Любовник из прошлого - Брюс Виктория - Страница 49

В этом лесу царствовал сосновый аромат, смешанный с запахами диких трав и тела ласкавшего меня мужчины. Я уже забыла о том, что Шиа игрок, и о том, как я злилась на него по этому поводу. Все запахи, которые окружали меня, слились в один мощный чувственный аромат, который, наполняя мои легкие и кружа голову, действовал на меня лучше любого порошка Афродиты.

Наконец он добрался до места, где сходились мои бедра, и медленно, сантиметр за сантиметром, принялся стягивать с меня одновременно брюки и трусики. Я задыхалась, разрываемая на части противоречивыми чувствами. Мою спину ласкала прохладная травяная кровать, а голые ноги купались в теплом ночном воздухе.

Обнажив меня, он принялся наконец расстегивать свои брюки. Я буквально корчилась от нетерпения. Еще немного и я бросилась бы ему помогать, никакие приличия не удержали бы меня.

Расстегнув на себе все, кроме самой верхней брючной пуговицы, он стал на колени подле меня. Мы были, пусть самую малость, одеты, и это создавало атмосферу тайны, возбуждало, волновало, превращая наше взаимное влечение в неистовую всепоглощающую страсть.

Он застонал.

– Я захотел тебя, как только увидел. Ты сводишь меня с ума. – Он бросил на меня свое могучее тело. Я сразу ощутила твердость его члена, которым он принялся буквально царапать мой живот. Сдавленный вопль наслаждения вырвался из моего горла, и Шиа снова застонал от желания.

Он ерзал на мне туда и сюда, и вскоре я почувствовала блаженную влагу у себя между бедрами; там сразу захолодило – даже под самыми легкими дуновениями ночного летнего ветерка.

– Нет, не надо, – просила я, страстно желая только одного: чтобы он вошел в меня.

– А я не буду ничего делать, красавица. Давай сделаем это вместе.

Сгорая от нетерпения, я посмотрела на него. На мгновение мне показалось, что я вижу страдание в его глазах, но посмотрев внимательнее, подумала, что это, должно быть, просто игра моего воображения. Я заерзала под ним, желая, чтобы мы вместе делали то, к чему оба так стремились.

Я не почувствовала отклика на свою ласку. Слегка прикусив губу, он тяжело дышал. Огонь в его глазах померк. Подобное выражение я наблюдала не раз в глазах Дэвида и поняла, что Шиа не удовлетворен мною так же, как и мой муж.

Я вздрогнула; отчаяние охватило меня, сметая все радостные чувства, все надежды, которые так долго, с таким трудом утверждались в моей душе.

– Шиа, давай попробуем еще раз. Я могу лучше, я знаю. – Я желала немедленно доказать ему это. Моя рука заскользила вниз по его животу, пытаясь дать ему наслаждение.

Резким движением он схватил мое запястье, лоб его покрыли гневные складки.

– Что, черт побери, вы делаете?!

– Я... я...

Он застыл в неподвижности; его рука все еще сжимала мою руку.

– Кажется, у вас проблемы, красавица. – Никогда бы не подумала, что услышу такие слова от Шиа. Вроде бы такой матерый, зрелый мужик... Возможно, я повела себя слишком напористо, ведь до сих пор он общался с женщинами двадцатых годов. Горячие слезы буквально разъедали мне глаза, я отвела взгляд, заранее страшась тех чувств, которые могло отразить лицо Шиа; я слишком хорошо помнила тот блуждающий, рассеянный взгляд, который регулярно, как заход солнца, появлялся у Дэвида после занятий любовью. Во всяком случае, после того как Дэвид занимался любовью сомной.

Я почувствовала покалывание в сердце. Глядя поверх правого плеча Шиа, я заметила какое-то движение. Я напряженно вглядывалась в темноту, до предела напрягла слух, понимая, что ночной лес гасит любые звуки. Все было тихо; даже шум моего собственного неровного дыхания показался мне громом небесным.

Но мы были не одни.

Тусклый металлический блеск привлек мой взор, и очень скоро я поняла, что смотрю на ствол ружья, нацеленного в меня. Раздалось характерное металлическое клацанье; кто-то невидимый взвел курок.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Я застыла в ожидании вот-вот увидеть мерзкую ухмылку Кэпса, но все, что я могла разглядеть в темноте, это было дуло ружья. «Как это несправедливо – окончить свои дни в таком месте и в такой момент», – думала я.

Но затем, стоило мне осознать, в каком виде и в какой позе я пребываю, стыд сковал меня; я почувствовала себя так, что даже перспектива быть застреленной показалась мне избавлением. О чем я все это время думала? Даже с Дэвидом, в моменты, когда наши чувства достигали апогея, я никогда не теряла в такой степени контроль над собой, не забывала столь безрассудно об осторожности.

– Эй, убери эту штуку от моего уха! – рявкнул Шиа, не поворачивая головы.

– Я пристрелю тебя, когда захочу, – ответил голос. – Что вам нужно на моей земле? Вы производили такой шум по всей округе; я побоялся, что мой пес Блю что-нибудь натворит.

– Мистер, вы выбрали неудачное время для охоты на опоссумов. Как было бы здорово, если бы вы задержались дома еще на пару часов.

В свете луны я смогла наконец рассмотретьчью-то широкополую шляпу и пышные бакенбарды. Наше положение было ужасно, перспективы еще ужаснее. Единственное, что хоть как-то могло нас утешить, это то, что человек, державший нас под прицелом, был не Кэпс.

– Может, вы позволите мне встать? Меня сводит судорога. – Шиа вздрогнул и чуть-чуть повернулся, облегчая нагрузку на больное колено.

– Вставай, только потихоньку и без фокусов, а то мой дробовик попортит тебе прическу.

Мои щеки пылали; я торопливо одернула одежду, пытаясь придать себе пристойный вид.

– У вас, кажется, мой черпак?

– Да, сэр. Нам очень хотелось пить... и есть.

– А, так вы попользовались и моей солониной.

Прохрипев что-то невнятное, Шиа сделал шаг в сторону и, пока я приводила себя в порядок, старательно прикрывал меня от незнакомца и его ружья. Внимание Шиа растрогало меня.

– Ты получишь небольшой урок хороших манер, сынок. Подбирайте свое барахло и пошли к дому. – Он выразительно помахал своей пушкой, и Шиа повел меня к тропинке, что виднелась между двумя кустами. Собака, которую я не заметила вначале, радостно побежала вперед, указывая путь.

– Не очень-то любезный прием, – вздохнув, пробормотал Шиа.

– Он нас не убил – спасибо и на этом.

– Все еще впереди.

– По-моему, он не такой уж страшный, – прошептала я. – Может, у него в доме найдется свободная кровать.

– Вы просто демоническая женщина!

– Конечно, а вы не цените этого.

– Нет, я ценю, – пробормотал Шиа, галантно отводя с моей дороги ветку, на которую я наверняка бы наткнулась.

– Тихо там! Я не хочу понапрасну будить Синдереллу. В гневе она ужасна.

Голос незнакомца был скрипуч – видимо, он очень редко разговаривал; но перед нами был деловой человек не требовалось большого ума, чтобы понять это.

Мы угрюмо зашагали в полной тишине. Из-за темноты, окружавшей нас, я ступала очень осторожно, мое внимание было направлено на то, чтобы аккуратно переставлять ноги; но мысли занимал вопрос, кто такая Синдерелла. Я не особенно хотела встречаться с ней, но после полосы неудач мне оставалось надеяться только на помощь доброй волшебницы.

Было так темно, что предметы едва различались даже на расстоянии вытянутой руки, и в этой ситуации мой гениальный нос во всем блеске проявил себя: очень скоро я почувствовала характерный запах скотного двора. Чем ближе мы подходили, тем сильнее он становился, и витавший в воздухе дым не то костра, не то печки, отапливаемой дровами, – лишь немного заглушал эту вонь. Взбудораженный полусырой свининой, мой живот заурчал, напоминая мне о том, какой тепличной девицей я в действительности была.

Наконец мы выбрались на открытое пространство. По острым запахам, я с легкостью могла бы различить, где сарай, где коптильня, где скотный двор; сквозь оконце крестьянского дома нас приветствовал тусклый свет фонаря.

Собака, навострив уши, ждала нас возле лестницы. Даже в темноте я смогла разглядеть, насколько ветхими были здесь все строения. Один хороший ураган – и все это может рухнуть. Нищета этого места послужила мне мучительным напоминанием о старой ферме моего отца.