Философия - Алексеев Петр Васильевич - Страница 225

Такая возможность, однако, перечеркивается угрозой гравитационного коллапса, представление о котором содержится в современных моделях расширяющейся и пульсирующей Вселенной. Но в последние десятилетия появились данные, вызывающие сомнение в правильности интерпретации смещения в спектрах галактик к красному концу на основе эффекта Допплера. Этот феномен может быть объяснен как следствие уменьшения энергии и собственной частоты фотонов при движении их в течение многих миллионов лет в межгалактическом пространстве, в результате взаимодействия с гравитационными полями, фоном нейтрино, не наблюдаемой пока материей. Кроме того, установлено аномально высокое красное смешение в спектральных линиях квазеров; если бы такое смешение было обусловлено эффектом До-пплера, то скорость удаления квазеров в 2,5 - 2,8 раза превышало бы скорость света. Все это, как и неясность возникновения сингулярности, характера пребывания физической материи в этом состоянии, причин большого взрыва и т.п., меняет характер представления о Метагалактике и Вселенной и усиливает аргументы в пользу предположения о возможности бесконечного существования мыслящего духа.

Не исключается возможность в крайне отдаленном будущем установления преемственности в развитии ряда однопланетных или одно-звездных цивилизаций и слияния духовных систем планетного масштаба в единый поток интеркосмического сознания.

Такая возможность маловероятна, близка к нулю, но не исключена полностью. Если она реализуется, то мыслящий разум, имея начало в конкретных природных системах и обладая также "границей" в смысле невозможности встать над природой, обретет новое измерение и перед ним откроется перспектива бесконечного, в принципе, существования. Как писал Гегель, "природа самого конечного состоит в том, чтобы выходить за свои пределы... и становиться бесконечным".

Итак, у цивилизации, у мыслящего духа, существующего на Земле, имеется две возможности: одна - прекращение существования под влиянием внешних или внутренних причин и другая - обеспечение бесконечного прогресса.

Приложение

Философия в условиях тоталитаризма

Уже давно была подмечена связь между степенью развития философии и даже ее существованием и степенью развития политической свободы в обществе. Об этом писали и в античную эпоху, и во времена феодалистского абсолютизма и в последние столетия. Известный немецкий философ Ф. Гегель подчеркивал, что вследствие "общей связи политической свободы со свободой мысли философия выступает в истории лишь там и постольку, где и поскольку образуется свободный государственный строй...Философия поэтому начинается лишь в греческом мире" (Соч. Т. 9. М., 1932. С. 89). Верность подобных зависимостей в нашем столетии в известном отношении подтверждена расцветом философской мысли Российского Зарубежья (Н.А. Бердяев, С. Л. Франк, П. А. Сорокин и др.), волею судеб оказавшейся после революции практически независимой ни от большевистской прессинговой цензуры, ни от политических установок стран, где они вынуждены были пребывать.

Наряду с этим XX век принес человечеству многочисленный тоталитаризм, из которого наиболее жестокими были диктаторский режим Б. Муссолини в Италии (1922 - 1943), гитлеровский фашизм Германии ЗО-х - начала 40-х гг. и сталинская диктатура 30-х - начала 50-х годов в СССР.

Из пяти характерных признаков, выделенных в тоталитаризме Реймо-ном Ароном, обратим внимание на тот, который в наибольшей степени включает в свой зловещий оборот и ученых, и философов: "В связи с тем, - указывает он, - что любая деятельность стала государственной и подчиненной идеологии, любое прегрешение в профессиональной сфере сразу же превращается в прегрешение идеологическое. Результат - политизация, идеологизация всех возможных прегрешений отдельного человека и, как заключительный аккорд террор, одновременно политический и идеологический" ("Демократия и тоталитаризм". М., 1993. С. 231). С этим признаком тесно связан первый возникновение тоталитаризма в режиме, представляющем какой-то одной партии монопольное право на политическую деятельность. В тоталитаризме все его признаки взаимосвязаны. "Определяя тоталитаризм, - пишет Р. Арон, - можно, разумеется, считать главным исключительное положение партии, или огосударствление хозяйственной деятельности, или идеологический террор. Но само явление получает законченный вид только тогда, когда все эти черты объединены и полностью выражены" (там же). Тоталитаризму свойственно создание организаций в сфере культуры, образования, производства и т.п.), являющихся проводником идей политической партии в ряды "беспартийных"; для него характерно измышление мифа о "врагах народа", "врагах нации" и т.п.

Остановимся на некоторых явлениях тоталитаризма в СССР. Он открыто проявил себя в сфере духовной культуры уже в конце 20-х годов (а не в 1936 - 1938 гг., как это было принято считать после 1956 г.). В области духовной культуры тоталитаризм заявил о себе особенно широко и неприкрыто в самом начале 30-х годов.

Предварительно надо все-таки сказать, что после революции 1917 г. В. И. Ленин и тогдашнее ядро партии, пошедшее на далеко не демократический акт высылки из России большой группы философов (1922 г.), в целом относились к науке и научным кадрам, особенно естествоиспытателям, бережливо. В. И. Ленин неоднократно указывал на необходимость "привлечь всех до последнего (ибо их у нас невероятно мало) буржуазных, т. е. воспитавшихся в буржуазной обстановке и усвоивших плоды буржуазной культуры, специалистов..." (т. 40. С. 143). Отстаивая эту политику, он подчеркивал: "Если все наши руководяшие учреждения, т. е. и Компартия, и Соввласть, и профсоюзы, не достигнут того, чтобы мы как зеницу ока берегли всякого спеца, работающего добросовестно, со знанием своего дела и с любовью к нему, хотя бы и совершенно чуждому коммунизму идейно, то ни о каких серьезных успехах в деле социалистического строительства не может быть и речи" (т. 44. С- 350 - 351). И, действительно, до конца 20-х годов союз философов-марксистов с естествоиспытателями довольно успешно осуществлялся на практике.