Опасная игра - Брокуэй Конни - Страница 60

Вечер только начинался, и до финального поединка, В котором должен был определиться победитель, оставалось еще три тура. Весь высший лондонский свет, которому наконец-то наскучили бесконечные маскарады, присутствовал здесь сегодня. Конечно же, немало способствовало тому удивительное и радостное известие о том, что англичанин, якобы даже незаконнорожденный внук Котрелла, преодолел все предварительные туры с такой уверенностью, что явно намерен стать победителем.

Три ряда балконов, окружающих арену, оказались заполненными до предела, и, тем не менее, каждую минуту прибывали все новые зрители. Леди и джентльмены, которые толпой становились за спинами сидящих, заполнили уже все проходы и каждый дверной проем. Леди Тилпот, год назад ссудившая владельцам амфитеатра немалую сумму на его переоборудование, закрепила за собой прекрасную ложу в первом ярусе.

– Милфорд участвует в следующем поединке, – со знанием дела сообщила она своим гостям, разместившимся в ложе. За последнее время она уже привыкла так называть Рэма, потому что среди длинного перечня его титулов имелся и «граф Милфорд». И от подобной фамильярности Хелене каждый раз хотелось скрипнуть зубами. – Право, не знаю, с кем. Да это и не важно. Разумеется, он победит.

– А я слышал, что он вообще не хотел принимать участия, – вмешался один из юных джентльменов.

– И я тоже, – подтвердил лорд Фигберт. Фигги и сам принимал участие в соревнованиях среди новичков, дошел накануне до третьего тура и был очень доволен собой. – Интересно, что заставило его передумать? Или кто?

«Я», – подумала Хелена, все еще с трудом веря, что действительно это сделала она. Хелена очень долго сочиняла то письмо, но в итоге написала всего шесть слов: «Вы должны стать победителем турнира. Хелена». И заколола записку золотой розой.

Ответа она не получила. Ни одного слова. Но вчера утром Манро появился на соревнованиях и сражался так, что ни у кого не оставалось сомнений: он твердо решил выиграть.

– Гордость, – заявила леди Тилпот. – Гордость и патриотизм. Неплохо было бы и другим молодым людям научиться этому. – Развернувшись всем своим пухлым телом, она бросила недовольный взгляд в дальний угол ложи, где сидела ее племянница рядом с этим недотепой Освальдом ... Гуфином? Гудрином?

Флора виновато улыбнулась тетке и слегка пожала плечами, словно объясняя, что она ничего не может поделать. И в самом деле, что тут поделаешь? Все остальные места уже были заняты, и вряд ли можно ни с того ни с сего попросить молодого человека уступить место более перспективному кавалеру. Или все-таки попытаться?

– Ах! Вот и он!

Миссис Уайнбергер, сидящая за спиной у Хелены, указала веером на дальнюю сторону арены. Хелена отчаянно вытянула шею и увидела темную голову Рамзи, двигающуюся среди толпы джентльменов. Они поспешно расступались перед ним. И вот наконец он переступил через бархатные поручни, ограждающие место боев.

Английские болельщики дружно закричали и затопали ногами в знак приветствия. Уже несколько десятилетий все титулы и слава в фехтовании доставались иностранцам: французам, итальянцам, немцам, И, наконец, появился англичанин, способный защитить национальное достоинство.

Но сам Рэм казался совершенно равнодушным к своей роли спасителя Англии. Он никак не приветствовал толпу зрителей. Выражение его лица оставалось холодным и сосредоточенным. И он ничуть не был похож на того любезного, светского Манро, которого уже хорошо знали в обществе. Взяв шпагу со стола, на который перед началом поединка выкладывали оружие участников, он небрежно опустил ее острием вниз. Его противник, очень высокий испанец с широкой грудью, напротив, сделал несколько энергичных пробных выпадов, со свистом рассекая воздух.

– Сеньор Кальвино очень опытный боец, – прошептала миссис Уайнбергер, – агрессивный и решительный. Так, по крайней мере, говорит мой муж.

– Да? – засомневалась леди Тилпот, пронзительно взглянув на прусскую леди. – Очень жаль, что такая неприятность приключилась с вашим мужем. Уверена, что он прекрасно проявил бы себя.

В самом начале вечера огорченная миссис Уайнбергер сообщила им, что накануне ее муж получил довольно серьезное ранение. Противник пронзил ему бедро уже после того, как судья объявил конец поединка. К счастью, ни артерии, ни сухожилия не были повреждены, но от дальнейшего участия в соревновании ему пришлось отказаться. По словам жены, он с трудом мог ходить.

– Да, – грустно согласилась она, – он мог бы хорошо сражаться.

– Право, меня удивляет, что вы решились оставить его одного в таком состоянии. Хотя, разумеется, мы очень рады, что вы смогли присоединиться к нам.

– Я знала, что мне непременно надо быть здесь, – спокойно ответила миссис Уайнбергер, и ее щеки слегка порозовели.

Внизу на арене уже начался поединок. Первое, что бросил ось всем в глаза, – это удивительная сосредоточенность Рэма. Его скупые и спокойные движения создавали удивительный контраст энергии и порывистости испанца. Тот не просто делал выпад – он бросался в атаку, как в ледяную воду, до предела вытянув вперед руку со шпагой. Но каждая его атака оказывалась отраженной, клинок – отбитым, и в конце каждой схватки острие шпаги Рэма безжалостно упиралось в грудь соперника, зарабатывая ему одно очко, потом второе и третье.

Испанец сообразил, что скоро проиграет поединок, если не сменит тактику. Он тут же решил с максимальным преимуществом использовать свой гигантский рост и вес. Словно тараном, он стремительно снес оборону Рэма и наконец-то выиграл одно за другим два очка. Ободренный успехом, он сделал еще один стремительный выпад.

Но Рэм уже разгадал новую тактику оппонента и быстро нашел противодействие. Сделав шаг вперед, он вынудил того вести ближний бой. Клинки столкнулись и зазвенели. Еще одно едва заметное движение ...

– Четыре! – громко выкрикнул судья, указывая на Рэма. И почти сразу же: – Пять!

Зрители словно обезумели, когда едва дышащий испанец отвесил Рэму низкий поклон. Рэм ответил тем же. Не обращая внимания на аплодисменты и приветственные крики, он быстро скрылся в толпе участников.

– Отлично! Быстро и эффективно. Мне это нравится, – заявила леди Тилпот. – Когда он дерется в следующий раз?

– У него будет примерно час на отдых, а потом – финальная схватка с победителем следующего тура за звание чемпиона.

– А. .. Отлично! А кто станет победителем следующего тура?

– Француз Сен-Жорж или итальянец Веттори.

– Что ж, – промолвила леди Тилпот, – в таком случае спектакль обещает быть увлекательным. А не успеем ли мы за это время спуститься вниз и перекусить в буфете? Нет, – с сожалением ответила она сама себе. – А впрочем ... – Лицо леди Тилпот опять повеселело. – Мисс Нэш, разве вас интересует фехтование, дуэли и прочее? Думаю, ничуть. Почему бы вам не раздобыть для нас какого-нибудь печенья, и фруктов, и немного лимонада? Сыр тоже бы не помешал, а если найдутся мед и масло, и того лучше.

Отказаться было невозможно. Значит, ей придется поторопиться. Хелена удивилась, когда вместе с ней поднялась и миссис Уайнбергер.

– Я помогу вам, дорогая. Чтобы принести все это, одной пары рук не хватит.

Леди Тилпот даже не потрудилась сделать вид, что возражает. Полезность миссис Уайнбергер закончилась в тот момент, когда ее муж выбыл из состязаний.

– Благодарю вас, – пробормотала Хелена, выходя в коридор.

Закрыв за собой дверь ложи, миссис Уайнбергер взяла Хелену под руку, решительно увлекая ее к бархатному диванчику, стоящему в неглубокой нише.

– Я весь день пыталась найти момент, чтобы поговорить с вами наедине, – взволнованно сказала она, усаживаясь и жестом приглашая Хелену сесть рядом. Та неохотно подчинилась.

– Прошу вас, миссис Уайнбергер, мне бы не хотелось пропустить поединок мистера Манро ...

– Мисс Нэш. – Дама умоляюще подняла руку. Только сейчас Хелена заметила, что ее сине-зеленые глаза непривычно печальны, а в уголках рта залегли усталые складки. – Это из-за вас я оставила дома раненого Роберта и пришла сюда.