День гнева - Левицкая Ольга - Страница 125

Малыш почувствовал, как сознание покидает его. Он уже перестал ощущать свое тело, глаза заволокла чернота. Искаженное злобой лицо врага нависло над ним, закрывая небо. – Неужто это все? Неужто все? ...

Вдруг страшная хватка ослабела. Оторвав одну руку от горла жертвы, Акела стал отбрасывать от себя нового противника.

– Ты, падла! Ах ты падла!

Он шипел от боли и, не желая прерывать смертельный захват, старался накоротке отделаться от налетевшей на него Наташи. Пришедшая в себя после серии жутких пощечин девушка вцепилась ему в волосы. Визжа в истерике, она со всех сил дергала голову парня в разные стороны. Волосы клочьями летели из под пальцев, руки срывались. Но она снова и снова фурией набрасывалась на врага, крича и плача от ненависти.

Наконец сильным ударом Акела отшвырнул девушку. – Стоять, курва! Щас я и тебя замочу! – Он снова вцепился в горло Малыша, собираясь закончить свое черное дело.

Наташа поднялась с земли. Шатаясь, она оглядывалась по сторонам. Вдруг на ее глаза попался какой-то старый полусгнивший сук, лежавший здесь еще с незапамятных времен. Схватив его за один конец, она с трудом вырвала тяжелую корягу из земли. Подбежав сзади к волку, занесла ее над головой.

– Получай, скотина!

Черная от грязи «дубина» обрушилась на спину Акелы. Уже дожимавший своего противника парень даже не понял, в чем дело. Ощутив довольно увесистую плюху, он вздрогнул и обернулся.

– Ты что?! Ну-ка брось быстро!

– Н-на тебе!!!

Коряга взметнулась и опустилась еще раз. Акела рыкнул и попытался уклониться. Но не успел. Удар деревяшки пришелся в аккурат над виском. С хрустом переломившись, половина гнилого сука пролетела дальше, едва не задев Малыша.

– О-о-о-х-х!

Акела «поплыл», застонав от боли. Его руки разжались, и он стал заваливаться на бок.

– Алеша! Алеша!

Стащив мычащего волка с безжизненного тела, Наташа наклонилась над Малышом и стала трясти его.

– Ты жив? Алешка! Милый! Проснись же!!!

Вспомнив висящий у них в классе плакат, Наташа обхватила ртом его разбитые губы и стала делать искусственное дыхание. Раз за разом вдувая воздух в неподвижные губы, она с ужасом думала, что уже слишком поздно.

– Ну же, ну! Не умирай, Алешенька! ...

Вдруг парень зашевелился и тихо застонал, закашлялся. Взвизгнув от радости, Наташа оторвалась от него. Счастливыми глазами она смотрела, как Малыш с каждой секундой все больше приходил в себя. Повернувшись на бок, он морщился от боли и растирал горло.

– Й-ы-ы-ы-х-х...

Наташа испуганно обернулась на звук. Она совсем и забыла про волка. Тот уже поднялся на карачки и тряс головой, пытаясь восстановиться. Вдруг он быстро отполз в сторону и истошно заорал, призывая на помощь соратников.

– Надо... ноги... делать... – с трудом произнес Малыш. Страшная резь в горле мешала ему говорить. Наташа согласно кивнула. – Пойдем скорее!

Подав парню руку, она помогла ему подняться. Акела злобно смотрел на них, не решаясь напасть. Он все еще никак не мог оклематься. – С-суки, бля, вот с-суки!

Не обращая внимания на ругань, они со всей возможной быстротой побежали прочь от места событий. Впрочем «бежали» – это было сильно сказано. Малыш шатался как пьяный. Обхватив его за пояс и забросив руку себе за шею, Наташа что было сил тащила парня вперед. Она плакала, понимая, что им так не убежать. Слишком еще было далеко до спасительной опушки. А сзади уже слышались крики волков, спешивших на помощь своему вожаку.

– Быстрее, Алеша, быстрее! Догонят ведь, – приговаривала она, таща вперед изнемогающего парня. Малыш вымученно улыбнулся.

– Сейчас спрячемся... вон туда... давай!

– Сюда что ли? – Наташа с сомнением смотрела на сплошную стену кустов. – Найдут ведь!

– Не найдут... пошли!

Свернув с тропы, они опустились на четвереньки и стали продираться сквозь заросли. Несмотря на хлещущие по лицу ветки, Малыш упорно лез вперед, пока не ощутил под руками пустоту. С вздохом облегчения он раздвинул помехи и нырнул в спасительную берлогу. Быстро перевернувшись, подал руку ползущей вслед Наташе. – Давай скорее! ...

Выбежавшие из-за поворота волки остановились как вкопанные, не веря своим глазам. Их вожак, непобедимый Акела, сидел на корточках, прислонившись спиной к сосне. Все его лицо было залито кровищей. Увидев своих, он с трудом поднялся, опираясь спиной о дерево. Сплюнув, обратился к пораженным друзьям:

– Чего так долго-то?

– Вот это да! Ни хрена себе! Это кто ж тебя так?

Волки переглядывались, не понимая, что же здесь такое произошло.

– Да мы слышали, как эта визжала. Думали, типа так и надо. Все по плану. А уж как ты заорал, мы сразу и рванули. Что тут было-то?

Акела не стал вдаваться в подробности. Не было времени на «базар».

– Короче, в темпе туда. Там эта сучка с Малышонком. Далеко не ушли, он на ногах не стоял. Ловите их, а я сейчас подойду. Давайте, пацаны, они недалеко...

Тесно прижавшись друг к другу, парень и девушка сидели в потайном убежище. Затаив дыхание, они слушали, как идет облава. Сначала волки всей кучей пробежали дальше, пытаясь настигнуть беглецов на тропе. Поняв, что те из леса не выходили, хищники вернулись обратно и встретили подошедшего Акелу. Тот почти успел очухаться и был вполне боеспособен.

– Там нету! Где-то здесь прячутся.

– Вот и зашибись. Щас найдем голубков. Давайте по одному. А я тут постою, посмотрю за дорогой.

Завыв от восторга перед охотой, волки ринулись прочесывать лес.

Замерев как мыши, беглецы слушали, как хрустят ветки под ногами врагов. Постоянно перекликаясь и матерясь, те бродили где-то совсем рядом, но никак не могли обнаружить секретную яму. Постепенно голоса стали удаляться, охотники углублялись все дальше в лесную чащу.

– Вот бляха муха! Да где ж они прячутся? Что за бардак?!

Голос Акелы раздался совсем рядом. Взбешенный парень бродил взад-вперед по тропинке, ожидая вестей от своих.

– Ну только найдите! – цедил он сквозь стиснутые зубы. – Только найдите! Сверну шею обоим на хрен. Прямо тут и закопаем. Пусть потом ищут!

Малыш вздрогнул и посмотрел на девушку. Та сидела, вся съежившись и дрожа. Осторожно подняв руку, он обнял Наташу за плечи и нежно прижал к себе. Она посмотрела на него глазами, полными слез. Ласково проведя пальцами по соленой щеке, Малыш приблизил лицо и чуть слышно шепнул на ухо: