Лучшие сказки мира - Автор неизвестен - Страница 159

– Бачаган! Я замечаю, что ты не знаешь, что делается в твоем царстве. Люди, которых ты созываешь на совет, не говорят тебе всей правды. Чтобы успокоить тебя, они говорят, что все хорошо. А так ли это на самом деле? Сбрось на время царские одежды и под видом нищего обойди всю страну. Раздели с рабочим его труд, поживи среди крестьян, побудь среди торговцев, и ты будешь знать все - и хорошее и плохое.

– Ты права, Анаит. Но кто же без меня будет управлять государством?

– Я! И сделаю это так, что никто не будет знать о твоем отсутствии.

– Хорошо, Анаит. Завтра я покину дворец, и если через двадцать дней я не вернусь, значит, со мною случилась беда.

В простой крестьянской одежде Бачаган отправился в дальний путь.

Много он видел, много слышал, но самое необычайное случилось с ним на обратном пути в городе Пероже.

Однажды он сидел на городской площади и увидел толпу народа, следующую за седовласым старцем. Старец медленно ступал, перед ним очищали дорогу и подставляли под ноги по кирпичу.

– Кто этот старец? - спросил Бачаган.

– Это великий жрец, он до того свят, что не ступает ногою на землю из боязни раздавить какое-нибудь насекомое.

В конце площади старец опустился на разостланный ковер и начал проповедь.

Бачаган протиснулся вперед, чтобы разглядеть и послушать старца.

Старец заметил Бачагана и подозвал его к себе.

– Кто ты и откуда?

– Я из далекой, чужой земли. Пришел искать в ваш город работы.

– Пойдем со мной. Я дам тебе работу и щедро заплачу за нее.

Бачаган последовал за старцем. На краю города старец отпустил провожавшую его толпу. Остались лишь жрецы и носильщики, нагруженные тяжелою кладью. Все они были чужестранцы. Вскоре показался какой-то храм, окруженный со всех сторон высокой стеною.

Великий жрец остановился около железных ворот, отпер их огромным ключом и, впустив всех, снова запер замок.

Бачаган увидел перед собой храм, увенчанный голубым куполом, окруженный маленькими кельями. У этих келий носильщики сложили свою кладь, и великий жрец повел их в храм. В глубине храма, близ алтаря, великий жрец нажал незаметную пружину, и стена раздвинулась надвое. За ней виднелась новая железная дверь. Великий жрец открыл эту дверь и сказал:

– Войдите, люди. Здесь вас накормят и дадут работу.

Никто не успел сказать и полслова, как железная дверь захлопнулась, и все погрузились во тьму. Ошеломленный Вачаган бросился к дверям и изо всех сил застучал:

– Откройте! Откройте!

Но ему отвечало только собственное эхо.

Ошеломленный Бачаган молча поплелся вперед, туда, где виднелась слабая полоска света. Остальные последовали за ним.

Падая и спотыкаясь, они добрались до скудно освещенной пещеры, откуда неслись жалобные крики.

Навстречу им метнулась какая-то тень.

Бачаган выпрямился во весь рост и громко крикнул:

– Кто ты, человек или дьявол? Подойди и скажи, где мы?

Тень приблизилась и, дрожа, как лист в бурную ночь, остановилась перед ним. Это был человек с лицом мертвеца. Его глубоко впавшие глаза сверкали голодным блеском, щеки ввалились, синие губы обнажали беззубый рот. Это был живой скелет, обтянутый кожей.

Заикаясь и плача, этот живой труп сказал:

– Следуйте за мной, и все поймете.

Они пошли по узкому коридору и вышли в другую пещеру, где такие же голые, еле копошащиеся скелеты лежали на холодной земле, прижимаясь друг к другу, и тщетно пытались согреться.

Проводник повел Бачагана дальше, через такую же пещеру, где в чинном порядке стояли огромные котлы и такие же люди-тени копошились вокруг них, мешая длинными палками какое-то варево.

Бачаган заглянул в котел и в страхе отпрянул назад.

В котле варилось человеческое мясо. Бачаган ничего не сказал своим товарищам по несчастью и последовал за проводником.

Тот привел их в огромную, тускло освещенную пещеру, где сотни мертвенно-бледных, измученных людей вышивали, вязали, шили. Тем же путем проводник привел их в первую пещеру и устало опустился на камень.

– Тот же старец так же заманил в эти пещеры и нас. Я потерял счет времени, ибо тут нет ни дня, ни ночи и только бесконечной чередой тянутся кошмарные сумерки. Знаю только, что все, кто попал вместе со мной, погибли. Если человек, попавший сюда, знает ремесло, его заставляют работать, если нет - уводят на бойню, и оттуда он попадает в те ужасные котлы, которые вы только что видели. Старый дьявол не один, все жрецы его помощники.

Бачаган, не отрывая глаз, смотрел на говорящего и... узнал в нем своего исчезнувшего слугу Вагинака.

Вагинак не узнал своего господина, и Бачаган, боясь, чтобы радость встречи не порвала, как меч, тонкую нить жизни Вагинака, не назвал себя.

– Силы совсем оставляют меня, и тогда меня отправят на бойню, грустно сказал Вагинак. - И всех вас ждет та же судьба.

– Нет! - гневно воскликнул Бачаган. - Оставайся с нами, я верю, что мы выберемся живыми из этого ада!

Бачаган расспросил своих спутников об их ремесле. Один оказался портным, другой - ткачом, третий - вышивальщиком, остальные не знали никакого ремесла.

– Будете моими помощниками, - заявил им Бачаган.

Вскоре с шумом распахнулись железные двери, и в пещеру вошел жрец, окруженный со всех сторон стражей.

– Это новоприбывшие? - спросил он.

– Да, мы слуги твоей милости.

– Кто из вас знает какое-нибудь ремесло?

– Мы - искусные мастера. Мы умеем ткать ценную парчу. Она стоит в сто раз больше, чем чистое золото.

– Неужели на свете есть ткань, которая стоит в сто раз больше, чем золото? - удивился жрец.

– Я не лгу, - гордо ответил Бачаган.

– Хорошо, - поверил жрец. - Скажи, какие вам нужны инструменты, какой материал, и идите в общую мастерскую работать.

– Нет, о господин! Чужие глаза не должны видеть нашу работу. Позволь нам остаться здесь и прикажи посылать нам в пищу хлеб и плоды. Мы не едим мясную пищу и, вкусив, сразу умрем, и вы лишитесь огромной выгоды.

– Хорошо, но горе, если вы обманете меня. Я пошлю вас на бойню и прежде чем убить, предам всех страшным пыткам.

В тот же день жрец прислал необходимые инструменты и материал. Бачаган принялся за работу, обучая ей своих товарищей по несчастью.

Каждый день слуги жреца приносили пленникам хлеб и плоды. Каждый старался хоть немного уделить несчастным, томившимся в соседней пещере.

Вагинак постепенно стал приобретать человеческий вид.

Когда основа парчи была готова, Бачаган сказал жрецу:

– Мы не можем дальше работать в полутьме. Прикажи принести нам огня.

Жрец исполнил просьбу Бачагана и принес смоляной факел и несколько светильников.

Увидев Бачагана, освещенного с ног до головы, Вагинак дико вскрикнул и без сознания рухнул на землю.

– Что с ним? - удивился жрец.

– Блеск факела ослепил его, господин. Он придет в себя и спокойно будет работать, - с поклоном сказал Бачаган, и жрец ушел.

Вскоре парча была готова. Она сверкала и переливалась всеми цветами радуги. По краям тонкого узора Бачаган выткал крохотными буквами историю своей неволи.

Увидев чудесную парчу, жрец пришел в восторг.

– Ты действительно мастер, - милостиво бросил он Бачагану.

– Я тебе говорил, что эта парча будет стоить в сто раз дороже золота. Знай же, что она стоит еще дороже! На ней вытканы волшебные талисманы. Жаль, что они не доступны каждому. Прочесть и открыть их тайну может только мудрая царица Анаит.

Жадный жрец не отводил глаз от чудесной парчи. Он решил не показывать ее главному жрецу, с тем, чтобы самому воспользоваться щедрой прибылью.

Тем временем Анаит так мудро правила страной, что народ не знал об отсутствии Бачагана. Прошло условленных двадцать дней - Бачаган не вернулся. Царица встревожилась не на шутку. По ночам она видела страшные сны, Зангин день и ночь выла, кидалась под ноги и, визжа, тащила куда-то Анаит за платье. Конь Бачагана не ел корма и ржал, как жеребенок, потерявший мать. Куры кукарекали, как петухи, а петухи, вместо зари, пели под вечер фазаньими голосами. Храбрая Анаит впала в отчаяние. Она разослала гонцов во все концы своего царства, но Бачаган исчез, как иголка в стоге сена.