День гнева - Левицкая Ольга - Страница 132

– Ни хера себе, укрепились, – процедил Черныш.

– Слышь, Акела! Они думают, это им поможет.

– Угу. Только зря они думают...

Плотно сомкнув ряды, защитники «крепости» готовились к вражескому штурму. Впереди, на острие обороны, стояли самые авторитетные ребята – Шевчук, Малыш, Кутьян и Филин. Остальные беспорядочной толпой подпирали их сзади. Колесов, Фридман и Сеча были оставлены на крайний случай.

– Эй вы, клоуны! – хохотнул Белый. – Пустите в теремок!

– Зверей не пускаем! – выкрикнул в ответ Шевчук.

– Да ты что? Типа мамка пришла, молочка принесла!

– А я мышка – норушка!

– А я лягуха – квакуха! ...

В зверином стане началось веселье. Волки изощрялись в остроумии, потешаясь над своими противниками. Они совершенно не воспринимали тех всерьез и не верили, что кто-то может оказать им реальное сопротивление. Шакалы тоже вовсю гыгыкали, тыкали пальцами в защитников баррикады и обзывали их козлами и клоунами.

– Ну все, хватит! – Акела выступил вперед. Сплюнув, он продолжал надменным тоном. – Эй вы там, наверху! Убирайте свою железку и на колени. Понятно? На колени, рабы! Может быть, останетесь живыми.

Ребята вспыхнули от такого унижения. Раздался возмущенный гул. – Да что же это такое?! Да их тут вообще за людей-то не считают! Совсем оборзело зверье поганое!

– Мы тебе не рабы! – Малыш с ненавистью глядел на забинтованного волчару. – Не рабы! Понял, ты, зубастый? Больше вас никто не боится! Кончилось ваше время! – Он не смог удержаться и добавил. – День Гнева настал!

– Чего там еще настал? – скривился Акела. – Совсем поехал что ли?

Шевчук радостно захлопал в ладоши.

– Вот точно! Молодец, Леха! День Гнева – вот это точно! Понял ты, волчина позорный? День Гнева наступил! Конец вашей власти! – И совершенно неожиданно для всех этот ярый фанат «Машины» громко затянул одноименную победную песню:

Сегодня самый лучший день

Пусть реют флаги над полками

Сегодня самый лучший день

Сегодня битва с дураками !!!

Шевчук показывал пальцем на ошарашенных волчищ. Послышался дружный хохот. Как ни велико было напряжение, ребята не смогли удержаться от смеха. Уж больно точно подходила песня к такому моменту. Звери сжали кулаки, их лица исказились. Раздался яростный выкрик Акелы:

– Умрите, суки!!!

Прыгая через две-три ступеньки, вся стая ринулась на приступ.

– А-а-а-а-а! ...

Оглушительный рев двух десятков глоток словно взорвал атмосферу. Добежав первыми до преграды, Акела и Черныш с ходу напрыгнули на защитников. Вцепившись в двоих зачинщиков мертвой хваткой, они стали бешено дергать тех и тащить вниз, пытаясь разорвать линию обороны. Сзади напирала орда дико орущих карателей. Рыча от нетерпения, Серый и Белый протискивались вперед, дабы поскорее принять участие в схватке.

– Бей их, ребя!!! Мочи дебилов!

Добрый десяток кулаков обрушился на головы атакующих. Ребята, не имея возможности как следует размахнуться, просто тыкали в оскаленные морды. Те почти не обращали внимания на удары и упорно пытались опрокинуть первый ряд.

Алешка почувствовал, что изнемогает. Обхватив за шею и плечо, Черныш мощными рывками раз за разом все сильнее наклонял его вперед. Перед глазами щерилось окровавленное, искаженное яростью лицо школьного садиста. – Сейчас, сейчас... Малыш с ужасом понял, что еще чуть-чуть, и он просто кувыркнется вниз. И никогда больше не поднимется.

– Пацаны, помогайте! Держи меня!!!

К счастью, призыв был услышан. Стоящие сзади ребята обхватили его за спину и что было сил стали тянуть к себе. Чувствуя, что добыча начинает ускользать, Черныш также позвал на помощь. Шакалы вцепились в него и потащили вниз. В какой-то миг Малышу показалось, что ему оторвут голову. Но уже в следующее мгновение железный захват врага сорвался с его шеи, и он выпрямился, едва не закричав от радости. Быстро взглянув вбок, он с облегчением убедился, что Акеле также не удалось «поиметь» Шевчука.

– Стоим, Олежа!

Тот, задыхаясь, подмигнул другу в ответ. Два других «панфиловца» – Кутьян и Филин – тоже были в полном порядке. – Стоим, ребя!

Секундная передышка закончилась. Взамен отвалившихся назад застрельщиков на штурм пошли Серый и Белый. Не мудрствуя лукаво, они просто затеяли обмен ударами. Имея колоссальное превосходство в «убойной силе», волки надеялись сломать противников, заставить их дрогнуть и попятиться. А уж тогда ...

На переднем крае началась настоящая рубка. Двоим тренированным бойцам-отморозкам противостояла сплоченная шеренга из четверых ребят. Второй ряд был уже вне зоны досягаемости. Рассвирепевшие волки остервенело перли на верхнюю ступеньку. Упираясь в проклятую кровать, они обрушивали на противников залп тяжелых ударов и снова откатывались назад под градом ответных плюх.

Защитникам приходилось туго. Хоть они и досыта навтыкали зверью, но слишком уж неравны были силы. Тренированные «качки» почти не реагировали на многочисленные попадания, а их собственные удары были очень, очень тяжелы. Рухнул на руки товарищей Кутьян, подкошенный мощной «двойкой» в челюсть. Его место тут же занял Шарков. Согнулся от боли Филин. Вскоре «поплыл» и Малыш. Словив тяжелейший аперкот Серого, он сразу перестал различать своих и чужих, обмяк и начал сползать вниз.

– Тащи Леху назад!

Место выбывшего бойца занял Романэс. Уже почти вся передняя линия поменялась, а волки будто двужильные продолжали оголтело идти на приступ...