Всю ночь напролет - Брокуэй Конни - Страница 22

С особой, присущей только ему угловатой грацией Джек встал и подошел к Софии. Та подняла на него глаза.

Сейчас он ее поцелует, в отчаянии подумала Энн, и честь девушки окажется навсегда запятнанной. Даже если Джек не потребует от нее поцелуя, остальные станут повсюду рассказывать о том, какую ставку предложила им София, однако получила отказ. Тогда не только репутация ее погибнет, но и сама она станет всеобщим посмешищем.

«Бедная София, — подумала Энн. — Жалкая маленькая дурочка». Но, помимо сочувствия, в ее голове вертелась и другая мысль, не дававшая ей покоя и отчаянно рвавшаяся наружу.

Софии достанется поцелуй Джека, прикосновение губ которого до сих пор жило в памяти Энн. София узнает о том, какие мягкие и теплые они на ощупь… София.

— Мисс София, не могу ли я получить свой поцелуй? — Джек вынул из кармана жилета носовой платок и изящным жестом вручил его Софии. Он держался с поистине великолепной уверенностью, ни единым жестом не выказывая, что таит в душе какие-либо иные намерения.

София уставилась на него, словно не веря собственным глазам. Теплое чувство благодарности охватило Энн, и дыхание, которое она до сих пор сдерживала в груди, беззвучно вырвалось наружу.

«Возьми платок, София!» — мысленно взмолилась Энн. Медленно, словно в полусне, девушка взяла белоснежный платок и слегка прикоснулась губами к его краю. Улыбнувшись, Джек забрал кусок ткани из безвольно поникшей руки Софии.

— Я буду его беречь как самое драгоценное из всех сокровищ, мисс София. Насколько мне известно, лорд Стрэнд тоже хранит у себя один из таких милых сувениров, доставшихся ему от другой дамы.

— О да, — протянул в ответ Стрэнд. — Особы чрезвычайно утонченной и с безупречным вкусом.

— Мне это кажется чересчур смелым жестом, — заметил один из молодых людей.

— Хорошо, что, кроме нас, вас никто не слышит, мой мальчик, — рассмеялся в ответ Стрэнд. — Если леди, о которой идет речь, когда-нибудь узнает о том, что ее жест был неверно истолкован, она, безусловно, сочтет себя оскорбленной. Равно как и ее муж. Между прочим, отменный дуэлист.

— Я не допускаю даже мысли о том, что кто-то может неверно истолковать прихоть дамы, — заметил Сьюард. Его взгляд, обращенный к юношам, был угрожающим.

— О нет, что вы! — поспешил его заверить один из юнцов.

— Нужно быть последним негодяем, чтобы поставить под сомнение намерения леди, — добавил другой нравоучительным тоном.

Вздохнув, Стрэнд поднялся с места.

— Я полагаю, на этот вечер с нас достаточно развлечений, господа. Не пора ли перекусить?

Молодые люди тотчас согласились и покинули комнату вместе с лордом Стрэндом. Веддер последовал за ними, на ходу удостоив Энн легким поклоном:

— Ваш покорный слуга.

София, на лицо которой уже вернулся прежний румянец, с силой прикусила губу и тоже встала из-за стола.

— Благодарю вас, полковник. Я перед вами в долгу.

— Мисс София, вы не обязаны мне ничем, кроме простого расположения, — ответил он, глядя мимо нее на Энн, глаза которой сияли, подобно звездам в полуночном небе.

Глава 9

Почти весь остаток вечера ушел у Софии на то, чтобы отделаться от Энн и отправиться на поиски своего недавнего спасителя, Джека Дьявола, но в конце концов ей это удалось. Сьюард, бесспорно, заслуживал награды.

Она нашла его довольно быстро. Он одиноко стоял у двери в гостиную. Мимо него медленно шествовали несколько признанных в свете красавиц, однако не они привлекали в тот миг его внимание.

На сей раз София не собиралась прибегать к уловкам. По ее собственному признанию, она хотела силой урвать от жизни все, что могла. А в данную минуту ей был нужен Джек Сьюард. Девушка подошла к нему и, раскрыв веер, принялась им обмахиваться, задевая мягкими перьями край своего декольте.

— А, это вы, полковник Сьюард! — воскликнула она. В его взгляде отразилось любопытство, однако манеры были, как всегда, безупречны. Он поклонился:

— Мисс София!

— Вы не принимаете участия ни в одном из развлечений, которые столь любезно устроил для нас хозяин.

— Как мило, что вы проявляете обо мне заботу.

— А разве может быть иначе? — заявила она, сложив веер и кокетливо проводя им по широкой груди Джека. — По-моему, здесь слишком жарко. Боюсь, от духоты я могу лишиться чувств.

Уголки длинного тонкого рта Джека насмешливо изогнулись. Он нехотя оторвался от созерцания кого-то в глубине залы.

— Этого ни в коем случае нельзя допустить, — произнес он. — Вы позволите мне проводить вас к миссис Уайлдер?

— О нет! — отозвалась София со смешком. — Я не хочу зря тревожить Энн. Боюсь, сегодня я и так доставила ей довольно хлопот. Вот бы подышать немного свежим воздухом…

— Разрешите мне вас сопровождать, — произнес Сьюард учтиво.

Он молча проследовал с девушкой до самого конца пустого коридора. Одно из оконных стекол здесь треснуло, и холодный ветер, проникавший в щель, шевелил занавеси.

София бросила беглый взгляд на Джека. Он вежливо улыбнулся, слегка приподняв пересеченную шрамом бровь.

— Теперь вы чувствуете себя лучше? — спросил он не без сарказма.

— О да, спасибо, — отозвалась София, подходя к нему почти вплотную, и добавила, выпятив с явным вызовом нижнюю губу: — Я так и не поблагодарила вас как следует за то, что вы недавно пришли мне на помощь. Теперь-то я понимаю, насколько необдуманным был мой поступок. Некоторые даже могут назвать это ребячеством.

Он не стал этого отрицать.

— Впрочем, боюсь, что в глубине души я действительно еще ребенок. — София подошла к Джеку ближе и приложила веер к груди собеседника, коснувшись кончиками перьев его сильной смуглой шеи. — Вы спасли меня от последствий моей выходки. Мне бы хотелось… — она провела пальцами по его мускулистой груди, кожа под жилетом оказалась теплой, — доказать вам на деле свою признательность.

Джек опустил глаза.

— Мисс София, в этом нет необходимости.

— А если я сама того хочу?

Он покачал головой, глядя на нее с печальной, почти извиняющейся улыбкой на губах.

— Я же гожусь вам в отцы.

— У меня уже есть отец. — Положив руки ему на плечи, девушка приподнялась на цыпочки и прильнула к нему всем телом.

— Вы очень добры, мисс София, — произнес Джек. — Но сейчас не время и не место для выражения признательности, да и сам я, боюсь, совсем не тот человек, за которого вы меня принимаете.

Легонько отстраняя девушку, он мягко провел искалеченным пальцем по ее подбородку. При всей завораживающей мужской силе Джека этого движения оказалось достаточно, чтобы заставить Софию отстраниться. Она снова опустилась на каблучки, вне себя от обиды и разочарования.

— Вы уже вполне пришли в себя? — спокойно осведомился Джек.

Ее дерзкая выходка не произвела на него никакого впечатления. Должно быть, в жизни у Сьюарда было немало подобных мгновений, раз он выглядит таким пресыщенным. Эта последняя мысль приятно щекотала Софии нервы.

— До поры до времени, полковник, — ответила София, позволив ему проводить ее обратно в гостиную. — До поры до времени.

Энн Уайлдер не спеша проследовала мимо леди Диббс, украдкой оглядывая переполненную гостями залу.

— Уж не потеряли ли вы свою прелестную юную родственницу, миссис Уайлдер? — осведомилась леди Диббс не без внутреннего удовольствия.

— О, разумеется, нет. Я только хотела убедиться в том, что она приятно проводит время.

Энн ухитрилась выглядеть беззаботной, однако леди Диббс не могла не заметить, что ее слова задели чувствительную струнку, и это ей чрезвычайно польстило.

Семь лет назад леди Диббс безраздельно царила в лондонском высшем свете, но, как оказалось, всего две недели. Это произошло тогда, когда Энн Триббл, это маленькое ничтожество, взявшееся невесть откуда, прибыла в столицу и почти сразу же сумела завоевать все сердца. Более того, ей удалось завлечь в свои сети Мэтью Уайлдера, который в течение тех же двух недель явно был готов поддаться чарам самой леди Диббс. Однако даже не в этом следовало искать главную причину ее неприязни к темноволосой вдовушке. Энн Уайлдер вызывала ее недовольство уже тем, что она, единственная среди равных ей по положению, знала о том, что леди Кора Диббс, купающаяся в роскоши супруга дряхлого, прикованного к постели баронета, отказывалась внести обещанные пожертвования на содержание ее работного дома. И всякий раз вид молодой вдовы служил для нее живым укором во лжи и лицемерии. О да, леди Диббс положительно не выносила Энн Уайлдер.