The Телки. Повесть о ненастоящей любви - Минаев Сергей Сергеевич - Страница 56

Ты ходишь в бизнес-школу? Даже не знал. Или просто забыл?

— Все-таки ты американец! — Лена гладит меня по руке, подставляя губы для поцелуя.

Я аккуратно прикасаюсь к ее губам, проводя по ним кончиком языка. Вообще-то она дико сексуальна, несмотря на все эти бизнесовые заморочки. И сегодняшним вечером можно было бы, в принципе… но не могу, у меня Катя по плану.

— Born in the USA, I was, — тихо напеваю я, — born in the USA, I was…

Подходит официант, мы заказываем горячее и вино. Оба выбираем телятину — впервые вижу, чтобы Ленка заказала мясо. Прощай, диета, — здравствуй, свадьба! Или в чем тут дело?

— Diet is over? — предполагаю я, и в это время звонит мобильный. Номер Кати. Интересно, почему все всегда происходит в самый неподходящий момент? Может, выйти в туалет и поговорить спокойно? Сбросить звонок и позже перезвонить? Ага, и тогда Катька решит, что я слился, и не подойдет к телефону. Вариантов нет.

— Алле, — отвечаю я, стараясь казаться как можно более невозмутимым.

— Привет, это я! — весело щебечет Катя. — Только освободилась. У нас все в силе сегодня?

— Да, конечно!

— Слушай, я хотела спросить, а мы там долго пробудем? На дне рождения.

— Не думаю, что это займет много времени. — Мне приходится отвечать дубовыми штампованными фразами, чтобы не попасть. Я смотрю на Ленку. Она внимательно смотрит на меня, потом отворачивается к окну, делая вид, что не слушает разговор.

— А как ты думаешь, могу я с собой подругу взять? Ты дура? Зачем?

— Если хочешь, бери, конечно!

— Ты не можешь говорить? — интересуется Катя обиженно. — Если занят, я перезвоню!

— Я тогда сам тебе перезвоню и договоримся, когда и где встретиться, окей?

— Хорошо, как скажешь.

— Супер!

— Ну, пока. Целую, — прощается Катька, но не кладет трубку. Скорее всего, проверяет, с кем я.

— Целую, — как ни в чем не бывало говорю я, и отключаюсь.

— С кем это ты любезничал? — интересуется Ленка.

— С мамой, — не нахожу я ничего лучшего.

— У твоей мамы такой молодой голос?

— Да и я не старик, honey, — улыбаюсь я.

— Она приезжает?

— Нет-нет. Просто мне нужно встретиться с семейным адвокатом. Он в Москве. Какие-то документы привез.

— Странно… с матерью говоришь, не вставляя английские слова…

— Она меня учила русскому, и я с детства привык говорить с мамой только по-русски. Бывает сложно, но это же мать…

— Ну да… знаешь, всю неделю дико хочется мяса. — Ленка меняет тему разговора. — Просто истерика какая-то!

«Хорошо, что не соленого», — думаю я.

— У тебя нехватка белка. Часто в спортзал ходишь?

— Нет, Андрюша, это ты часто ходишь на совещания, — вспыхивает Ленка.

Так-с, пошли предъявы. Они все сговорились к концу недели. Точно!

— Honey, главное — не количественные, а качественные показатели. Тебе как экономисту это известно.

— No doubt, — кивает Ленка. — Но ты знаешь, — бывает трудно получать качественные показатели из ничего.

— What do you mean? — уточняю я.

— I mean, что мы могли бы спать вместе чаще. Если бы ты меньше совещался, — Ленка отламывает кусок хлеба и проглатывает его, как кобра мышку на канале «Discovery». — Мы стали заниматься сексом раз в неделю. Если повезет.

— Послушай, зайка, на этой неделе мы как минимум занимались сексом дважды. — Я достаю сигарету. — Или ты не заметила?

— Я заметила. Просто на прошлой неделе мы вообще не трахались. — Она снова отламывает хлеб (сколько же можно его жрать?). - Я делю два раза на две недели, получается — раз в неделю. Я же экономист. Вообще наш секс напоминает секс пожилой супружеской четы.

Приносят вино. Официант наполняет бокалы, я закуриваю и раздумываю, как бы поаккуратнее соскочить с вязкой темы. Понятно, что все девушки, считающие себя постоянными, в какой-то момент принимаются о6суждать недостаток секса. Это у них типа заигрываний: «Мы с тобой скатываемся к семейному сексу». Или: «Наш секс напоминает секс пожилой супружеской четы». Чистые кривляния. Если тебе, дорогуша, хотелось бы разнузданного секса, ты бы говорила о ночных тусовках, а не о свадьбе. Вот парадокс, да? Сначала стремится всеми силами стать этой самой супружеской четой, чтобы потом упоминать это словосочетание применительно к скудному сексу!

— Ну, я готовлюсь, — пытаюсь отшутиться я, — образовать супружескую чету, и все такое.

— Ты начал с самого главного, дорогой. — В ее голосе появляются супружеские нотки. Или она просто пьянеет? — Может быть, у тебя кто-то есть?

— Конечно, есть. — Я пытаюсь раздражаться, но это весьма трудно, когда говоришь правду.

— Ты серьезно? — Лена делает судорожный глоток вина. — И давно?

— Давно. Конечно, давно. У меня есть СЕО, у меня есть финансовый контролер, у меня есть head office в Штатах. — Я крошу сигарету в пепельнице. — Еще есть аудиторы, не такие sexy, как ты, зайка, но есть. У меня есть ambassadors, которые прилетают пару раз в месяц и почему-то жаждут посмотреть не на отчеты, а на Moscow by night. И если я не буду показывать им nice places, через полгода им это примется показывать кто-то вместо меня, понимаешь?

— Да, конечно, multinational corporation, — Ленка хмуро кивает, но вздыхает с явным облегчением.

— Yeaah, multinational, зайка! — Я вытаскиваю еще одну сигарету, чтобы соответствовать образу «рассерженного». — Ты сама в такой работаешь, правда? Когда тебе дадут пост партнера, ты будешь исполнять same tricks. Наша карьера зависит не от наших знаний, а от умения правильно общаться с коллегами. Или ты первый раз об этом слышишь?

— Судя по частоте твоих ночных передвижений по клубам, ты в ближайшее время получишь head of Moscow office. — Лена выхватывает у меня сигарету. — Хватит садить одну за другой!

Теперь я и в самом деле взбешен. Мне стало настолько обидно за себя… ну, то есть, не совсем за себя, а за того парня, который действительно мог бы работать в WalMart. Представляете: ты строишь карьеру, лижешь задницы придуркам из центрального офиса, выгуливаешь их по клубам, чтобы они подтвердили твою лояльность компании и написали правильный report, тратишь свое здоровье бессонными ночами, а потом твоя, типа, девушка еще и выговаривает тебе за это! Fuck, а не для вашей с ней совместной жизни ты крутишься, как сраная белка, а? А потом это никто не ценит. Да что там не ценит, еще и ерничает по этому поводу! Head of Moscow office — да ты сама-то кто? Пять лет пашешь в своей конторе и до сих пор не получила ни одного продвижения!!! Телки строят карьеру двумя способами — постелью или профессиональными навыками. Ты, зайка, не имеешь ни того, ни другого. А еще и на меня гонишь! Ну не тварь, а?

Я настолько вошел в роль, что готов ей пепельницей засветить. Чистый Станиславский — эх, жаль, потерял меня театр! Может, в кино попробовать? Стоп, стоп, relax, man! Это не твоя жизнь, ты не работаешь в WalMart. Тем не менее, то, что Ленка — глупая сука, не отменяется.

— Nice joke! — Я отбираю у нее сигарету. — Bingo! А ты, вероятно, для этого учишься в бизнес-школе, да? Может, это wrong way, honey? Может, просто поучиться клубным танцам? It's much easy!

Ленка краснеет. Я делаю глоток вина, вытираю губы салфеткой, швыряю ее на стол и валю в туалет.

В кабинке я думаю о том, что все указывает на скорый финал отношений. Причем всех. Телки просто объявили мне войну, не иначе. Одна упрекает в несерьезности, другая — в том, что ей не хватает секса. И за всеми этими прогонами кроется хищная суть обеих подруг — алчность собственниц. Представляю, что начнется, согласись я жить с Риткой или жениться на Ленке. Дойдет до ежедневных почасовых отчетов: где я, с кем, что ем, что пью, почему пью и так далее. Приход домой на час позже — срок, появление дома под утро — расстрел. Это просто геноцид! Тридцать седьмой год! ГУЛАГ! Дахау! Контрацептивный лагерь! То есть концентрационный… конечно, концентрационный… С ними с ума сойдешь. Все, на следующей неделе завязываю. Вадим отдаст бабки, отыграю корпоратив, и прощайте, подруги дней моих суровых! Все — могильник отношений, увядшие цветы на гробовой плите, и надпись: «Помним, любим, скоблим…» и грамм кокса с клубной картой — телкам от Миркина.