День гнева - Левицкая Ольга - Страница 107

– Ампилов, ты учил домашнее задание?

– Учил.

– Тогда иди к доске. Докажешь теорему о сумме сторон.

Акела злобно глядел на математичку. Его мутило с бодуна, голова раскалывалась, шершавый язык царапал иссушенное небо. А эта сука опять решила к нему приставать. – Курва жидовская! Ведь соплей перешибить можно! А еще достает! ...

Всего пару часов назад они проводили Шер-Хана с его бойцами. Осатанелые с дикого похмелья парни долго братались и обнимались, клянясь в вечной дружбе и нерушимой верности. Затем Рокки сел за руль, и красная «шестерка» покатила к улице Саврасова, где и располагалась печально знаменитая школа для трудновоспитуемых. Волки долго глядели машине вслед.

Затем, с трудом перебирая ватными ногами, вернулись в «кибитку» и стали тормошить лежавшие в сортире тела. Шакалы долго не подавали признаков жизни, пока наконец на них не было вылито по кастрюле холодной воды. После этого дело пошло на лад. Совместными усилиями Смира и Кадя были приведены в какое-то подобие чувства и поставлены на ноги. Затем вся похмельная компания лесной тропинкой двинулась к своему корпусу, где и присоединилась к вышедшим на зарядку ребятам...

– Так я жду!

– Акела, не вздумай! Унюхает. – Серый толкал соседа в бок и тряс больной головой.

– Сам знаю. – Он снова обратился к училке. – Я забыл теорему!

Белла Соломоновна язвительно поджала губы.

– А вот у звеньевой отмечено, что ты все знаешь.

– А я знал. Просто забыл и все.

– Это за воскресенье?

– Угу.

– А что у тебя за вид? Ты заболел?

– Спал плохо. Сон приснился.

По классу пронесся чуть слышный шумок. Все были прекрасно в курсе, какой «сон» приснился волкам этой ночью. И догадывались, по какой причине сразу четыре их подруги «отравились абрикосами». Школьники с трудом сдерживали улыбки, слушая душещипательные объяснения Акелы.

– Ну что ж, ответишь потом, когда выспишься. В пятницу после уроков. А пока двойка. Садись, дерево на дерево!

Слушая, как взбешенный волчище с грохотом валится на сиденье, Белла чуть заметно улыбалась. Со злорадной гордостью она думала о том, что вся школа боится этих малолетних бандитов. И вот только она одна, маленькая хрупкая женщина, совершенно не признает никаких «авторитетов» и спрашивает с них по всей строгости. – Вы у меня еще попляшете, голубчики! – думала она. – Я вам покоя не дам...

На перемене Наташа с Элей сразу же отошли в уголок и уединились там. Им так хотелось обсудить события прошедшей ночи, что они едва смогли дождаться конца урока.

– Нет, ты подумай только! Эти совсем уже офонарели. Такое вытворяют!

– Ага. Что хотят, то и делают. Ну ладно, Шер-Хан с волчищами. Им-то все равно. А наши-то девчонки! Совсем стыд потеряли.

Наташа развела руками.

– Вообще не понимаю, как можно такое? Так напиться...

– Думаешь, только напиться? – Элька хитро прищурила глаза. – Я думаю, что не только.

– Да ты что?! ...

Мимо проследовала группа семиклассников. Трое шакалов, окружив своих еле стоящих на ногах вожаков, вели их на «процедуру» в туалет. Девушки поморщились.

– Фу, вонища! И эти там были?

– Похоже на то. Все зверье в полном составе.

– Ужас какой! ...

Малыш стоял в окружении ребят и делал вид, что слушал рассказ Сечи о том, как они с отцом варили тройную уху на рыбалке. Краем глаза он наблюдал за двумя девушками. – Интересно, о чем они говорят? – С тех пор, как те подружились, у него не было практически ни одной возможности подойти к своему кумиру. Девушки не разлучались буквально ни на минуту. Даже с Майей такого не было! И что она нашла в этой татарке?! Малыш ощутил, как в нем закипает злость на Массагутову. – Достала уже! Дура черножопая. Прилипла как банный лист. Как тут к Наташке подкатить, когда эта от нее ни на шаг не отходит? – Малыш раздраженно передернул плечами и снова стал слушать про технологию вываривания рыбьих голов...

– Ну что, братаны, девок будем навещать? – Акела вопросительно смотрел на друзей.

– Да можно...

– Не, на фиг! – Черныш помахал рукой. – Светиться не фонтан. И так все чуют. Ничего, отлежатся сами.

– Да в общем да, не фиг баловать. Мы-то вон как огурчики!

– Ага, как помидорчики! Может, со штангой поработать?

– А что, легко!

Волки представили себя со штангой и стали посмеиваться. Впрочем, делали они это осторожно, стараясь не тревожить свои больные, сверхчувствительные головы.