Цетаганда - Буджолд Лоис Макмастер - Страница 32

— Лорд Форкосиган, — коротко приветствовал он Майлза. Но оставил намек без ответа. Бросив на Майлза едва заметный и быстрый неприязненный взгляд, хаут-женщина продолжала стоять так, будто ее здесь и не нет, или, по меньший мере, ей бы этого хотелось. Двое мужчин, казалось, вели себя по отношению к ней так, будто она была незрима.

Итак, если Кети и есть лорд Икс, что должно сейчас твориться у него в голове, когда он понял, что зажат в угол своей намеченной жертвой? Он подсунул барраярцам липовый жезл, заставил ба Лура рассказать об этом Райан и убедить ее выдвинуть обвинения против вора, убил ба и стал ждать результатов. Которые последовали в виде оглушительного затишья. Райан явно ничего не предприняла, и словом никому не обмолвилась. Может, Кети теперь думает, что он, судя по всему, убил ба Лура слишком рано — прежде, чем оно успело исповедаться о своей потере? Для него это должно быть совершенной загадкой. Но ничто, ни одна черточка его хаутского лица не дрогнула. Разумеется, тоже самое было бы, будь губернатор совершенно невиновен.

Майлз учтиво улыбнулся хауту Илсюму Кети:

— Насколько я понимаю, у нас общее хобби, губернатор, — промурлыкал он.

— Вот как? — не воодушевляющее спросил Кети.

— Интерес к Цетагандийским Имперским регалиям. Такой захватывающий набор артефактов, и так влечет за собой мысли об истории и культуре расы хаутов, вам не кажется? И о ее будущем.

Кети невыразительно посмотрел на него:

— Никогда не посчитал бы это развлечением. Неподходящий интерес для чужеземца.

— Долг военного офицера — знать своих врагов.

— А я бы и не знал. Такие задачи выполняют гемы.

— Такие, как ваш друг лорд Иэнаро? Хрупкая опора для вас, губернатор, в чем вам, боюсь, предстоит убедиться.

Кети заломил светлую бровь:

— Кто?

Майлз вздохнул про себя, жалея, что не может залить весь это павильон фастпентой. Эти хауты чертовски хорошо владеют собой; выглядят так, будто они врут даже тогда, когда не врут.

— Я бы хотел знать, хаут Кети, не могли бы вы представить меня губернатору хауту Слайку Джиядже? Поскольку сам я в некотором смысле являюсь императорским родственником, меня не покидает чувство, что наше положение в чем-то сходно.

Искренне удивившись, Кети сморгнул:

— Сомневаюсь, что Слайк так думает… — Судя по его лицу, он взвешивал, что лучше: не раздражать принца Слайка Джияджу, натравливая на него иноземца, или самому получить облегчение, когда он избавится от Майлза. Наконец, личный интерес перевесил. Хаут Кети жестом подозвал гем-генерала Чилиана поближе, и отправил его испросить разрешение для беседы. Вежливо попрощавшись и поблагодарив Кети, Майлз поспешил за гем-генералом в надежде воспользоваться преимуществом любой неуверенности, чтобы добиться своей цели. Принцы Империи не были склоны предоставлять себя для беседы с той же готовностью, как обычные хаут-губернаторы.

— Генерал… Если хаут Слайк не сможет говорить со мной, не передадите ли короткое послание для него? — Майлз старался говорить ровно, несмотря прихрамывающую походку: Чилиан не замедлял шага в качестве одолжения барраярскому гостю. — Всего три слова.

Чилиан пожал плечами:

— Думаю, что смогу.

— Передайте ему… Иэнаро теперь наш. Только это.

Генеральские брови удивленно поднялись на это загадочное послание.

— Хорошо.

Текст послания, разумеется, позже будет передан Имперской Службе безопасности Цетаганды. Майлз не возражал против того, чтобы Имперская Служба безопасности Цетаганды повнимательнее присмотрелась к лорду Иэнаро.

Хаут Слайк Джияджа сидел с небольшой группой людей — как гемов, так и хаутов — на дальней стороне павильона. Необычно, но эта группа также включала белый пузырь, паривший возле принца. Его сопровождала гем-леди, которую Майлз узнал, несмотря на обширные формальные белые одежды, что были на ней сегодня, — это была женщина, которую посылали сходить за ним на вечеринке Иэнаро. Гем-женщина заметила его приближение, коротко оглядела, затем решительно отвернулась. Так кто же был в пузыре? Райан? Консорт Слайка? Кто-то совершенно другой?

Гем-генерал Чилиан склонился, чтобы что-то прошептать на ухо Слайку Джиядже. Тот бросил взгляд на Майлза, нахмурился и покачал головой. Чилиан пожал плечами, и вновь склонился, чтобы что-то прошептать. Майлз, наблюдая за движением его губ, разобрал как произносится его послание или что-то очень на него похожее — слово «Иэнаро» хорошо выделялось. На лице Слайка не отразилось ровным счетом ничего. Он махнул рукой, отсылая гем-генерала прочь.

Генерал Чилиан вернулся к Майлзу:

— Хаут Слайк крайне занят и в этот раз не может с вами говорить, — мягко сообщил он.

— Все равно, благодарю вас, — ответил Майлз, столь же мягко.

Генерал кивком выразил согласие и направился назад, к своему господину.

Майлз огляделся по сторонам, раздумывая, какие рычаги можно задействовать, чтобы подобраться к его следующему подозреваемому. Губернатор Мю Кита отсутствовал: скорее всего, он прямиком из сада-амфитеатра отбыл подремать.

К Майлзу приблизилась Миа Маз, с улыбкой и любопытством в глазах.

— Интересно пообщались, лорд Форкосиган?

— Не очень, — уныло признался он. — А вы?

— Я бы и не посмела. Больше слушаю.

— Так узнаешь больше.

— Да, послушать — это незримая удача в общении. Чувствую себя вполне довольной.

— Что же вы узнали?

— На этом приеме основная тема разговоров у хаутов — поэзия друг друга, которую они распределяют строго по ранжиру. По некому стечению обстоятельств, все сходятся на том, что чем выше положение декламатора, тем лучше выступление.

— Сам я не заметил, в чем разница.

— Да, но мы не хауты.

— На что вы намекали мне, двигая бровями тогда? — спросил Майлз.

— Я пыталась вас предостеречь о редком аспекте цетагандийского этикета. О том, как следует себя вести, когда вы встретились с хаут-женщиной без ее пузыря.

— Это… Был первый раз, когда я видел одну из них, — стратегически солгал он. — Я все сделал правильно?

— Хм, не слишком. Видите ли, хаут-женщины теряют привилегию на право обладания силовым экраном, когда выходят замуж за пределы генома, то есть за гем-лорда. Они становятся гем-женщинами, в каком-то смысле. Но потеря экрана считается серьезной потерей лица. Поэтому вежливым будет вести себя так, будто пузырь до сих пор присутствует. Вы никогда не должны напрямую обращаться к хаут-жене, даже если она стоит прямо перед вами. Направляйте все вопросы к ней через ее гем-мужа, и ждите, пока он передаст вам ее ответы.

— Я… им ничего не говорил.

— О, это хорошо. Боюсь, вы также никогда не должны смотреть прямо на них.

— Я подумал, что мужчины вели себя грубо, исключая женщину из разговора.

— Совершенно не так. По-цетагандийски они были истинно вежливы.

— О. По тому, как они держаться, женщины могут считать себя словно все еще находящимися в пузырях. Виртуальных пузырях.

— Да, смысл в этом.

— И такие же правила распространяются на… хаут-женщин, которые все еще обладают привилегией на свои пузыри?

— Понятия не имею. Не могу представить себе хаут-женщину, беседующую с чужеземцем лицом к лицу.

Майлз стал ощущать некое серое призрачное присутствие у своего локтя, и постарался не подпрыгнуть от неожиданности. Это было маленькое слуга-ба хаута Райан Дегтиар. Ба тихо прошло в комнату, не замечаемое ее обитателями. Сердце у Майлза заколотилось, он что-то пробормотал в ответ, вежливо кивнув слуге.

— Лорд Форкосиган, моя госпожа желает говорить с вами, — произнесло ба.

Глаза Маз широко распахнулись.

— Благодарю вас, я буду рад, — ответил Майлз.

— А-а… — он огляделся в поисках посла Форобьева, которого все еще, разве что не за пуговицу, удерживал ро-китанский гем-генерал. Отлично. На разрешения, которых не спрашивают, не получают отказов, — Маз, не будете ли вы так добры, чтобы передать послу, что я вышел побеседовать с леди. М-м… Это может занять некоторое время. Поезжайте без меня. При необходимости, мы встретимся вместе уже в посольстве.