Сборник 11 ВОЖДЕНИЕ ВСЛЕПУЮ - Брэдбери Рэй Дуглас - Страница 42

– Боже мой, неужели Корал скончалась? Какой ужас, вот несчастье! – запричитал аптекарь. – Ах ты, бедное дитя!

– Нет, что вы, она просто осталась дома. Мне нужно… мне нужно… – Она провела языком по пересохшим губам и выставила вперед ладонь, похожую на облачко пара в воздухе. – Мне нужно купить краску для волос, ярко-рыжего цвета, ближе к морковному или томатному, а то и темно-красную – да, скорее темно-красную: думаю, это мне больше подойдет. Цвета бордо.

– Две упаковки, разумеется?

– Как вы сказали?

– Две упаковки. По одной на каждую?

Джулия едва не вылетела из аптеки, как муха, но потом сказала:

– Нет. Одну. Для меня. Для Джулии. Единолично.

– Джулия! – обрушилась на нее Корал, выйдя на крыльцо. – Где тебя носило? Сбежала, ни слова не сказав. Я чего только не передумала: вдруг ты попала под машину, вдруг тебя похитили, да мало ли что! О господи! – Старшая сестра отшатнулась и бессильно повисла на перилах. – Твои волосы, твои дивные, золотистые волосы, длиной в тридцать девять дюймов – можно сказать, по числу прожитых лет. – Она уставилась на женщину, которая вальсировала на дорожке перед домом, делала реверансы и просто кружилась с закрытыми глазами. – Джулия, Джулия, Джулия! – завопила она.

– Это цвет бордо, – сообщила Джулия. – И, между прочим, бордо ударило мне в голову!

– Джулия, как ты могла выйти без шляпки в такой солнцепек? И ведь наверняка не поела, ручаюсь, что не поела. Ну же, давай руку, я тебе помогу. Сейчас пойдем в ванную и смоем этот кошмарный цвет. Ты настоящий клоун!

– Я – Джулия, – сказала младшая сестра. – Я – Джулия. Вот, кстати, посмотри… – Она раскрыла пакет, который до той поры держала в руке, прижимая локтем. Из него появилось платье цвета летних трав, гармонирующее с цветом волос, зеленое, как деревья, зеленое, как глаза обыкновенных кошек со времен египетских фараонов.

– Я не ношу зеленое, ты прекрасно знаешь, – сказала Корал. – Делая такие покупки, ты пускаешь по ветру наше наследство.

– Одно платье.

– Одно платье?

– Одно, одно, одно, – негромко повторила Джулия, светясь улыбкой. – Одно-единственное. – Она вошла в холл, чтобы его примерить. – И одна пара новых туфель.

– С открытыми носками? Как вульгарно!

– Если хочешь, купи себе такие же.

– Ни за что!

– И такое же платье.

– Ха!

– А теперь, – напомнила Джулия, – надо собираться, Эпплманы пригласили нас на чашку чая. Ты не забыла? Собирайся.

– Ты шутишь!

– Всегда приятно выйти на люди, особенно в такой погожий денек.

– Сначала вымой голову!

– Нет-нет. Но впоследствии, скорее всего, я не стану красить волосы, чтобы отросли седые.

– Т-с-с! Соседи! – взвилась Корал, но тут же понизила голос: – У тебя нет седины.

– Есть. У меня вся голова седая, как лунь – пусть она такой и остается. Уж сколько лет мы с тобой красим волосы!

– Всего лишь подкрашиваем, для придания естественного оттенка!

На чаепитие они отправились вместе.

Далее события развивались стремительно: за первым взрывом последовал второй, потом еще один, потом еще и еще, настоящая канонада, целая череда взрывов, будто кто-то поджигал петарды. Джулия приобретала мягкие шляпки с цветами, Джулия пользовалась духами, Джулия прибавляла в весе, Джулия седела, Джулия уходила гулять по ночам, натягивая перчатки, как литейщик, предвкушающий хороший заказ.

А что же Корал?

– Мне с нею просто беда, – говорила Корал. – Беда, беда, беда. Вы только посмотрите на ее чулки – на них дорожки от спущенных петель! Губы накрашены кое-как. Я-то за собой слежу, а у нее даже щеки не напудрены – страшно смотреть, хоть бы веснушки забелила. А волосы – как грязный снег. Беда, беда, беда, очень это меня тревожит.

– Джулия, – не выдержала она в один прекрасный день. – Должна тебе кое-что сказать. Я больше не хочу, чтобы нас видели вместе.

– Джулия, – сказала она через месяц. – Я упаковала вещи. Мне повезло снять комнату с полным пансионом у миссис Эпплман. Если что – звони. Не сомневаюсь, ты мне позвонишь, будешь хлюпать носом и уговаривать вернуться домой.

С этими словами Корал уплыла по морю летнего дня, как большая белая яхта.

А через неделю разразилась гроза. Сильнейший разряд молнии поскакал по небу, примерился и прыгнул в самый центр городка, отчего птицы вспорхнули со своих гнезд, словно пригоршня конфетти, трое младенцев родились на две недели раньше положенного срока, а в сотне домов, внезапно погрузившихся в грозовой полумрак, накоротко замкнуло трескотню хозяек про грехи, адские муки и семейные драмы. Но этот удар молнии, вернувшийся на небо миллиардами осколков, оказался сущим пустяком по сравнению с небольшим объявлением, помещенным на следующий день в местной газете: оно гласило, что Генри Краммит (изображенный на фото в обнимку с деревянной фигурой индейца возле табачной лавки) сегодня сочетается браком с девицей по имени Джулия Уичерли.

– Кто-то польстится на Джулию?!

От изумления Корал раскрыла рот, опустилась на стул и потом долго смеялась над этой нелепой выдумкой.

– Что?! Эти перекрученные швы на чулках, застиранные блузки, жуткие седые космы, неаккуратные брови, стоптанные туфли? Джулия? Неужели кто-то надумал взять ее в жены? Ну и чудеса!

Исключительно для того, чтобы подкрепить свои предположения, которые варьировались от комедии до грубого фарса, что уже было совсем не смешно, она отправилась в указанное время к маленькой церкви, где, к своему удивлению, застала небольшую группу приглашенных, которые бросали в воздух пригоршни риса, оживленно болтали и радостно улыбались, потому что в этот миг из церкви выходил Генри Краммит, а под руку с ним шла…

Статная, модно одетая женщина, с прекрасно уложенными золотистыми волосами, на которых не было ни следа корпии от папильоток, не говоря уже о чешуйках перхоти. Швы у нее на чулках были натянуты, как по линейке, губы аккуратно подкрашены, а щеки слегка припудрены, будто тронуты молодым снежком в начале мягкой зимы.

Проходя мимо, младшая сестра подняла глаза и увидела старшую. Она остановилась. Вслед за тем остановилась и вся процессия. Все выжидали. Все затаили дыхание.