Сборник 11 ВОЖДЕНИЕ ВСЛЕПУЮ - Брэдбери Рэй Дуглас - Страница 25

– Ну уж! Так про каждого можно сказать, верно?

– Если ты так считаешь, то да. Потом он спросил:

– Еще в чем-нибудь хочешь признаться или исповедаться, сынок?

– Глупости всякие лезут в голову. А вдруг…

Я замолчал, проглотил застрявший в горле комок и, не говоря ни слова, уставился сквозь руль на серебристую фигурку обнаженной женщины, закрепленную на капоте.

– А вдруг в те времена, давным-давно, вам совсем и не нужно было надевать Капюшон?

– Никогда? Вообще никогда?

– Да, сэр. Вдруг вам только показалось, что вы должны спрятаться, вот вы и натянули на голову эту штуковину, где даже прорезей для глаз и то нет. Вдруг ни в какую аварию вы не попадали, и на пожаре не обгорали, и на свет появились с обыкновенным лицом, и никакая женщина над вами не насмехалась? Могло ведь и так быть, правда?

– Хочешь сказать, что я всего-навсего придумал, будто должен носить власяницу и посыпать голову пеплом? И все эти годы жил с ложным ощущением, что мое лицо под Капюшоном – сущий кошмар или пустое место, чистый лист?

– Это мне только сейчас в голову пришло. Опять наступило молчание.

– И все эти годы я почему-то не ведал и даже не притворялся, что со мной все в порядке, ибо мое лицо всегда было на месте: рот, щеки, брови, нос, а посему мне и не нужно таять, чтобы себя изменить?

– Я этого не сказал…

– Нет, сказал. – С кромки Капюшона скатилась последняя слеза. – Сколько тебе лет, Квинт?

– Скоро тринадцать будет.

– Кто бы мог подумать? Прямо Мафусаил.

– Ну нет! Он-то совсем старый был. Но котелок у него варил – будь здоров!

– Вот и я говорю, Квинси. Котелок у тебя варит – будь здоров.

В очередной раз помолчав, мистер Мистериус предложил:

– Не пройтись ли нам по городу? Хочу размяться. Пошли?

Мы свернули на Центральную, по ней налево – на Грэнд, опять направо – по Дженеси, и оказались перед двенадцатиэтажной гостиницей "Карчер". Это было самое высокое здание в Гринтауне и далеко за его пределами.

– Квинт!

Капюшон нацелился на гостиницу, а голос из-под него произнес:

– Томас Квинси Райли, по глазам вижу, вы хотите задать еще один, самый последний вопрос. Смелее!

Поколебавшись, я сказал:

– Ладно, спрошу. Под этим Капюшоном действительно настоящая темнота? Может, там есть радиоантенна, или система зеркал, или потайные отверстия?

– Томас Квинси Райли, вы начитались выписанных из Рэйсина, штат Висконсин, фирменных каталогов "Игры, фокусы, маскарады".

– А что такого?

– Перед смертью завещаю этот колпак тебе – вот наденешь его и узнаешь, что такое настоящая темнота.

Голова повернулась в мою сторону, и я почти ощутил, как глаза прожигают темную материю.

– Сейчас, к примеру, я могу посмотреть сквозь твои ребра и увидеть сердце, похожее на цветок или на кулак, который то сжимается, то раскрывается. Веришь?

Я приложил кулак к груди:

– Верю, сэр.

– Ну и хорошо.

Он повернулся и указал своим Капюшоном на двенадцатиэтажное здание гостиницы.

– Знаешь, что я тебе скажу?

– Что, сэр?

– Прекрати говорить мне "мистер Мистериус".

– Нет, я не смогу!

– Не зарекайся! Я добился, чего хотел. Машины идут нарасхват. С божьей помощью. Но точку ставить рано, Квинт. Надо стремиться вверх и намечать новые цели. Как ты считаешь, получится из меня Человек-Муха?

Я чуть не задохнулся:

– Хотите сказать…

– Вот-вот-вот. Неужели ты не видишь меня на высоте шестого этажа, восьмого, двенадцатого, откуда я, не снимая Капюшона, машу рукой толпам зрителей?

– Ух ты!

– Рад, что ты одобряешь мою затею. – Мистер М. сделал шаг вперед и начал взбираться по стене, нащупывая опоры и залезая все выше. Оторвавшись от земли приблизительно на метр, он спросил:

– Какое можно предложить высокое имя для Человека-Мухи?

Я зажмурился и выпалил:

– Верхотур.

– Верхотур! Лучше не придумаешь! Полагаю, нас ждут к завтраку.

– Наверно, сэр.

– Пюре из бананов, пюре из кукурузных хлопьев, пюре из овсянки…

– Мороженое! – подхватил я.

– Почти совсем растаяло, – уточнил Человек-Муха и стал спускаться со стены.