-таки больше. К примеру, впервые увидев наставника, христианин может воскликнуть: «Я вижу Иисуса!» Вариация этого же утверждения: «Появился ангел, чтобы меня встретить».

Есть пациенты с твердой теологической предустановкой, считающие, что такой сеанс скорее религиозное переживание, чем духовный опыт. Терапевт сталкивается с сознательным влиянием религиозной доктрины. Я стараюсь быть осторожным на этой чувствительной почве и обычно говорю: «Отлично, только давайте приблизимся, чтобы лучше рассмотреть фигуру». Скоро человек понимает, что это мудрое существо — личный наставник с самого начала существования, а не великий пророк одной из основных религий мира.

Нет ничего удивительного, что некоторые люди называют этих наставников ангелами-хранителями. Эти существа не имеют крыльев, но иногда их окружает ореол белого света. Когда пациенты направляются на беседу, многие из них сообщают, что их наставник одет в тогу и обретает облик мужчины или женщины с ясно выраженными чертами лица.

Место, где проходит беседа, обычно выглядит как уютное и знакомое место на Земле. Часто пациенты сообщают, что находятся в саду, сидят на белой мраморной скамейке и разговаривают с наставником. Это может быть знакомая комната со столом и креслами, открытое пространство или даже подобие небес с облаками.

Вы уже видели последнее земное воплощение пациента и имеете представление об обстоятельствах, сопутствующих его целям, которые были или не были достигнуты. Поэтому вы можете помочь ему адаптироваться в духовном измерении. Беседа сопровождается ментальным исцелением, и вы сможете больше узнать об отношениях и конфликтах текущей жизни пациента, пребывая во время беседы рядом с душой и ее наставником в качестве третьего лица. Позже я расскажу, как можно использовать настоящее духовного мира в терапевтических целях.

Далее я привожу серию вопросов, которые обычно задаю пациенту в ходе беседы,— они могут очень помочь.

1. В разговоре с наставником вы обсуждаете цели, которые поставили перед собой, прежде чем воплотиться в последнее тело? Если да, сколько из этих целей было достигнуто?

2. Относительно целей скажите мне, какими были ваше самое серьезное достижение и самое сильное разочарование в прошлой жизни.

3: Сравните несколько последних жизней с теми, которые были намного раньше, в отношении вашего прогресса и духовного роста.

4. Расскажите мне о роли наставника, как он по­могал вам до, во время и после ваших воплощений.

5. Говорил ли наставник о вашем улучшении в це­лом в ходе этой беседы?

6. Какой совет вы получили на этой стадии возвращения?

7. Можете ли вы рассказать, какие еще важные дела вы обсуждали?

Беседа — это то время, когда пациент начинает получать глубинное знание о самом себе. Поэтому попытайтесь соотнести вопросы с событиями, происходящими в его настоящей жизни. Вы обнаружите, что в духовном измерении души честно рассказывают о своих недостатках. Самокритика вполне естественна, после того как жизнь в теле закончена. Хотя наставники беседуют в разном стиле, обычно на самокритику они реагируют следующим образом: «Не будь с собой так строг — ты неплохо справился».

Как человек, выслушавший за свою жизнь тысячи бесед с наставниками, я могу сказать, что они никогда не подавляют душу, с которой ведут разговор. Вы почувствуете, насколько сопереживают наставники своим ученикам, поскольку они все о них знают. Ничего нельзя скрыть, и душе это прекрасно известно. Я считаю, что наставники подобраны к каждой душе, исходя из определенного сходства в силе и слабости. Словно характер учителя похож на характер ученика или они одновременно сражаются с одной и той же проблемой.

Любовь, которую наставники чувствуют по отношению к нам, очень сильна, и во время земной жизни то, что мы считаем интуицией или инстинктом, на самом деле является попыткой наших наставников донести до нас какую-то информацию. После сеанса пациент может увидеть значение определенных символических посланий, оставленных для него на ранних этапах жизни, чтобы развить и сосредоточить личность на основных целях. Действительно, все наставники разные. Одни из них — практики, ментально помогающие нам выбираться из жизненных ям; другие предоставляют нам больше самостоятельности и находятся вдалеке от нашей жизни до тех пор, пока мы не позовем их, находясь в отчаянии или кризисе.

Когда пациент говорит, что чувствует себя плохо из-за ошибок и недоработок прошлой жизни, попытайтесь обнаружить определенные переклички с его текущим воплощением. Я стараюсь сосредоточиться на получении максимума информации о душе, а не фокусироваться на деталях. Из того, что я понял, беседа с наставником — не самый насыщенный вопросами период, поскольку наставник не расспрашивает, а дает советы и разбирает возникшие в прошлой жизни сложности. Более глубокий анализ поведения души обычно происходит позже.

В ходе столь длительного сеанса будут периоды, когда ваша настойчивость просто необходима, однако время беседы как раз ее не требует. Если у вас не получается вытянуть из пациента максимум информации, имейте в виду, что наиболее действенный период для этого наступает, когда вы приводите пациента на Совет. Разумеется, некоторые люди считают, что вообще не должны никому рассказывать глубоко личные, священные аспекты жизни своей души. Любопытно, но именно в ходе беседы с наставником чаще всего и случаются ситуации, когда пациент не хочет ничего говорить. С годами я пришел к определенному выводу относительно этого феномена.

Действительно, беседа с наставником — первая возможность для души снять с себя тяжелый груз прошедшей жизни и поделиться впечатлениями. Однако некоторые души могут быть не готовы к этому и им нужно успокоиться. Есть и другие факторы, вызывающие у пациента на этой стадии определенную закрытость. Помимо нежелания раскрывать глубинные тайны, думаю, здесь имеет место определенное непонимание происходящего.

Поскольку беседа с наставником происходит вскоре после появления души в родном измерении ее связь с телом все еще сильна. Признаки биологического темперамента и личности умершего тела еще какое-то время остаются у души, несмотря на то что она теперь осознает свой собственный характер. Поэтому воспоминания о беседе с наставником могут изначально запутать пациента, который беседует с вами из совершенно иного тела с другим сознанием.