Руины Изиды - Брэдли Мэрион Зиммер - Страница 66

Да, что-то в «Нам-указали-путь» с Цендри разговаривало, и тут спорить было не о чем, но что и какова его природа — Цендри не знала.

В этом запутанном деле важно было одно — Ванайя истово верила и готова была либо прикрыться своей верой, либо пустить ее в ход при всяком удобном случае. А это значит, что Дал будет оставаться там, где он находится, пока не умрет или пока в Сообществе не поднимется шум по поводу пропавшего в Матриархате ученого, посланного исследовать Руины. В этом случае из Сообщества можно ожидать экспедицию, задачей которой будет расследование происшествия.

Вот на это и рассчитывают мужчины Изиды. Они будут ждать, пока из Сообщества не прилетят люди и не начнут проверку условий жизни на Матриархате. Результатом такой проверки будет вывод о том, что на Изиде нарушаются элементарные права человека, а вслед за решением последуют торговые санкции. Дальнейшее предположить легко. Цендри поежилась. "Сообщество может и не ограничиться санкциями. Оно обвинит правителей Матриархата в преступлениях против человечности, это несложно, поскольку рабство на Изиде узаконено, и под вполне справедливым предлогом защиты прав мужчин введет войска. Да скорее всего обойдется без войск, дни Матриархата будут сочтены".

На это намекали и Махала и Миранда, говоря о бедности. Если замрет торговля с Сообществом, если некому будет продавать жемчуг, население Изиды погибнет. Его постепенно уничтожат бесчисленные наводнения и землетрясения, неурожаи и отсталость в науке. Этого здесь боятся все, понимая, что, кроме как на торговлю с ненавистным Сообществом, надеяться не на что. И сейчас в руках у мужчин Изиды находится инструмент, с помощью которого можно вполне уничтожить Матриархат, и, как бы Ванайя ни любила Строителей и ни верила им, спасти ни ее, ни Изиду они не могут.

Цендри измучилась, ломая голову над тем, как найти выход из создавшейся ситуации. Приближалось время обеда, а решения у нее так и не было. "Сознает ли Ванайя, в какое положение она попала? — спрашивала себя Цендри. — Понимает ли она, что станет с Изидой, если Сообщество начнет искать Дала? Скорее всего нет". Придя к такому выводу, Цендри уже считала себя обязанной поговорить с Ванайей. Но не только желание помочь руководило Цендри, она вдруг вспомнила, что Ванайя даже не сообщила ей о приходе посланника Яла, она заставила Цендри переживать, не спать ночами. Едва сдерживая закипавший гнев, Цендри спустилась в зал.

Увидев Ванайю, Цендри не стала ничего говорить ей. Испытывая к Проматриарху чувство любви и уважения, она ждала, давая Ванайе возможность самой начать разговор. "Меня не было за обедом, — думала Цендри, — она просто не могла мне ничего сказать про посланца. А возможно, не хотела меня беспокоить".

Еды, как обычно, было много. Ванайя радушно встретила Цендри. Ласково улыбаясь, она осведомилась о здоровье и удовлетворенно кивнула, услышав, что Цендри чувствует себя лучше. Она ни словом не заикнулась ни о посланце, ни о Дале, и в Цендри постепенно закипала злость. Не дождавшись конца обеда, не в силах больше сдерживаться, Цендри, стараясь говорить как можно вежливей и мягче, произнесла:

— Я хотела бы поговорить с вами наедине, Ванайя.

Проматриарх отпустила слуг и родственниц. Они сидели вдвоем. Цендри смотрела на искаженное заботами и страданиями лицо Ванайи и почти жалела старую женщину. "Я должна заботиться о Дале. Он, как и я, гражданин Сообщества", — подумала она и решительно начала разговор.

— Ванайя, — спросила она, — я слышала, что у вас есть новости о Дале. Почему вы мне ничего не говорите? Мне казалось, что вы считаете меня своим другом. Однако ваше поведение говорит, что это не так.

— Другом? — изумилась Ванайя. — Ты для меня значишь много больше, дитя мое. — Она ласково улыбнулась и положила свою ладонь на руку Цендри. Цендри тут же убрала руку, и Ванайя удивленно посмотрела на нее.

— Я могу считать своим другом Миранду, но не вас, — отрезала Цендри. — Почему вы не передали мне послание? Почему я должна узнавать от других то, что обязаны мне сообщать вы?

— Богиня моя, — глаза Ванайи округлились, — да я и не думала, что тебя беспокоят такие мелочи. Эти глупые мужчины захватили твоего спутника и хотят таким образом заставить нас делать то, что им захочется. Не пугай меня, пожалуйста, милая, я не поверю, что тебя так беспокоит твой спутник. Ведь это же всего лишь мужская особь. — Она игриво улыбнулась. — Но уж если тебе так нужен спутник, мой мужской дом к твоим услугам. Даже можешь взять себе Ру, я знаю, что он тебе немножко нравится.

Цендри ожидала чего угодно, но только не этого. Она удивленно смотрела на Ванайю, пытаясь понять, серьезно ли она говорит. "Неужели я настолько недальновидна, что ничего не разглядела? Неужели я не поняла ни ее, ни этого мира? А мне следовало бы ожидать именно этого. Я виновата, приняла условия, которые мне предложили женщины Изиды. Но и Дал тоже виноват, он, ученый, ради того, чтобы попасть сюда, пошел на обман. Университет тоже виноват, его правительству нужно было настоять на принятии своих условий. Оно должно было сразу договориться обо всем с Матриархатом, обеспечить исследователям дипломатическую неприкосновенность, — думала Цендри, глядя на Ванайю. — Но что бы там ни было, отвечать за все приходится именно Далу". И Цендри решила положить конец лжи.

— Благодарю за предложение, Ванайя, но я не воспользуюсь им, — тихо произнесла она. — Выслушайте меня внимательно. С первого дня своего пребывания мы никак не нарушили законов Изиды, но сейчас мне хотелось бы все расставить на свои места. Во-первых, Дал — не спутник, а ученый магистр Университета, находящийся под защитой Сообщества. Если в Сообществе узнают, что с его ученым обходятся несоответственно его статусу, то у Изиды будут неприятности. Вы, наверное, догадываетесь, чем это Может вам грозить, один раз с вами такое уже случилось.

Лицо Ванайи побледнело.

— Я не думаю, что они станут беспокоиться из-за какого-то ассистента, — сказала она отрывисто. — Даже если ученая дама так его нахваливает.

Цендри напряглась и, прямо глядя в глаза Ванайи, ответила:

— Дал — не ассистент, Ванайя, он — экстра-ученый Малок. — Цендри не случайно произнесла только фамилию Дала. — Не я, а он был ассистентом ученой дамы ди Вело.

Глаза Ванайи злобно горели, сжав крепкие сухонькие кулачки и высоко подняв голову, она сейчас напоминала львицу, но не спокойно и гордо сидящую, а грозную, готовую к прыжку. Она встала, прошлась по залу, повернулась и вплотную приблизилась к Цендри.

— Тогда кто ты? Разве ты не ученая дама Малок?

— Я — ученый, подруга экстра-ученого Малока. Согласно нашим обычаям, я ношу его фамилию. Таким образом наш прилет сюда стал возможен. — Голос Цендри оборвался.

— Зачем ты приехала сюда? — крикнула Ванайя. — Чтобы удовлетворять сексуальные прихоти своего экстра-ученого? — Ванайя была готова испепелить своим злобным взглядом Цендри.

Цендри гордо ответила:

— Нет, Ванайя, я приехала, чтобы делать свою работу. Я — тоже ученый и когда-нибудь стану равной Далу, — с вызовом ответила она.

— Я никогда не думала, что доживу до того дня, когда мне придется услышать от женщины, что она хочет стать равной мужской особи. — Ванайя была обескуражена. — Ты что, Цендри, одумайся! Разве этому мы тебя учили?! Ты же потеряла всякий стыд!

Внезапно Цендри почувствовала, что сейчас разрыдается.

— Если не считать ученой степени, мы во всем равны с Далом, — ответила она. — Мне предстоит защищаться очень скоро.

— Защищаться, — повторила Ванайя. — Значит, насколько я тебя понимаю, ты — ассистентка своего спутника, ученый-археолог, так?

Цендри не думала, что разговор зайдет так далеко, но отступать было поздно. Она вспомнила слова одного Верховного Матриарха Изиды, статую которой видела в зале.

"Мы — не объект для исследований, не экспонаты из кунсткамеры и не мутанты, мы — живое общество разумных людей и не допустим, чтобы кто-то рассматривал и изучал нас так же, как наши девочки наблюдают за жизнью насекомых в инсектариях!"