Игра в любовь - Брокуэй Конни - Страница 52

– Нечто вроде Таттерсоллз?

Он улыбнулся с превосходством:

– Да, моя дорогая. Вроде Таттерсоллз. Только иногда – как бы это выразиться поделикатнее – возникают вопросы относительно легальности продажи мной некоторых таких вещей.

– У-ух ты! – У нее даже глаза округлились. – Например, – она поглядела налево, потом направо и прошептала: – драгоценностей? Королевских драгоценностей? Сокровищ французских королей?

Приложив палец к носу, он кивнул:

– Именно так. Кажется, он поверил ей.

– Как интересно! Как бы мне хотелось надеть королевские драгоценности! Подумайте, какую зависть это вызвало бы!

– А я хотел бы увидеть на вас эти драгоценности. Но увы, вы никогда не смогли бы появиться в них на публике. Они слишком узнаваемы, а если же вынуть из оправы, это существенно понизит их ценность. Значительно лучше продать их и купить новые драгоценности.

Она сделала вид, что сомневается.

– Гм-м, пожалуй. Однако должна заметить, что если их ценность так велика, то вы проявляете удивительное самообладание. Неужели вы не боитесь, что кто-нибудь попытается украсть их? Подумайте, ведь здесь нет даже стражников!

Он рассмеялся.

– Мой персонал обладает самыми разнообразными умениями и навыками и в случае необходимости готов их продемонстрировать наделе. Но такая необходимость не возникнет.

– Вы очень уверены в себе. Или в своих гостях.

– Нет, своим гостям я совсем не доверяю. Надеюсь, вас это не шокирует?

– Ничуть, – мило улыбнулась она.

– Вот и хорошо, – с одобрением сказал он. – Я хотел сказать, что нисколько не сомневаюсь в том, что некоторые из них – а может быть, даже все – после своего прибытия сюда обыскали мои личные апартаменты, заглядывая в вазы с фруктами и под цветочные горшки. Должен добавить, что все это бесполезно.

– Гордыня до добра не доведет, – промолвила Шарлотта.

– Это не гордыня, дорогая девочка. Просто нельзя найти то, чего нет. Ага! Вижу, вы начинаете догадываться, почему я так настойчиво жду приезда последнего гостя. Драгоценности... у него!

– Правда? – Она с восхищением взглянула на него, проклиная свое невезение. Пропади все пропадом! У Сент-Лайона был сообщник. Надо предупредить Дэнда, чтобы он не разыскивал больше цилиндр. Он лишь поставит под угрозу провала не только себя, но и всю их миссию. – А что, если он украдет драгоценности?

– Вы так молоды и так недоверчивы к людям, – снисходительно заметил Сент-Лайон. Он с каждой минутой чувствовал себя с ней все спокойнее, наслаждаясь ролью умудренного опытом старшего по возрасту мужчины. – Не сомневайтесь, маленькая голубка. – Он ласково потрепал ее по подбородку. – Мой помощник не отличается блестящим умом, но он достаточно умен, чтобы знать, что сам он не способен организовать такого рода аукцион. К тому же изначально именно он принес их ко мне.

– Как это умно. И когда же прибудет этот человек?

– Ну, теперь уж совсем скоро, – сказал Сент-Лайон. – Он очень пунктуален, этот Росетт.

– Росетт?

– Может быть, вы слышали это имя? Бездельник первостатейный, но тем не менее бездельник полезный. Как только он приедет, – он повернулся к ней с довольной улыбкой на лице, – я проведу аукцион, а что потом случится с драгоценностями, больше уже не будет моей проблемой. И как только я закончу это дело, я посвящу всего себя тому, чтобы заставить вас забыть Руссе.

– А кто это такой? – игриво спросила Шарлотта.

Сент-Лайон рассмеялся.

Глава 22

Замок графа Сент-Лайона, Шотландия,

12 августа 1806 года

– Я принимаю ставку, граф, – сказала Шарлотта, обводя беззастенчивым взглядом карточный стол. – Ставлю надетый на мне шелковый чулок против вашей тысячи фунтов.

Игроки за другим карточным столом, услышав заявление Шарлотты, притихли, забыв сдавать карты. Потому что они все до одного знали, что эта маленькая падшая голубка, залетевшая в их среду, до самого недавнего времени была леди. И каждый из них знал также, что человек, повинный в ее падении, сидел за соседним столом спина к спине с ней, уставившись в свои карты. На лице его застыло холодное, отстраненное, словно горы, видневшиеся на севере, выражение.

Все происходящее приятно будоражило своим неприличием, и это во второй половине дня! Кто знает, какие развлечения можно ждать ко времени ужина?

– В любви и на войне все средства хороши, – произнес граф, пристально глядя на нее.

– Вы сказали «в любви», граф? – Человек по фамилии Руссе повернулся и, положив руку на спинку своего стула, взглянул на Шарлотту Нэш с высокомерным презрением. Хотя как мог любой полный жизни мужчина смотреть с такой холодностью на столь соблазнительно женственное существо, большинство присутствующих мужчин были не способны понять.

При неожиданном вмешательстве в разговор Руссе брови графа удивленно взметнулись вверх.

– Да, я так и сказал, месье Руссе. А в чем дело?

– Ни в чем. Если не считать того, что после моего недавнего опыта, – его сердитый взгляд на мгновение задержался на непристойном наряде Шарлотты Нэш, – я считаю себя обязанным предупредить вас, что нежное чувство, о котором вы говорили, недоступно пониманию известной вам особы.

– Я, конечно, оценил бы вашу заботу обо мне, если бы не тот факт, что для вас, как говорят англичане, виноград не был зелен, – сказал граф.

Шарлотта мысленно ругала Дэнда за то, что он лишил ее возможности шепнуть ему на ухо пару слов относительно поиска письма. А кроме того, если этот дурень не будет осторожнее, то графу может прийти в голову, что он скорее завоюет ее признательность, если изобразит из себя рыцаря, защищающего ее от вульгарных выходок Дэнда. Оба мужчины уставились друг на друга с таким видом, что напомнили ей дворняг, готовых броситься в драку, защищая свою территорию, и сражаться не на жизнь, а на смерть.

А какая польза будет от Дэнда при выполнении их задания, если он получит травму или еще того хуже? Она не могла допустить этого. Она слишком многим пожертвовала, чтобы спокойно наблюдать, как рушатся ее планы из-за дурацкого мужского позерства.

Она спокойно отвернулась, как будто Дэнд ничего не говорил.

– Когда я играю, я всегда настаиваю на том, чтобы видеть блеск золота, поставленного на кон. Полагаю, что и вы тоже, джентльмены.

Она вытянула ножку и сбросила с нее атласную туфельку.

– Моя дорогая? Может быть, вы предпочтете более укромное...

– Я не нуждаюсь в укромном месте. По крайней мере для этого. – Она обвела взглядом присутствующих. Взгляд каждой пары мужских глаз, включая глаза графа, был прикован к ее ноге. Кроме глаз Дэнда. Он смотрел на нее холодным предостерегавшим взглядом. Черт бы его побрал! Ведь он сам отвел ей роль «отвлекающего фактора», и она не имела намерения его разочаровывать!

– Хоть убейте, не знаю, что вы, джентльмены, будете делать с моей ставкой. Может быть, было бы лучше поставить на кон возможность побыть со мной тет-а-тет в соседнем чуланчике? – Она многозначительно посмотрела в глаза Дэнду. Вокруг них громко высказывала свои замечания дюжина мужчин. – Слишком поздно, господа, – заявила Шарлотта с коварной улыбкой. – Ведь вы хотели получить всего лишь мой чулок. В следующий раз подумайте о том, чтобы попросить более существенную ставку.

Она наклонилась, сунула руки под подол юбки и, найдя на ощупь верх чулка, развязала ленточку подвязки, удерживающей чулок под коленом. У Дэнда заиграли желваки на скулах, а рядом со шрамом забилась жилка.

«Не делай этого».

Она не поняла, то ли он прошептал эти слова, то ли ей просто очень хотелось услышать их. Не имеет значения. Она уже вошла в роль. Окинув кокетливым взглядом восхищенную аудиторию, она, прикрываясь юбкой, спустила с ноги вышитый шелковый чулочек. Потом, на мгновение показав лодыжку, сняла его со стопы и весело помахала им в воздухе.

Дэнд встал. Кажется, никто, кроме нее, этого не заметил. Никто не заметил также, как он, не сказав ни слова, вышел из комнаты, как будто не мог больше ее видеть.