Люфтваффе: триумф и поражение. Воспоминания фельдмаршала Третьего рейха. 1933-1947 - Кессельринг Альберт - Страница 56

Следующий шаг альянса должен был показать, каковы дальнейшие цели противника. Продолжение войны против Италии могло иметь целью как уничтожение ее войск и нанесение ей поражения, так и захват новой базы для наступательных действий на Восточном и Западном германских фронтах, а также против территории самой Германии.

Возможную высадку войск противника на юге Франции или на Балканах, при одновременном укреплении мощи альянса в Средиземноморье, можно было бы рассматривать как прелюдию к операциям с далеко идущими стратегическими и политическими целями.

С января 1943 года я серьезно задумывался над этими проблемами. Благодаря информации, собранной мною лично, а также поступавшей в ходе совещаний с представителями итальянского командования на островах, у меня сложилось ясное понимание обстановки, и я получил от Верховного командования вермахта и итальянских вооруженных сил добро на осуществление первых неотложных мер, которые необходимо было принять в складывавшейся ситуации. Мешкать ни в коем случае не следовало. В результате тщательного изучения реального положения дел оптимизм, который продемонстрировали командующие войсками, дислоцированными на островах, оказался безосновательным. На картах все было в порядке. Все планы были тщательно продуманы, иногда даже слишком. Однако проведенные работы по строительству укреплений оказались не более чем очковтирательством. Острова не были соответствующим образом защищены. Подготовленные позиции отсутствовали, а противотанковые укрепления, не прикрытые войсками и никем не охраняемые, скорее могли помешать обороняющейся стороне, чем остановить наступающего противника – словом, представляли собой бесполезную мишуру.

Проинспектированные мной дивизии, дислоцировавшиеся на побережье, были под стать системе укреплений. При таких войсках и такой системе обороны нечего было и надеяться оказать серьезное сопротивление противнику. Впрочем, положение не везде было одинаковым: лучше всего дела обстояли на Корсике, за ней следовала Сардиния; Сицилия и побережье Калабрии оставляли желать много лучшего. В апреле я приступил к осуществлению неотложных мер, что, учитывая враждебное отношение генерала Амброзио, стало возможным только благодаря тактичному сотрудничеству с соответствующими ведомствами. Я добился того, что командующие войсками, дислоцированными на островах, охотно проводили в жизнь мои предложения в рамках материальных и прочих возможностей, которыми они располагали. Снабжение Верховное командование вермахта постепенно наладило, но предоставляемое имущество, несмотря на его немалое количество, не соответствовало требованиям момента, да и распределять его следовало исходя из предполагаемых стратегических намерений противника. Вкратце я определил сложившуюся ситуацию следующим образом.

Оккупацию северного побережья Африки нельзя было рассматривать как окончательную цель противника. Военное поражение Оси в Африке представляло собой предпосылку для дальнейших действий альянса, в частности для реализации плана «Касабланка», о котором в то время у нас не было подробной информации. Объединенные действия британских и американских вооруженных сил в Тунисе в первую очередь свидетельствовали о том, что альянс намерен продолжать операции в Западном Средиземноморье. Расстояние, отделявшее войска противника от Сицилии, вполне позволяло нанести по ней удар; захват острова мог стать важным шагом на пути, ведущем в Италию. В то же время следовало учитывать вероятность отвлекающего удара по Калабрии, который мог стать дополнением к оккупации Сицилии. Поскольку Пантеллария была неспособна оказать сколько-нибудь серьезное сопротивление, ее захват, скорее всего, имел для противника второстепенное значение. Если бы его цель состояла в скорейшем захвате Рима, он выиграл бы куда больше, проведя операцию против Сардинии и Корсики. Воздействие, которое оказало бы на войска Оси успешное наступление противника на этих островах, нельзя было недооценивать. С другой стороны, альянс не мог сбрасывать со счетов угрозу его флангу со стороны Сицилии, серьезность которой трудно было точно оценить. Обладание же островами, в особенности Корсикой, которую можно было бы использовать в качестве «авианосца», облегчило бы противнику наступление на юге Франции.

Для проведения операции в Восточном Средиземноморье силы альянса, находившиеся в Тунисе, располагались слишком далеко. Но трудности можно было преодолеть. Балкан можно было достичь через материковую Италию; моторизованные части можно было отправить по шоссе до Триполи, Бенгази или Тобрука, а оттуда перебросить в район Эгейского моря. Командование альянса знало, что ему не следует опасаться слишком сильного сопротивления на море. С другой стороны, военно-воздушные части Оси, дислоцированные на острове Крит и вокруг Афин и Салоников, при всей их слабости на тот момент, могли быть усилены и в этом случае были бы способны создать потенциально вполне эффективную оборону, которой альянс лишь с большим трудом мог бы противопоставить соответствующие силы. Но если бы войска альянса высадились на Балканах и нанесли удар с тыла по германским войскам, действовавшим на Восточном фронте, с целью соединиться с русскими, успешное осуществление этой операции повлияло бы не только на военную ситуацию: оно имело бы по меньшей мере столь же серьезные политические последствия.

Таким образом, существовало много вариантов продолжения боевых действий. Опыт изучения стратегии альянса, применявшейся до этих пор, облегчал мне анализ этих вариантов и определение наиболее вероятных из них.

Высадку альянса в Алжире из-за отсутствия на побережье этой страны какой-либо обороны, которая заслуживала бы упоминания, можно было приравнять к маневрам, проводившимся в мирное время. Любой мог предположить с почти стопроцентной степенью уверенности в правильности своих догадок, что противник выберет такую задачу, которую, с его точки зрения, ему наверняка удастся решить при его возможностях и ограниченной обученности его войск проведению операций по высадке с моря. Наши оппоненты придавали большое значение прикрытию сухопутных сил с воздуха, а оно не могло быть обеспечено с помощью одних только авианосцев. Это означало, что противник, скорее всего, отдаст предпочтение проведению операции в районе, куда без труда сможет добраться его истребительная авиация, действующая со стационарных баз.

Эти соображения исключали возможность проведения противником операции на юге Франции, на севере Италии и на Балканах (если не считать того варианта, что он мог бы подобраться к указанным районам со стороны мыска «сапога», который напоминал своими очертаниями Апеннинский полуостров). С точки зрения военно-морских и военно-воздушных сил альянса имело смысл нанести удар по Сицилии, причем в этом случае основная операция могла бы сопровождаться отвлекающей акцией противника в виде атаки в Южной Калабрии. Нельзя было также исключать возможность того, что противник, действуя с дальним прицелом, обойдет Сицилию и начнет наступление в направлении Сардинии и Корсики, клюнув на такую соблазнительную приманку, как Рим. Но это было бы связано с не поддающимися заблаговременному учету трудностями, что делало этот вариант маловероятным. Повторюсь, высадку войск противника в Северной Африке можно было бы считать учениями, поскольку она не встретила сколько-нибудь серьезного сопротивления. Германской авиации пришлось наносить удары по атакующему противнику с большого расстояния, что значительно снизило их эффективность. В результате мы не смогли приобрести сколько-нибудь значительного практического опыта противодействия крупным операциям по высадке морского десанта; правда, при желании можно было теоретически определить наиболее явные уязвимые места противника при осуществлении им акции такого рода.

В то время как передвижение в открытом море большого количества кораблей и судов обещало большое количество выгодных целей нашим ВМС, в том числе подводным лодкам, а также бомбардировщикам, сама операция по высадке десанта, с учетом неизбежного скопления на небольшом участке значительного количества десантных барж, должна была стать уязвимой для ударов с воздуха и действий частей, держащих оборону на берегу. Эта оборона могла бы быть существенно усилена за счет минирования прибрежной полосы как со стороны моря, так и со стороны суши. Батареи береговой артиллерии, стоящие открыто, даже при наличии оборудованных огневых позиций, защищенных бетоном и броней, не смогли бы выдержать массированных обстрелов из корабельных орудий. В то же время, будучи установленными на закрытых, хорошо замаскированных позициях для продольного огня, с крупными калибрами, выдвинутыми в первый эшелон обороны, они могли бы сокрушить наступающего противника и по меньшей мере нейтрализовать истребители альянса.