Социальная философия - Крапивенский Соломон Элиазарович - Страница 3

Хорошо сказано: расчеты, по которым предсказывается будущее. Добавим: раз истинно предсказывается, то есть возможность приближения, созидания этого будущего по законам, понятым в их сущности, в том числе по законам справедливости и красоты. Собственно философия и началась с обдумывания смысла человеческой жизни и заявила об этом знаменитым античным афоризмом о Человеке как мере всех вещей. Сократ и Платон, философы эпохи Возрождения, Ф.Бэкон и Гоббс, Спиноза, французские материалисты XVIII в., представители классической немецкой философии, Маркс и Энгельс, русские философы «серебряного века», экзистенциалисты – все они в фокус своего мировоззрения ставят человека как чувствующего, мыслящего и творящего субъекта. Каждый из классиков философии, развивая учение о человеке, по-новому высвечивал и проявлял какую-то важную для нас грань: то ли отношение человека к природе, то ли биологическую первоприроду человека, то ли зависимость человека от социальной среды и т. д.

В сумме своей это классическое наследие предстает перед нами как попытка всесторонне решить проблему «Человек и окружающий мир», ответить на три исчерпывающих эту проблему вопроса, которые Кант в «Критике чистого разума» сформулировал так:

И Кант был абсолютно прав, утверждая, что в этих трех вопросах объединяются «все интересы моего разума (и спекулятивные и практические)»[3].

Общекультурная функция

Общекультурную функцию философия тоже выполняла с момента своего зарождения, и если сужался предмет философии, то с общекультурной функцией философии происходило скорей всего обратное: ее роль в жизни общества непрерывно возрастала. Уже Цицерон с полным правом заявлял, что «культура духа есть философия».

Тем более это справедливо для нашего времени. Без преувеличения можно сказать, что философия является сегодня важнейшим элементом духовной культуры человечества. «Мне представляется, – писал видный физик ФРГ, лауреат Нобелевской премии, Макс Лауэ, – что все науки должны группироваться вокруг философии как их общего центра и что служение ей является их собственной целью. Так и только так можно сохранить единство научной культуры против неудержимо прогрессирующей специализации наук. Без этого единства вся культура была бы обречена на гибель».

Итак, когда мы ставим перед собой вопрос «Что мне дает философия? Что мне дает ее изучение?», нельзя сбрасывать со счетов ее общекультурную функцию. Никогда не считался культурным человек, философски необразованный и неподготовленный. Тем более это относится ко времени, в котором мы живем. С другой стороны, в порядке, так сказать, обратной связи, заметим, что по отношению человека к философии можно судить и об его общей и его профессиональной культуре. И если он, подобно фонвизинскому Митрофанушке, вопрошает «А на что мне философия?», тогда его «культурный» уровень вполне очевиден.

Рассмотрев функции социальной философии, попытаемся вернуться к аристотелевской характеристике философии как самой бесполезной и одновременно самой прекрасной науки.

Да, она бесполезна в плане узко утилитарном, прагматическом, ибо философия не может научить выпечке пирогов, плавке металла, сапожному ремеслу и т. д. Более того – она не может подменить собой ни одну из конкретных наук, решая за них их специфические проблемы. Из истории философии известно, насколько бесплодными оказались многовековые попытки рассматривать философию в качестве «науки наук», втискивающей все остальные науки в прокрустово ложе общих схем и заменяющей собой эти науки. И только обретя свои специфические функции, философия перестает быть бесполезной: она дает конкретным наукам то, что они сами синтезировать не могут – мировоззрение и методологию, общегуманистический смысл и культурологическую значимость.

Что же касается «прекрасности» философии, то она слита воедино с ее полезностью в указанном высоком смысле. Действительно, что может быть прекраснее, чем приобщение к ценностям духовным, к пониманию смысла жизни, своего места в мире, своих взаимоотношений с другими людьми?! И реализуется это прекрасное прежде всего в гуманистической и общекультурной функциях философии, всегда являющейся духовной квинтэссенцией своей эпохи.

2. Место социальной философии в системе гуманитарного и всего научного знания

Социальная философия в органическом единстве с другими компонентами философского знания выступает в качестве мировоззренческого и методологического основания всех общественных, а еще шире всех гуманитарных наук, включая психологию, лингвистику и т. д.

Доказательство выдвинутого положения начнем с анализа взаимоотношений социальной философии с социологией. Этот сюжет выбран нами для примера в силу двух обстоятельств. Во-первых, именно вокруг соотношения социальной философии (в ее традиционном тогда варианте исторического материализма) и получавшей тогда права гражданства прикладной социологии прошли бурные дискуссии в шестидесятые-семидесятые годы. Во-вторых, пример этот предельно нагляден и без особых трудностей может быть экстраполирован на другие отрасли гуманитарного, а также, мы вскоре увидим, и негуманитарного знания.

Социальная философия и социология

В упоминавшихся выше дискуссиях о соотношении социальной философии и социологии выявились три точки зрения.

1. «Социальная философия равна всей социологии». Этот тезис о тождестве исторического материализма и социологии был явно направлен против прикладной социологии, ненужной и вредной в глазах приверженцев казарменного социализма и тоталитарных режимов: зачем еще какая-то прикладная социология, если исторический материализм (т. е. социальная философия марксизма) сам по себе способен исследовать и объяснить все общественные проблемы?

2. «Социальная философия вне социологии». Сторонники этой точки зрения разделяли искусственным рвом социальную философию как философскую науку, как методологию от социологии как комплекса конкретных знаний об обществе. Если бы такой отрыв состоялся, социология оказалась бы во власти самого откровенного ползучего эмпиризма с его отказом от права на сколько-нибудь значительные обобщения общетеоретического порядка.

3. «Социальная философия есть верхний, методологический этаж социологии». Такая позиция свободна от крайностей, присущих двум изложенным выше точкам зрения. Социальная философия – не вне социологии и не вся социология, а один из ее собственных слоев. Чтобы наглядней это понять, прибегнем к схеме. Любую науку можно представить в виде трехслойной структуры (рис. 2), верхний этаж которой составляет методологические и общетеоретические проблемы данной науки.

Далее идет этаж так называемых теорий среднего уровня (специализированных теорий), конкретизирующих положений общей теории применительно к более узким объектам. В физике такими теориями среднего уровня (средними не по их качеству, а по местоположению между двумя другими «этажами») будут физика твердого тела, физика элементарных частиц и т. д., в биологии – цитология, физиология высшей нервной деятельности, молекулярная биология и т. д. Еще ниже идет прикладной этаж науки, непосредственно связывающий ее с практикой.

Такая трехслойная структура характерна и для социологии (рис. 3). В качестве верхнего, методологического и общетеоретического этажа в данном случае выступает социальная философия, далее идут отраслевые социологические теории (социология села, промышленная социология, социология личности, социология революции и т. д.). В качестве прикладного этажа выступают конкретные социологические исследования.