День гнева - Левицкая Ольга - Страница 119

Наташа отложила в сторону тетрадь. Нервно пощелкав кнопкой ручки, она уже в который раз за урок обернулась. Встретившись глазами с Элькой, вопросительно кивнула в сторону одной парты на среднем ряду. Точнее, в сторону пустого места за этой партой. Массагутова понимающе кивнула и развела руками. Наташа вздохнула и снова заняла «правильное» положение.

Учительница немецкого Дина Александровна увлеченно объясняла сложные формы прошедшего времени. Всевозможные глаголы так и сыпались с ее языка. Доска была вся напрочь исписана какими-то дурацкими «hat gemacht». Наташе было не до того. Ее одолевали тревожные мысли.

– Что же с ним случилось-то? Почему его нет?

Она до последнего момента надеялась, что Малышев просто опоздал и вот-вот появится в дверях с виноватым видом. Но теперь уже было ясно, что он не появится. Что же произошло? Наташа смутно подозревала причину. Неужели этот зверь решил его наказать?

– Ну и скот! – Она так сжала хрупкую шариковую ручку, что чуть не сломала ее. Возмущение росло как снежный ком. – Наверное так и есть! Взял и избил Алешку. И за что?! За то, что он заступился за одноклассницу?! Один против двоих! Да где это видано?! ...

С трудом дождавшись конца урока, Терехова продралась сквозь толпу рвущихся на перемену ребят и потянула за рукав Шевчука.

– Олег, давай отойдем. Мне тебя спросить надо.

Тот совершенно не удивился. – Давай. – Выйдя из класса, они отошли к «аппендиксу» – короткому коридорчику перед учительской. Сели на стулья. Наташа немного помялась, не зная как начать деликатную тему. Шевчук нетерпеливо заерзал.

– Ну чего ты?

– Олег, а что с Алешей? Почему его нет?

– А-а, вот ты чего! Да Акела его... – Он поморщился. – Пришел вечером и долбанул. Он в изоляторе сейчас.

Вся сжавшись внутри, Наташа испуганно смотрела на парня.

– И что с ним?

– Мы утром заходили. Врачиха сказала, сотрясение у него. И печень болит. Он ему туда тоже шарахнул. Так что полежит пару деньков. Почти до конца года. Акела вообще как Тайсон стал. Бьет наповал.

Наташа почувствовала, как слезы подступают к ее глазам.

– А вы чего же? Просто смотрели, да?

– Что значит смотрели? – Лицо Шевчука стало злым. – Что ты хочешь? Да они с Чернышом нам даже встать не дали бы. Прямо в кроватях бы забили. И что? Лежали бы сейчас всей кучей. Рядом с Лехой. Тебе этого хочется?

Олег сердито смотрел на расстроенную девушку. Потом его глаза смягчились. Он ведь прекрасно понимал ее чувства. И вообще был очень рад, что она так переживает за его друга.

– Ладно, Наташ. Пойду я. А ты, чем меня допрашивать, лучше бы сходила и навестила его. Конфет кулечек принесла бы. – Он улыбнулся и подмигнул ей. – Ауфвидерзеен! ...

Весь следующий урок Наташа обдумывала предложение Олега. Вообще в лесной было совершенно не принято кого-либо навещать. А уж тем более девочкам мальчиков. Такого вообще еще никогда не было. Терехова почувствовала, что начинает краснеть, представив, как она стучится в изолятор и просит врачиху пропустить. А вдруг еще и не пустят? Стыдища-то какая!

– А вот он не побоялся! Ни секунды не думал, кинулся на помощь. – Ее мысли сразу приняли другое направление. – Эх и дура же я! И как только не совестно? Нашла чего бояться! Вон Шевчуку-то высказала, а сама даже на такой пустяк решиться не могу. Эх и бессовестная! Сегодня же схожу после уроков. Вот только конфеты уже все съела. Надо у девочек поспрашивать...

На следующей перемене, прогуливаясь по «площади» со своей подругой, Наташа обратилась к ней с неожиданным вопросом.

– Эля, у тебя что-нибудь вкусненькое осталось?

Та даже не поняла.

– В каком смысле?

– Ну в каком еще? Посылку не всю съела?

– Нет, не всю. Два «гулливера» еще есть. Ирисок немного, пряники. Тебя угостить?

Наташа смущенно улыбнулась.

– Да не мне. Понимаешь, Элечка, я вот Алешку хочу навестить. Он в изоляторе сейчас.

– А, это после вчерашнего-то? А вечером вроде ничего был.

– Да, ничего. А ночью этот волчище пришел и избил. Сотрясение мозга. Представляешь?

Массагутова вся передернулась.

– Ужас какой! Прямо зверюга настоящий. Обязательно надо сходить. А давай вместе? Так хочется. И тебе веселей будет. А, Наташ? – Элька хитро прищурилась. – А я тебе конфеты отдам!

Терехова только фыркнула, глядя на лукавое личико подруги.

– Ну разве тебе откажешь? ...

Взявшись под руку, они стали прогуливаться дальше. Большущее помещение было почти до отказа заполнено школьниками. Объединившись в группы «по интересам», они стояли и сидели, играли и бегали, расслабляясь после сорокапятиминутной отсидки. Впрочем, бегала в основном малышня. Старшие с достоинством собирались в кружки и вели неторопливые беседы.

Проходя мимо комнаты отдыха, подруги неожиданно наткнулись на шакалью свору. Все пятеро разом замолчали и уставились на них злобными глазками. Весьма колоритно смотрелись их вожаки. Разукрашенные фингалами и полосками пластыря, Смира с Кадей представляли довольно комичное зрелище.

– Какие люди, и без охраны! ... – начал было Ромыч, но Смира оборвал его.

– Не надо! Пусть идут.

Шакалы четко выполняли инструкции «начальства». Сказано – сделано. Насчет Тереховой дальнейших ЦУ пока не поступало. И Смира решил не проявлять самодеятельности. Да и вообще, поднимать шум в таком людном месте было бы чересчур.

– Все, больше нечего сказать?

Наташа в упор глядела на главшакала. Тот, не выдержав ее гневного взгляда, отвернулся и сплюнул сквозь зубы.

– Иди, иди! Нечего тут...

Неторопливо развернувшись, девушки медленно направились обратно. Наташу била дрожь. Изо всех сил стараясь не показывать своего состояния, она с высоко поднятой головой прошествовала мимо пацанов. Те угрюмо смотрели на девушек и молчали.

Однако на этом неприятные встречи не закончились. Уже на подходе к классу они увидели еще одну «стаю». Четверо неразлучных подруг расселись на стульях и что-то тихо обсуждали, то и дело хватая друг дружку за руки. Увидев Терехову и Массагутову, они также замолчали и переглянулись. Наташа, и без того бывшая «на взводе», окончательно вспыхнула и подошла к Романовой.