Комарра - Буджолд Лоис Макмастер - Страница 53

– Нашли что-нибудь новенькое сегодня утром? – спросила Катриона, когда они уселись за стол. Она старалась не вспоминать последний разговор с Тьеном здесь, на кухне. О да, я хочу домой! – Есть что-нибудь о Судхе и Фоскол?

– Пока нет. Отчасти я жду, что СБ схватит их в любой момент, отчасти… я далек от такого оптимизма. Я все думаю, как давно они начали планировать свое отбытие.

– Ну… Сомневаюсь, что они полагали, будто в Серифозу прибудут Имперские Аудиторы. Во всяком случае, уж это точно застало их врасплох.

– Хм. А! Я понял, почему все это кажется таким странным! Такое впечатление, что мои мозги работают заторможенно, и вовсе не из-за этих треклятых припадков! Дело в том, что я не на той стороне. В защите, а не в нападении! Все время отстаю на шаг, а реагировать и действовать – далеко не одно и то же. У меня жуткое ощущение, что это неотъемлемое условие моей новой работы. – Он откусил кусок сандвича. – Разве что я смогу продать Грегору идею создать Аудитора-провокатора… Ну, в любом случае у меня появилась мысль, которую я собираюсь опробовать на вашем дяде Фортице, как только он явится. – Форкосиган замолчал, и повисла пауза. Через некоторое время он добавил: – Если вы издадите какой-нибудь поощряющий звук, я продолжу.

Это высказывание застало ее с набитым ртом.

– М-м-м?

– Очень мило! Видите ли… предположим… предположим, что вся эта затея Судхи – нечто большее, чем банальное казнокрадство. Может быть, они использовали ворованные имперские средства для ведения реальных исследований и разработок, не имеющих никакого отношения к использованию избыточного тепла. Возможно, это предрассудки из моего военного прошлого, но я почему-то уверен, что они делали оружие. Какую-нибудь новую разновидность гравидеструктора, например. – Он отхлебнул чай.

– У меня никогда не возникало впечатления, что Судха или кто-либо другой из сотрудников Проекта Терраформирования обладают военным мышлением. Совсем наоборот.

– Чтобы совершить диверсию, этого и не требуется. Какую-нибудь здоровенную и совершенно идиотскую подлость… Я не перестаю беспокоиться по поводу грядущего бракосочетания Грегора.

– Судха не страдает манией величия, – медленно ответила Катриона. – И не настолько подл, в частности.

Она нисколько не сомневалась, что смерть Тьена – чистая случайность.

– И не глуп, – с сожалением вздохнул Форкосиган. – Я не исключаю до конца такую версию. Потому что она заставляет меня дергаться. И держит в напряжении, заставляя шевелить извилинами. Но предположим, что оружие все же существует. Может быть, они атаковали рудовоз, чтобы это оружие испытать? Достаточно подло. И испытания провалились? И было ли повреждение отражателя случайным побочным эффектом? Состояние тела Радоваша наводит на мысль о том, что в него стреляли. Дележка добычи между ворами? Как бы то ни было, чтобы привязать эти досужие рассуждения к каким-нибудь реальным доказательствам, я собираюсь составить полный список оборудования, закупленного Судхой для своего отдела, выкинуть из него все, что имеется в наличии, и в результате получить список частей их секретного оружия. На этом месте моя гениальность мне отказывает, и я собираюсь предоставить разбираться с этим вашему дяде.

– Ой! Ему это понравится! – воскликнула Катриона. – Он начнет на вас рычать!

– А это хороший признак?

– Да!

– Хм. Итак, эта предположительная диверсия с применением секретного оружия… Насколько они близки к успеху? Я не перестаю задумываться о странном поведении Фоскол… извините… Зачем она оставила нам дискету с уликами против Тьена? Это все равно что заявить: не имеет значения, что комаррцы тоже в этом замараны, потому что… Потому что их здесь уже не будет, чтобы ответить за последствия? Это наводит мысль о побеге, что противоречит гипотезе об оружии, которое, по идее, они должны использовать.

– Или потому, что они считают, что вас здесь не будет, чтобы повлечь эти последствия, – предположила Катриона. Хотели ли они, чтобы Форкосиган тоже умер? Или… что?

– О, класс! Очень успокаивающе. – Он довольно агрессивно впился зубами в сандвич.

Подперев лицо ладонью, она со скрытым любопытством посмотрела на него.

– В Имперской безопасности знают, что вы вот так болтаете?

– Только когда очень устал. К тому же я люблю размышлять вслух. Тогда мысли текут медленнее и я успеваю обдумать все как следует. Впрочем, должен сознаться, что очень немногим хватает терпения дослушать до конца. – Он искоса кинул на нее странный взгляд. Действительно, когда его оживление замедлялось – что случалось, по ее наблюдениям, крайне редко, – тут же проявлялась серая усталость. – К тому же вы сами поощрили меня. Пропели «м-м-м».

Она возмущенно посмотрела на него, но не попалась на удочку.

– Извините, – тихо продолжил он. – Кажется, я сейчас несколько дезориентирован. – Он виновато поморщился. – На самом деле я вернулся, чтобы немного отдохнуть. Ну разве не трогательно? Кажется, я старею.

В этот момент Катриона с радостью осознала, что у них обоих жизненный опыт не совпадает с возрастом. У нее сейчас образование ребенка и статус вдовы. А Форкосиган… очень молод для своего поста, это точно. Но эта его вторая, посмертная, так сказать, жизнь делает его старше, чем она когда-либо будет.

– Время не имеет границ, – пробормотала она.

Он пронзительно поглядел на нее и, кажется, собрался что-то сказать. Но раздавшиеся в коридоре голоса прервали разговор. Катриона повернула голову:

– Тумонен? Так скоро?

– Хотите перенести это на более поздний срок? – спросил Форкосиган.

– Нет, – покачала она головой. – Я хочу поскорее покончить с этим. И забрать Никки.

– А! – Он допил чай и встал.

Они вдвоем прошли в гостиную. Действительно, пришел капитан Тумонен. Кивнув Форкосигану, он вежливо поздоровался с Катрионой. С капитаном была женщина-медик в форме барраярского военврача, которую Тумонен им представил. Она принесла с собой аптечку, стоявшую сейчас на столе. Там лежали ампулы и инъекторы в гелевых упаковках. И прочие средства оказания первой помощи на все случаи жизни.

Тумонен попросил Катриону сесть на кушетку.

– Вы готовы, госпожа Форсуассон?

– Думаю, да.

Катриона со скрытым опасением и некоторой неприязнью смотрела, как медик выкладывает инъектор и показывает его Тумонену для проверки.

Положив еще один инъектор рядом с первым, женщина достала маленький пластырь.

– Протяните, пожалуйста, руку, сударыня.

Катриона выполнила просьбу. Медик крепко прижала пластырь с аллергической пробой к ее коже и тут же отклеила его. Продолжая крепко держать руку Катрионы, она смотрела на часы. Пальцы врача были сухими и холодными.

Тумонен отослал охранников подальше – одного к входной двери, другого на балкон – и включил запись. Затем повернулся к Форкосигану и подчеркнуто официально произнес:

– Смею напомнить, лорд Форкосиган, что второй спрашивающий может создать лишние осложнения во время допроса с суперпентоталом.

– Угу, – отмахнулся Форкосиган. – Я знаю правила. Продолжайте, капитан.

Тумонен посмотрел на медика, которая внимательно оглядела руку Катрионы и отпустила ее.

– Все в норме, – доложила она.

– Тогда приступайте.

Катриона закатала рукав. Инъектор прошипел, и руку обдало холодом.

– Медленно ведите обратный отсчет от десяти, – сказал Тумонен.

– Десять… – послушно начала Катриона. – Девять… восемь… семь…